Чтение онлайн

Комэск резко отвернулась, чтобы Женька не заметила влаги, наполнившей глаза. Только что пришло сообщение из госпиталя, что ее напарница, молоденькая совсем девчонка, скончалась. Не помогли светила медицинские.

– У меня все. Вопросы? Нет вопросов. Свободна.

Новоиспеченная летчица ушла. Проблем не убавилось. Одна умерла, вторую как невесту украли. Сейчас пять минут поплачу, и вперед. Ладно. Повоюем.

Берлин. Рейхсканцелярия. 18 июля

– Браухич! Как вы, медная башка, могли додуматься до того, что нужно

отходить до границ Рейха? Если окруженные армии израсходовали боеприпасы, так доставьте им их. Геринг, организуйте воздушный мост.

– Но, мой фюрер, у нас для организации моста не хватит самолетов.

– Геринг, вы все еще маршал авиации?

– Да, мой фюрер.

– А по-моему, вы уже где-то полковник авиации.

– Но, мой фюрер…

– Геринг! – Гитлер уже не говорил – кричал: – Вы баран, Геринг! Вы, не успеете оглянуться, станете ефрейтором авиации! Кейтель! Что слышно о Гудериане?

– Мой фюрер, Гудериан сейчас собирает танковую группу из 39-го корпуса и болгар с задачей выбить красных из Румынии. Мой фюрер, это очень важная задача. Я думаю, не нужно ему сейчас мешать.

– Думать буду я, Кейтель, вы будете выполнять!

– Да, мой фюрер.

– Хорошо. Пусть проводит контрудар по направлению на Плоешти, только побыстрее.

– Яволь, мой фюрер.

– А где Гот?

– Мой фюрер, от генерал-полковника Гота третий день нет никаких известий.

– Ага, не знаете, где ваши генералы находятся! Мне Шелленберг вчера докладывал, что русские объявили по радио, будто Гот сдался им вместе со штабом 3-й танковой группы.

– Этого не может быть, мой фюрер, Гот не такой.

– Вот и я не поверил, но тогда где же он?! Все. Сейчас прибудут корреспонденты из «Фолькишер беобахтер», мне нужно подготовиться к интервью. Все свободны.

Румыния. Галацкий проход

Растянувшись в цепь, рота медленно продвигалась по лесу.

Солдаты осторожно ступали по земле, возможно, нашпигованной минами. Сзади бухтел дизелем огромный КВ-2. Саперы перед ним кололи землю щупами, пытаясь обнаружить замаскированный фугас, а механик, высунув голову в открытый люк, язвил что-то про нелегкую долю пехоты. Впереди, в нескольких километрах отсюда, Галац. А здесь вековые сосны в два обхвата, между которыми с трудом протискивается танк, да где-то замаскировался ДОТ. Колючая проволока по кустам, вбитые в землю рельсы. Так и есть. Коротко простучал вдалеке дятел. Ему в ответ простучал пулемет МГ. Ухнула пушка. Зашуршала желтая хвоя с вершины. Были солдаты, и нет ни одного. Все попрятались за деревьями.

– Лейтенант, – командир танка тихонько позвал пехотного офицера, – засекли выстрелы?

– Сейчас покажу.

Лейтенант взобрался на корму, по трансмиссии добелил до башни.

– Вон там, – показал рукой в сторону зеленой стены, – и вон там пушки.

– Ну ладно, смотрите: попадем, нет?

Скорострельность у 152-миллиметровой пушки танка КВ-2 невысокая. Откуда ей быть высокой? Такой калибр заряжается раздельно. Сначала снаряд весом в сорок девять килограммов досылаем. Потом заряд весом чуть поменьше. Гильотиной опускается затвор. Торопиться некуда. ДОТ от нас не убежит. Прицеливаемся.

– Туда?

– Да, чуть правее.

– Огонь!

Отдача пушки такова, что танк весом в пятьдесят две тонны подпрыгивает на месте. Снаряд продавливает собой метры грунта, взрыв

рвет бетон и арматуру.

– Ну, как?

– Вроде попали.

– А где пушка?

– Левее двадцать пять.

– Понял.

Снова прыжок на месте.

– Ну, теперь?

– Вроде, все пучком.

– Ну, давайте, поехали дальше.

Подмосковье. Кунцево.

Правительственная дача, 18 июля

– Иосиф Виссарионович, если это не мировая революция, тогда что же это?

– Товарищ Савицкий, во-первых, давайте поменяемся ролями.

– Как это?

– Нет, это не то, что вы подумали. Просто я – человек партийный, поэтому прошу называть меня – товарищ Сталин. Вы – человек беспартийный. Поэтому я вас буду называть по имени-отчеству, Петр Николаевич. И давайте постараемся не отступать от этого правила. Если я забудусь и буду называть вас по фамилии, вы не обижайтесь, пожалуйста, а просто поправьте.

– Да что вы, товарищ Сталин, как можно?

– А просто, скажите: «Я вам не товарищ, товарищ Сталин», – и усмехнулся в усы. – Я внимательно прочитал вашу книгу. То, что крутилось в голове, наконец, нашло выход в слове. В вашем слове. Вы правы: неприязнь Запада к России – это не классовая неприязнь буржуазии к государству победившего пролетариата. Она не зависит от общественного строя. Ни Александр Невский, ни Александр Первый не были коммунистами. Это противостояние жизненных укладов.

– Да действительно, при всей внешней схожести мы – разные цивилизации. Россия – не Запад и не Восток, Россия и не синтез того или другого. Россия просто другая цивилизация.

Румыния

Если в воздухе нет самолетов противника, летается легко и приятно. Только погода может испортить удовольствие от полета. Настроение могут испортить и события, происходящие на земле. Когда Евгения Саламатова возвращалась из своего первого самостоятельного боевого вылета, ее внимание привлекли полосы пыли, поднимающиеся над землей. В принципе в клубах пыли ничего необычного не было. Много пыли подняла Красная Армия в своем наступательном порыве. Но только эти танки, пылящие сейчас внизу, шли не на запад и не на юг. Они катились на север, в направлении Бухареста.

Евгения снизила ПО-2 и в широком вираже прошла над тремя параллельными колоннами. Она четко разглядела угловатые кресты на башнях, а все точки над «ё» были поставлены пулеметными трассами, пронесшимися рядом. Совершив противозенитный маневр, а точнее, какое-то его подобие, летчица подняла самолет до двух тысяч метров и, сделав пометку на карте, повернула домой.

СССР. Тирасполь. 19 июля

На командном пункте 9-й Армии царила рабочая суета, неизменно возникающая во время проведения крупник войсковых операций. Бегали секретчики с кипами расшифрованных донесений, перекрикивали друг друга телефонисты, штабные офицеры делали только им самим понятные пометки на картах. Изредка из главного зала раздавался рёв, похожий на рев идущего в атаку тиранозавра. Генерал-полковник Вакуленко в присутствии генерала армии Жукова методом убеждения ускорял темп наступления своих войск.