Чтение онлайн

Когда они остановились отдыхать, Том неожиданно спросил.

— Как ты себя чувствуешь?

Какая-то нотка в его голосе встревожила девушку. Неужели он думает, что она испытывает какие-то трудности из-за своего сна? Она отмахнулась от таких же вопросов, когда он спрашивал о странном «даре», как он выразился, в которые верят некоторые инопланетники.

— Я способна идти, куда ты ведешь, — резко ответила она. — Все видят сны, но не вспоминают о них беспрерывно. Может, твой народ настолько отличен от нашего, что его тревожит такое?

— Дело не в твоем сне. Я должен признаться тебе в том, что сделал, потому что может наступить время, когда

такое действие будет необходимым, и ты должна будешь знать, что делать. Тут, — он похлопал себя по карману, — жидкость, которую я, как ты видела, добавил себе в воду, это стимулятор, раствор нескольких лекарств. Он дает телу силу, а мозгу ясность. Его нельзя принимать помногу или слишком часто, но он нужен тем, кто прошел через такие испытания, как мы. Я не знал, поможет ли он тебе, но положился на удачу. Ты… ты была очень далеко.

Она сжевала эту информацию вместе с концентратом, стараясь не слышать запаха идущего от этой пищи.

— Ты мог убить меня этим, — сказала она, надеясь, что ее голос звучит спокойно.

— Да, мог.

Симса задумалась. Он был искренен, этот инопланетник. Она сначала разозлилась, но не позволила злобе затемнить свой разум, как это сделали видения, когда она проснулась. Он рискнул — и удачно. Она знала, что стала сильнее, проворнее, выносливее.

Она вспомнила, что после жары и мучений дня она не знала, сможет ли собрать силы для дальнейшего бесцельного путешествия.

— Этого не случилось.

Она не хотела дать ему заметить, что о чем-то беспокоится. Они чужие друг другу, как она была чужая всем с тех пор, как умерла Фривер. Она даже удивилась этой мимолетной мысли: Симса не нуждается ни в ком кроме себя!

— Симса, — в первый раз он не добавил «леди», но говорил с ней, как с равной, — какой Дом дал тебе жизнь?

— Дом? — Симса презрительно засмеялась, и Засс тут же недовольно ответила ей. — Когда это житель Нор мог похвастаться домом? Мы знаем своих матерей, иногда отцов, но дальше… нет, дальше мы не считаем.

— А кто твоя мать? — допытывался он, отбросив обычную вежливость. Она могла бы сказать что угодно — что она брошенная дочь гильдейской женщины, и он мог бы уличить ее во лжи. Но зачем ей это? Гораздо легче ответить правду.

— Я знаю об этом столько же, сколько и ты. Я помню себя в Норе Фривер, а раньше — ничего. Но я не плод ее тела. Она была уже стара, когда я родилась. Возможно, я была мусорным ребенком.

— То есть?

— Ребенка кладут на кучу мусора и оставляют пожирателям падали. — Она намерено становила себя так низко, как этот мир расценивал ее, и, по непонятным ей самой причинам, это доставляло ей удовольствие.

— Возможно, Фривер там меня и подобрала. Она была достаточно любопытна, чтобы собирать необычные вещи. Разве ты не несешь с собой некоторые ее находки? Я не так замечательна, как эти твои Х'Эрт, но могло случиться, что для старухи я имела какую-то ценность. Во всяком случае, я была таковой для нее, когда она постарела. Она мучилась от болей в суставах, и так согнулась, что ей было трудно ходить рыться или собирать мусор. Я была слишком мала, чтобы носить большие предметы, но она всегда говорила, что у меня хорошие глаза. И мне везет… или везло — она не думала, что ее теперешнее состояние можно назвать везением. — Некоторые из хороших вещей старухи нашла я. И у меня была Засс. Еще никогда и никто не пытался приручить зорсала, а затем сдавать напрокат его услуги.

— Да.

Хотела бы она видеть сейчас выражение его лица, но было слишком темно.

Он ответил ей только одним словом. Странно, но она предпочла бы увидеть его более удивленным. Но откуда инопланетнику знать, каково жить в Норах? Жить тем, что люди Коксортала выкидывают, теряют или прячут и забывают.

— Там не было никого, кто был бы похож на тебя — с такими же волосами, с такой же кожей?

— Никого! — она не знала, стоит ли этим гордиться, но в ее ответе прозвучала гордость. — Меня называли Тень, я не только завязывала волосы, я брала сажу с котелка и мазала брови и ресницы и становилась частью самой ночи. Фривер предупреждала меня об осторожности. Она говорила, что есть такие, кто воспользуется моей необычностью для торговли, сделают мня товаром. Я научилась прятать большую часть себя. Много раз это бывало полезно.

Она усмехнулась, но ответного смеха не услышала.

— Значит, никто не видел тебя и не видел твоих отличительных признаков. А старуха считала, что они могут быть опасны?

Симса не понимала, почему он так прицепился к ее внешности. Она была необычной, но в Норах многие являлись результатом случайных и почти забытых связей между иноземцами. Она однажды позавидовала Лапуру, которого взяли от отца (если Кант был его отцом) за его исключительно длинные руки. Его взяли в Воровскую Гильдию, которая сильно продвигалась в этом мире. Симса часто думала, что Фривер, может быть, просто считала, что ребенок, могущий растворяться в темноте, тоже будет иметь цену. Не потому ли старуха так часто говорила о маскировке? К тому времени, когда Фривер умерла, Симса была уже слишком независимой, слишком взрослой, чтобы воспитываться под грубым и жестким контролем Воровской Гильдии.

— Немногие видели меня, когда я стала старше, — вспоминала она, — такой, как я была. Старуха надевала на меня шапку, когда я выходила на добычу. Она не хотела стричь мне волосы — не знаю почему. Затем она стала посылать меня ночью и учила, как ходить невидимкой. И в странных местах, где у нее были какие-то дела, — я никогда не понимала, какие — я тайно отдавала вещи, получая в обмен другие.

Он прекратил вопросы, потому что стал наливать порции воды. Выпив, она в свою очередь спросила:

— А как насчет твоего Дома, звездный человек? Ты, наверно, сын Лорда, если можешь летать с одного мира в другой, как сыновья Засс перелетают со скалы на скалу? Велики ли ваши дворы и сколько людей твоего клана собираются утром на зов?

Он засмеялся.

— У нас не такие обычаи, как в Коксортале. Никто не живет большими семьями. Были мои родители, но они давно умерли, следовательно, главой Дома как вы называете, стал мой старший брат. У нас есть сестра, она замужем за капитаном звездного корабля и живет всегда в странствиях. Люди уважают моего брата за ученость, и я частично разделяю его занятия и его вкусы. Мы работали на различных проектах, когда я услышал, что он исчез здесь. Я понял, что должен искать его. Я пошел к своему шефу и сказал об этом. Он дал мне отпуск, и я приехал на первом же корабле, который приземлялся здесь. По пути я узнал из лент, что именно искал мой брат и что ждет меня. Поэтому я взял с собой нейтрализатор тяготения, хотя это незаконно. Однако, я не предполагал, что мои вопросы вызовут такие сомнения среди тех людей, которые как раз и должны были оказать мне помощь. В конце концов, им было выгодно помочь Лиге Техников-Историков. Если они боятся, что мы украдем древние сокровища, то Лига могла бы дать им гарантии, что мы ничего подобного не сделаем.