Чтение онлайн

– Да, святой отец, понимаю. И поэтому прошу. Я должен во всём разобраться, ибо, сделав это один раз, я обрету опыт.

Настоятель улыбнулся.

– Ты – храбрый юноша. Я понимаю твоё рвение, но прошу лишь об одном: не искушай судьбу и Господа – будь осторожен.

Про себя же Денгон подумал: «Если он погибнет – такова судьба. Если оборотень заденет его, прикажу уничтожить обоих. Но, если он справиться? – я смогу возвыситься и стать Верховным инквизитором Франции. И последнее привлекает более всего!»

Весь последующий месяц вплоть до полной

луны Рене исполнял привычные обязанности при Анри Денгоне. Тот в свою очередь истово молился каждый вечер, призывая на помощь Господа, ибо желал не только удачной охоты на оборотня, но и тайно лелеял надежду стать Верховным инквизитором.

Юноша не терял времени, основательно подготовившись к опасному предприятию. Настоятель приказал казначею выдать юному Шаперону столько серебра, сколько он пожелает, а также открыть перед ним монастырскую сокровищницу.

Рене внимательно осмотрел ряд сундуков, наполненных золотом, серебром и драгоценными каменьями. Да, почти за трёхсотлетнюю историю монастырь Святого Доминика сумел скопить не мало добра! Но никакие сокровища не привлекли внимания юноши, он взял всего лишь мужской, серебряный, скандинавский торквес [16] , чему сопровождающий его монах весьма удивился, но, следуя указаниям настоятеля, не стал задавать лишних вопросов и промолчал.

Рене направился в Шоле к кузнецу и заказал переплавить часть серебряных монет в наконечники для стрел. После этого он посетил лавку оружейника, у которого заинтересовался небольшим облегчённым арбалетом с отличным спусковым механизмом. Оружейник запросил дорого – десять серебряных су, чувствуя, что юный доминиканец – при деньгах и не из праздного любопытства выбирает арбалет.

– Арбалет отличный! Изготовлен в самом Нюрнберге известным мастером Гансом Грюневальдом. Вот, обратите внимание на клеймо, – оружейник перевернул оружие тыльной стороной вверх, – всё, как и положено: номер пятьдесят четыре [17] ! Так, что в качестве можете не сомневаться. Оружейник Грюневальд – один из лучших в Европе, он изготавливал доспехи даже германским королям.

– Что ж, пожалуй, – Рене ещё раз взвесил правой рукой арбалет, внимательно осмотрел его, особенно спусковую пружину и крюк. – Я беру его, вот вам десять монет, – он отсчитал серебряные су из напоясного кошелька и расплатился.

После оружейника Рене завернул к ювелиру. Когда тот увидел торквес, то не удержался, воскликнув:

– Интересная работа! Сему украшению лет двести, а то и более! Он – безупречен!

Рене кивнул.

– Да, безусловно, торквес хорош. Но мне хотелось

бы его несколько видоизменить.

– Вы хотели бы что-то добавить: камни, например, в виде подвески?

– Нет, подвеска здесь ни к чему. Я хотел бы, чтобы у него были острые шипы с внутренней стороны.

Ювелир округлил глаза и несколько растерялся, но, вспомнив, что перед ним – доминиканец, хоть и слишком юный, удержался от излишних вопросов.

– Конечно, как угодно…

– Я хорошо вам заплачу, если сделаете заказ быстро.

– Неделя вас устроит? – поинтересовался ювелир.

– Вполне…

На протяжении нескольких дней Рене с волнением наблюдал, как округляется лунный диск, и ощущал, что некая сила поднимается в нём. И вот настал тот день, когда луна обрела свою полноту.

Рене Шаперон помолился, положил в мешок арбалет, торквес и крепкие кожаные ремни, и ближе к вечеру направился в Шоле. Дома он застал отца и мать, они ужинали.

– Садись за стол сынок. Отведай тушёных бобов, – пригласил отец.

– Благодарю.

Рене поел с аппетитом, перед предстоящим делом не мешало основательно подкрепиться.

– Настоятель надолго отпустил тебя? – поинтересовалась мать.

– До утра… А где Жульбер? Он опять пьёт? – как бы невзначай спросил Рене.

– Ох… – матушка расплакалась. – Сладу с ним не стало. Стал злой, чуть чего на отца лезет драться.

Рене понял: началось! – теперь надо найти брата и воплотить свой план.

– На меня не очень то и полезешь! – возмутился старший Шаперон. – Я ему топором пригрозил – в миг унялся!

– Так, где же он? Я поговорю с ним, постараюсь его образумить…

– Куда там! Уж, если он нас не слушает, то тебя и подавно не станет, – сокрушался Гийом.

– Он – у своей подружки Люси, – пояснила мать. – Но не советую тебе ходить к нему. Говорят, он и её избил…

Рене отужинал и направился в предместье Шоле, где располагался дом Люси.

Когда Рене достиг предместья, монастырские колокола уже пробили вечернюю зарю. Дом Люси стоял несколько на отшибе, Рене огляделся, принюхался и явно ощутил уже знакомый запах зверя.

Он отворил дверь и вошёл в дом.

– Люси! Люси! – позвал он. – Где ты?

Никто не отвечал. Юноша инстинктивно почувствовал опасность и положил руку на навершие кинжала, висевшего на поясе в ножнах.

Неожиданно раздался стон. Рене прислушался: звук исходил из-за занавески. Он извлёк кинжал и резко отбросил ткань, готовый защищаться. Перед ним на убогой кровати лежала избитая Люси. Она едва дышала, её лицо заплыло от кровоподтёков.

Рене бросился к несчастной:

– Где он? Говори, где Жульбер?

Она едва приоткрыла глаза и еле-еле вымолвила разбитыми губами:

– Ушёл…Избил и ушёл…

– Проклятье! Я опоздал! Что же делать?

Рене бросился на улицу, постарался оглядеться и сосредоточиться. Запах зверя повёл его к цели, он бросился прямо через ручей к лесу, оттуда раздавался вой собаки. Рене пошёл прямо на вой и не ошибся: Жульбер сидел на коленях под деревом и выл, глядя на луну.

– Что ж это ты братишка – один без компании? – поинтересовался Рене.