Превосходящими силами
Шрифт:
Офицер авиаразведки, обнявшись с рацией, лежа смотрел в бинокль.
– Рано, рано, рано!!! – кричал он по рации.
И вот уже последние танки проезжали мост, Вакуленко, а с ним и представитель славного племени летунов заорали:
– Давай!!!
Почти одновременно подпрыгнули расположенные в двух километрах друг от друга мосты. Растянувшаяся на несколько километров колонна фашистов оказалась разрезанной на три части. Почти сразу же из облаков вынырнули три тройки Пе-2. Две из них уложили бомбы на полуразрушенные мосты. Третья высыпала свой смертоносный груз на танки. На бреющем пронеслись штурмовики
Размышления «Отца панцерваффе» были прерваны двумя мощными взрывами, перекрывающими рокот танковых двигателей и лязг гусениц, и сразу же посыпались доклады по рации:
– Говорит Финкель, впереди взорван мост!
– Говорит Шнайдер, у нас взорван мост!
«Накаркал», – подумал Гудериан и сразу же понял все.
Колонна растянулась на несколько километров. Капитан Финкель, начальник походной колонны, везущей топливо и боеприпасы, отрезан от танков. А военный медик Шрайнер – еще дальше, вместе с походным госпиталем, продовольственной службой и прочими тыловыми причиндалами. Видимо, как там пели социалисты в Веймарской республике: «Это есть наш последний и решительный бой!» Он почувствовал близкий конец, и это окрылило. Загробной жизни нет. Мы то, что о нас будут думать потомки.
– Панцеры – форверст! Марш!
В ответ ему взревели разрывы десятков снарядов. Гудериан соскользнул в башню, захлопнул люк. Он уже не видел вынырнувшие из облаков Пе-2, которые начали сосредоточенно крушить остатки мостов. Ему было не до Ил-2, добавивших десятки ракет в хаос артиллерийского удара. Его интересовала одна цель – танки русских. Ясно же, что это решающий бой, пусть и последний. Никогда до этого момента «Быстроходный Гейнц» не мыслил так ясно. Команды были четкими и исполнялись танкистами быстро. Колонна моментально рассыпалась веером, танки кинулись вперед. Через несколько секунд Гудериан понял, что пушки русских на другом берегу Веди, а раз достать их невозможно, вперед из сектора обстрела! Впереди обозначен как город, а на самом деле большая деревня Кантемиру. Но что это? Обходя ее справа, навстречу Гудериану пошли советские тяжелые танки КВ.
– Вот они, гады, – прошептал он и заорал в микрофон: – Друзья мои! Солдаты Рейха! Не могу приказывать, умоляю – не дрогнем! Не уроним честь немецкого рыцарства! Покажем этим коммунистам, как немецкий солдат умеет сражаться и умирать! Вперед, Дойчланд юбер аллес!!!
– Правее – два, и на полкилометра дальше самоходки русских, – доложили Гудериану с правого фланга.
– Шнайдер, не обращай внимания на танки, дави самоходки огнем!
– Справа сзади пять – атака русских танков!
– Хорн, кругом, встретьте их хорошенько!
– Гейнц, мы не можем их подбить, это Т-34, они неуязвимы для нас!
– Хорн, черт возьми, идите на таран! Только не стойте на месте! Нам уже не выбраться из этого мешка, так хоть продадим свою жизнь подороже!
Стремительно редеющие порядки немецких танков приближались к КВ. Легкие пулеметные T-I и Т-II загорались даже от близких разрывов осколочных снарядов. T-IV с трудом, но выдерживали попадания мощных пушек KB, но вреда им причинить не могли. Не знали немецкие конструкторы настоящего мирового, т. е. советского стандарта танкостроения. И горели немецкие танки, и танкисты в них горели.
– Шнайдер, Шнайдер! Что там у тебя?
– Господин генерал, это капитан Буш. Танк Шнайдера горит.
– Господин генерал!
– Слушаю, Хорн.
– Мы все погибли!
– В смысле?
– Мой танк горит, я ранен, из башни вылезти не могу, перебило обе ноги, люки заклинило! Прощайте. Если вырветесь из этого ада, поцелуйте германскую землю за нас. Прощайте… а-а-а!!!
Танк Гудериана вздыбился, напоровшись на противотанковый крупнокалиберный снаряд. Он пробил лобовую броню, раскрошил коробку передач, изрешетив водителя ее обломками, проскочил между ног Гудериана и наводчика, вдарил в перегородку моторного отсека.
– Покинуть машину! – скомандовал генерал и, подтянувшись на руках, перевалился через обрез люка. И только шмякнувшись на землю с высоты башни, понял, что осколки не миновали и его. В глазах потемнело от дикой боли. Правая нога ниже колена была перебита. Гудериан на руках попытался отползти от танка, но новая волна боли на несколько секунд отключила сознание. Когда он очнулся, то не сразу понял, где находится и что с ним. А в этот момент очередной снаряд русских вспорол броню T-IV, и волна высококачественного бензина из разбитого бензобака окатила Гудериана с головой. «Только не это!» – с ужасом подумал Гудериан и попытался откатиться от танка. Синее пламя змейкой скользнуло к седому генералу. И он принял смерть. Смерть лютую. Но принял ее как и полагается немецкому рыцарю.
Не удалась попытка Гудериана развернуть танки в линию и атаковать широким фронтом. На широкой и ровной площадке они были как на ладони, да еще повернулись спиной к пошедшим в атаку «тридцатьчетверкам». Вакуленко хотел было остановить танкистов, чтобы они не попали под огонь своих, но вместо этого приказал прекратить огонь артиллерии и двинул вперед КВ. И немцы оказались как между молотом и наковальней, между двумя волнами советских танков.
Небольшая группа немецких панцеров попыталась проскочить обратно к мосту, но была уничтожена батальоном Т-34, отсекавшим уже разрушенный мост. Место битвы, а точнее побоища, через несколько минут превратилось в кладбище разбитой горящей техники. Где-то в этом хаосе сгинул «Быстроходный Гейнц» – отец слабосильной немецкой танковой «мощи».
т. Иванову И.В.
Секретно. Срочно.
Донесение
Довожу до Вашего сведения, что мною, старшим инспектором Отдела иностранной техники Инспекции Главного Бронетанкового управления полковником Сотниковым при осмотре места боя в 1,5 км юго-восточнее п. Кантемиру установлено следующее:
Время: 30 июля 1941 г., 10.05.
Погода: сухо, солнечно, + 22 С
Местность: наклонная к реке Веде площадка размером 5 км на 1 км. Ограничена с севера лесом, с запада населенным пунктом Кантемиру, с юга и востока р. Ведя. Перерезана притоком р. Проведя. Мосты через реки уничтожены.
Действующие силы:
Красная Армия
Сводная группа войск, командующий – генерал-майор Вакуленко, в составе:
танки КВ-1 (47,5 тонн, 76-мм пушка, три 7,62-мм пулемета) – 9 машин;
КВ-2 (52 тонны, 152-мм гаубица-пушка, три 7,62-мм пулемета) – 20 машин;
Т-34 (27 тонн, 76-мм пушка, два 7,62-мм пулемета) -91 машина;
БТ-7М (14 тонн, 45-мм пушка, два 7,62 пулемета) -134 машины;
Т-40 и Т-4 °C (5,5 тонн, 20-ммавтоматическая пушка, 7,62-мм пулемет) – 31 машина;
Артемьев Р
рейтинг книги
