Чтение онлайн

Мерри с подозрением уставилась на него, но встретилась лишь с невозмутимым взглядом.

— Мне нужно оставить мальчикам и Фаркарсону адрес, по которому они могут мне писать.

Дэмиен нахмурился. Как же он этого не предусмотрел?!

— Через два дня я уезжаю в Лондон. Там все устрою и сообщу, где ты будешь жить. Доберешься дилижансом до Оукгемптона, где тебя встретят мои форейторы с экипажем. С этой минуты, любимая, наш контракт вступает в силу.

Их взоры скрестились, и по спине Мерри пробежал озноб предчувствия…

предвкушения…

— Я соберусь выехать на третьей неделе сентября, — медленно выговорила она. — До Оукгемптона не больше дня пути.

— Мои люди будут тебя ждать.

— А ты?

— В Лондоне, — пообещал он. — Стану рваться из узды от нетерпения.

— Новое приключение! — улыбнулась Мерри, — Мне не терпится окунуться в него с головой.

— Ты не разочаруешься, — поклялся Дэмиен. Поразится возможно. Придет в бешенство наверняка. Но только не разочарование!

– Как ты мог вообразить, что я откажусь тебе помочь? — возмущалась маркиза Бомонт, театрально ломая руки и негодующе взирая на брата-близнеца такими же, как у него, серыми глазами.

— Я ничего такого не воображал, Белла, — весело отбивался лорд Ратерфорд. — И совершенно незачем пронзать меня огненными взглядами, дорогая. Я не один из твоих поклонников, которого ты просишь о каком-нибудь утомительном одолжении, и не бедняга Джордж, коего ты немилосердно журишь за каждый промах.

— Джорджа вечно не бывает рядом, особенно когда он нужен, — надулась Арабелла. — По-моему, он давно позабыл о том, что у него есть жена.

— Ну, теперь ты окончательно вышла из себя и к тому же не права.

Ратерфорд поднялся с вычурного диванчика и подошел к высокому окну, выходящему на Кавендиш-сквер.

— Бомонт тебя любит, просто больше увлекается политикой, чем светской жизнью. Многим женам приходится терпеть куда худших соперниц.

— Разве от тебя дождешься сочувствия, — проворчала Белла. — В твоей душе нет ни капли романтизма. По-твоему, я должна быть рада тому, что мой супруг целыми днями произносит речи в палате лордов, а ночи напролет их пишет! Нет чтобы завести любовницу и проигрывать состояние, как все порядочные люди…

— Вот именно, — поддакнул брат, поворачиваясь. — Как это ни прагматично звучит, Белла, зато чистая правда.

Арабелла немного помолчала, заплетая косички из бахромы шали.

— Не думаю, Ратерфорд, что единственная цель твоего приезда — удостоить меня очередной скучной лекции, — выговорила она наконец. — Что ты там говорил об одолжении?

Дэмиен, улыбаясь, прошел по аксминстерскому ковру и взял сестру за руки.

— Кстати об одолжении. Поверь, мы оба от этого выиграем. Насколько я понимаю, ты погибаешь от скуки и нуждаешься в подходящем занятии.

— Занятии? Что ты имеешь в виду? Клянусь, у меня нет ни одной свободной минуты!

Если не музыкальный вечер или игра в карты, значит, экскурсия в Ботанический сад или бал…

— Совершенно верно, Белла, — перебил Ратерфорд. — И тебе так же до смерти все это надоело, как и мне.

И Белла покорно склонила голову под его неотступным взором.

— Да, ты прав. Но я в отличие от тебя не могу отправиться в Корнуолл в поисках развлечений. — И, усмехнувшись, проницательно заметила: — Если я не ошибаюсь, братец, там ты нашел все, что искал.

— Неужели это так очевидно?

— Если верить маме, ты стал совершенно другим человеком. Или по меньшей мере стал таким, как когда-то, — поправилась Белла.

Ратерфорд кивнул и с легкой улыбкой пояснил:

— Все дело в том, как мне было сказано, чтобы найти цель в жизни, оправдание своего существования. В этом мой советчик достиг удивительных успехов. Мне оставалось только следовать его примеру.

— И эта особа, — осведомилась Белла, дергая за вышитую ленту сонетки, — разумеется, дама?

— Иногда. Когда ей это нужно.

Появление лакея, сдвинувшего синие с алым гардины и зажегшего свечи, прервало беседу. Леди Бомонт с нетерпением ждала ухода слуги, заинтригованная загадочными словами брата. Герцогиня Китли была права: в нем действительно произошли разительные перемены, что немало ее радовало. Дэмиен по-прежнему избегал шумных собраний и светской суеты, но стал гораздо терпимее. Старые друзья, оставшиеся верными в беде, теперь с радостью и облегчением приветствовали возвращение приятеля по «Коринтианз» .

Он стал снова появляться в «Крибз», «Уайтсе», «Уатье» и клубе «Четырех коней», члены которых с радостью приветствовали блудного сына. Дэмиен улыбался, шутил, вел себя совсем как в старые благословенные дни и доказал, что не растерял прежних талантов.

Не успел лакей выйти, как леди Бомонт дала волю любопытству:

— Что ты имел в виду, Дэмиен? Леди, которая лишь иногда бывает женщиной?

— Именно, дорогая, — подтвердил Ратерфорд, наливая себе бокал кларета из графина, стоявшего на маленьком столике атласного дерева. — Мерри Трелони, леди Блейк, леди Мерри весьма многоликая особа.

Он едва не рассмеялся при виде ошеломленного лица сестры, для которой только сейчас стало очевидным, что брат по уши влюблен.

— А я еще утверждала, что в твоей душе нет ни капли романтизма! — Она потрясенно опустилась на позолоченный диванчик с алой обивкой, не забыв, однако, картинно раскинуть юбки. — Может, нальешь мне немного шерри? Похоже, мне необходимо подкрепиться.

Дэмиен поспешил исполнить просьбу.

— Кстати, Белла, мама узнает только то, что предназначено для ее ушей, и не больше. Тебе же я поведаю все, поскольку не смогу обойтись без твоей помощи. Но ни слова ни одной живой душе, даже Джорджу, ясно?