Прикованный
Шрифт:
Она прижалась ко мне, ее стенки обхватили мой член в горячем и скользком объятии. Так оно и было. Ее тело раскрылось передо мной, как цветок. Я застонал, наблюдая за тем, как мой член скользил внутри ее тела.
— Держись крепче, милая.
Потом я кончил.
Кассандра
Коннор поднимал меня вверх и вниз, как тряпичную куклу. Он смотрел между нашими телами, наблюдая за тем, как его толстый член исчезал внутри меня.
Он отпустил меня
Вот так, после всех поддразниваний, я и кончила. Все мое тело дрожало, когда он улыбнулся мне, поднимая меня вверх и вниз одной рукой. Конн наблюдал за моим лицом, когда я кончила, а затем снова уставился вниз между нами.
— Так хорошо, детка… так чертовски хорошо…
Он начал качать своими бедрами вверх, прижимая меня к ним, пока трахал меня глубоко и жестко. Как будто не мог подобраться достаточно близко. Конн хотел быть как можно дальше внутри меня.
Коннор застонал, и я почувствовала — покалывание, которое началось, когда он собирался кончить. Я почувствовала, как мое тело ответило ему, сжавшись на нем, когда я начала биться в конвульсиях.
Моя кожа была горячей, а затем холодной, когда по ней пробежали мурашки. Он прижал меня к своему члену, мои бедра были широко раздвинуты, моя киска полностью открыта для него.
Коннор ругался и рычал, как дикий зверь, когда его член выстрелил своим семенем прямо в меня. Я чувствовала, как он наполнял меня, даже больше, чем в любой другой раз.
И это о чем-то говорило.
Коннор замедлил свои толчки, и сжал своими руками мои бедра. Он прижал меня еще сильнее. Я не смогла бы убежать, даже если бы захотела, не говоря уже о цепи на моей лодыжке.
— Любимая…
— Хм-м-м?
— Ты собираешься убить меня сексом.
— Я?
— Да. О, черт… да, сожми меня вот так… — он застонал, когда я почувствовала, как моя киска инстинктивно прижалась к нему. — Обычно так не бывает.
— Не бывает?
Он рассмеялся-грубо, жестко и цинично.
— Нет. Не бывает. Даже близко нет.
— О.
Я покраснела, когда Коннор продолжал смотреть вниз на то место, где наши тела соединились. Я все еще дрожала, когда почувствовала это.
Конн снова был тверд внутри меня. И становился все тверже.
— Так ты…
— Да, детка. Я хочу тебя снова
— Опять?
— Да. — Он застонал, убирая мои волосы с лица. — Опять. Всегда.
Я дернулась, и Коннор выругался.
— Дерьмо. Я не хочу причинять тебе боль, Кейс…
— Я в полном порядке.
Коннор уставился на меня тяжелым взглядом. Он мне не поверил.
— Ты такая маленькая, детка, а я…
— Я в полном порядке.
Он зарычал, поднял меня, и я обхватила его своими ногами. Я ахнула, когда он толкнул меня к столбу посреди комнаты. Коннор начал трахать меня жестко и быстро.
Было необычно — вот так висеть в воздухе, пронзенной
— Я должен… э-э… приковать тебя… э-э… прямо здесь.
Я застонала и откинула голову назад. Он наклонил голову к моему горлу и поцеловал его.
Затем Коннор укусил меня, и я почувствовала на своей шее его горячее дыхание.
ДЗИН-ДЗИН.
— Черт возьми, если я это понимаю.
ДЗИН-ДЗИН.
Он продолжал трахать меня стоя, как зверь. Я впилась ногтями ему в спину, когда где-то еще в доме зазвонил другой телефон.
ДЗИН-ДЗИН.
— Твою мать!
Коннор замедлил толчки, прислонившись своим лбом к моему. Он крепко поцеловал меня и отстранился. Я молчала, когда он опустил меня и вытер лоб.
— Черт, прости меня.
— Все в порядке.
Я не хотела останавливаться, поймите меня правильно. Но он уже схватил свой телефон и ответил на него отрывистым:
— Девитт.
Коннор уставился на меня, кивая и соглашаясь со всем, что говорилось на другом конце провода. Затем повесил трубку и потянулся за одеждой.
— Мне нужно идти, милая. Тебе придется подождать второго раунда.
Он схватил свой пистолет и значок, и крепко поцеловал меня.
— Черт возьми, я не хочу идти.
— Все в порядке. Ты должен делать свою работу. Это очень важно.
— Ты совершенно права. Я знаю, что ты права.
— Но, Конн?
Он откинул мои волосы назад и поцеловал меня в шею, затем опустил свою руку вниз к моей заднице, чтобы сжать ее.
— Да, милая?
— Может быть, ты захочешь надеть какую-нибудь обувь.
Глава 19
Мейсон
— Если ты, бл*дь, не оставишь Кейси, я, бл*дь, приду за тобой.
Я бросил трубку, ничуть не обеспокоенный тем, что только что угрожал федеральному агенту. Я стоял за стойкой стола, прислонившись к массивному дереву.
Старое полированное дерево обычно успокаивало меня. Напомнило о том, что я сделал все правильно. Я вышел на улицу.
Ну, вроде того.
И теперь мое дурацкое решение впустить гребаных «Hell Raisers» в парадную дверь поставило Касс в затруднительное положение. Хуже, чем неприятности. Она была в опасности.
Твою мать.
Девочка была слишком взрослой, чтобы быть моей дочерью, но, черт побери, она была моей семьей. Я любил ее, как младшую сестру. Дерзкая заноза в заднице, беспокоящая меня до мозга костей, сестренка.
Она разбила мне сердце в тот день, когда я нашел ее, стоящую под дождем, как мокрый щенок. Я узнал себя в полной решимости девушки выжить и в выражении полного отчаяния в ее прекрасных, печальных глазах.
И упрямой гордости тоже.
Я принял ее и никогда не оглядывался назад.