Приглашение в рай

Маленький грузовой самолет резко накренился, и живот профессора Джона Джейкобсона немедленно отозвался на этот маневр. Хотя на лбу профессора выступили крошечные бисеринки пота, он попытался улыбнуться своей спутнице:

– Это просто буря. Не о чем беспокоиться. В небе летает много идиотов, но лишь немногие из них разбиваются.

Шутка не сумела отвлечь его соседку. В ее темных глазах явственно отражался ужас.

– Следовало дать тебе успокоительное, – обеспокоенно пробормотал Джейкобсон. –

Да мне и самому бы оно не помешало.

Джон пытался справиться с собой. Он страшно боялся высоты.

– Послушай, Сьюзи, – сказал он с показной бодростью, указывая на часы. – Мы почти у цели.

Однако его спутница не испытала облегчения. Сьюзи трясло.

– Попытайся успокоиться. – Джон наклонился вперед. – Сьюзи хочет малыша?

Но Сьюзи была слишком подавлена, чтобы поддержать игру. Она покачала головой и потянулась к Джону. Он сжал ее холодную ладонь и ободряюще похлопал по мохнатому бедру.

– Ты же знаешь, я не сделаю ничего тебе во вред. – Профессор прибегнул к жестам. – Я люблю Сьюзи.

Она немного успокоилась и обхватила руками лицо Джейкобсона. Джон знал, что за этим последует, и заранее собрал волю в кулак.

– Я же говорил тебе не делать этого на людях, – нежно проворчал Джон. – Я почтенный, уважаемый профессор, твой наставник и учитель. А ты, Сьюзи… – Джейкобсон замолчал, раздумывая, зачем он пустился в эти объяснения, – ты всего лишь горилла, хотя и очень симпатичная.

– А вот и она, профессор.

– Что ж, почти вовремя. – Джон прикрыл рукой глаза от солнца. – Я думал, мисс Лэм в курсе, что мы должны прибыть в три.

– Конечно, она знает, – ответил пилот. – Но видите ли, Хейли не следит за временем.

Джон угрюмо оглядел экзотические окрестности.

– И это еще слабо сказано, – пробормотал он.

Терпение не входило в число добродетелей профессора. За шесть лет работы в университете сам он ни разу не опоздал ни на занятия, ни на встречу. Тем более если речь шла о такой важной встрече, как эта. Полгода назад Сьюзи впала в жуткую апатию. Она утратила интерес к обучению, к еде, ко всему. Одна из студенток предположила, что все дело в зове природы: Сьюзи нужен самец.

Поиски привели Джона на райский островок, принадлежащий мисс Хейли Лэм. Здесь, помимо естественной среды обитания, имелся и самец гориллы.

О приближении грузовика возвестил громкий шум мотора. На заднем сиденье Джон разглядел трех мужчин. Он не был до конца уверен, пойдет ли задуманный эксперимент Сьюзи на пользу. Джон вошел в двери грузового отсека.

– Они здесь. – Руки профессора обхватили крепкие металлические прутья клетки. – Скоро ты выйдешь отсюда, и я хочу, чтобы ты вела себя хорошо и показала, какая ты умная.

В ответ Сьюзи подняла вверх средний палец.

– Это должно впечатлить мисс Лэм, – сухо заметил Джон.

Он не воображал, что Хейли Лэм будет потрясена сообразительностью Сьюзи, и

едва поверил своему счастью, когда Хейли согласилась на их приезд. Джон сомневался, что в ее расписании найдется время на спаривание животных.

Профессор начал показывать жестами: «Люди. Они не причинят тебе зла. Не бойся».

Внимательный взгляд темных глаз гориллы переместился за плечо Джона, и Сьюзи издала дикий вопль. Джейкобсон обернулся и сам чуть не закричал. В дверях грузового отсека показалась голова. На черном лице выделялись голубые глаза. Длинные белокурые волосы были прикрыты тропическим шлемом, увитым ветвями деревьев.

– Профессор Джейкобсон, полагаю?

– A-а вы? – Ему удалось справиться с голосом, хотя сердце бешено колотилось в груди.

– Хейли Лэм.

Хотя Джон не слишком интересовался светской жизнью, в кругу университетских интеллектуалов, где он вращался, имя мисс Лэм упоминалось часто. Главным образом в связи с ее профессиональной деятельностью – Хейли занималась фотографией дикой природы, – а также благодаря известности ее покойных родителей, от которых мисс Лэм унаследовала значительное состояние. И все-таки Джон ожидал чего-то большего. Когда Хейли протянула ему руку, Джон с ужасом уставился на ее грязную ладонь. Девушка взглянула на нее и опустила.

– Извините, я заигралась с Голиафом и совершенно утратила чувство времени.

– С Голиафом?

– Ну да, с моей гориллой, – объяснила она, обходя профессора и приближаясь к клетке.

Сьюзи вновь отчаянно завопила.

– Что с ней такое?

– Вы… Эта штука… – Он показал на странное сооружение на голове девушки. – Думаю, если бы вы это сняли…

– Я совсем забыла!

Пока она возилась с ремешком под подбородком, Джон попытался помочь снять шлем. При этом его запонка запуталась в ее волосах.

– Больно! Вы дергаете меня за волосы.

– Я не нарочно, – поспешил ее уверить Джон. – Шлем пугает Сьюзи, я только хотел…

– Оставить меня без волос, – перебила его Хейли, снимая шлем. – Она у вас всегда такая нервная?

Сьюзи? Его Сьюзи?

– Нет, – отрезал Джон. – Сьюзи всегда жила тихой, размеренной жизнью. Но ей не приходилось видеть женщин в воинском облачении.

– Переодевание отняло бы у меня много времени.

Нервы Джона были напряжены, к тому же Сьюзи продолжала подвывать.

– Да, тогда бы вы опоздали еще больше.

Хейли смерила его взглядом и выпрямилась.

– Я не отношусь к числу ваших студенток, профессор. Вы здесь по моему приглашению. И на моем острове нет часов.

Что ж, его высекли за грубость. Джон попытался успокоиться. Это было нелегко, но интересы Сьюзи были превыше всего.

– Мне нужно ее успокоить, – сказал Джон, кивком головы указав на клетку. – Она тяжело перенесла перелет.

Хейли немного смягчилась.

– Ну конечно. – В голосе девушки неожиданно прозвучала симпатия. Она наклонилась и заглянула в клетку. – Привет, Сьюзи.