Представитель

– Петрооов!!! Пееетроов!!!

Звук доносился глухо, как из плотного тумана. Звали. Наверно долго. Но он не хотел открывать глаза, не хотел просыпаться, не хотел возвращаться в реальность, не хотел жить. На этой мысли он открыл глаза, потому что стало смешно. Не хотел жить. В свете последних событий очень смешно. Сквозь туман перед глазами увидел нависшее над ним лицо со спутанными волосами.

– Петров, вставай, ждут тебя давно!

– Не хочу! – он отвернулся, свернулся калачиком, закрыл глаза.

– Вставай, он может больше не позвать!

Он резко сел:

– Зачем?

– Иди, говорю, там спросишь.

Лицо исчезло, словно растаяло

в тумане.

Он потер глаза, взлохматил и без того торчащие волосы. Ладно, пойду, что тут еще делать?

Туман был плотный белый, но создавал иллюзию прозрачности, как будто надел бабушкины очки. При мысли о бабушке запершило в горле. Напомнил себе, что решил не вспоминать.

Белая дверь была открыта. Решил не стучать, он же не напрашивался.

– Здравствуй, заходи.

Человек в белой тунике с русыми волосами и ярко-голубыми глазами смотрел внимательно, но без напряжения. Петрову показалось, что с их последней встречи он сильно устал. Еще бы не устать, в свете последних событий, подумал Петров, заварили кашу, не расхлебаешь. Договор, мать его!

Человек в белом усмехнулся, как будто прочитал его мысли.

– Ты возвращаешься! Другого пути нет!

– Как??? Куда??? Меня там полгода не было!!! Да и зачем? Я не вижу выхода, мы ничего уже сделать не можем!

– Выход там же где и вход, – человек в белом смотрел спокойно, ты найдешь выход, тебе помогут.

……

Она стояла у окна и смотрела, как капли дождя скатываются по стеклу. Первая гроза в этом году. Сквозь тучи на небе пугливо пробираются лучи солнца. Сквозь открытую форточку бил в нос резкий запах озона, она давно уже не чувствовала этот запах. Жадно потянула носом.

На улице было пусто, впрочем, в последнее время так всегда. Только одинокий человек сидел на лавочке, подставив лицо каплям дождя. Глаза закрыты, как будто получал удовольствие. Чудик! Лилит резко закрыла форточку, на подоконнике уже собралась лужа. Нужно идти, но под дождь не хотелось. Но если выйти позже, можно попасть под комендантский час, и тогда нужно организовывать встречу заново.

Эти встречи проходили раз в месяц, по условиям договора стороны должны были докладывать о своих планах. Но обычно это превращалось во взаимное обвинение друг друга в несоблюдение договоренностей и упреках. В последнюю встречу договорились до того, что расторгают договоренности и все идут своим путем. Хаос. Нет хуже, катастрофа. За эти полгода такого наворотили, что расторжение договора отбросит все назад на миллионы лет. Лилит не покидала мысль, что это точно конец. Почему он не вмешивается? Почему не поставит все не свои места?

……

На этот раз встречу назначили в Москве, в одной из башен Москва – Сити. Лифт был пуст, и Лилит решила, что опоздала. Но в холле тоже никого не было. В переговорной одиноко сидел лохматый парень в джинсах и мокрой ветровке. Перед ним чашка с дымящимся кофе. Глаза закрыты. Лилит резко вошла в комнату. Парень глаз не открыл, даже не дернулся.

Спит, что ли?

– Добрый день! – Лилит нарочно повысила голос.

Парень медленно открыл глаза, посмотрел, перевел взгляд на кофе, ладонями обнял чашку, но пить не стал.

– Добрый, – голос хриплый, но хорошо сочетался с помятым видом парня.

– Вы кто?– Лилит уже начало раздражать его равнодушное спокойствие.

– Представитель.

– А где предыдущий?

– Не знаю, прислали меня.

– Больше никого не будет?

– Нет, только Вы и я.

– В

смысле? Я только секретарь, я не уполномочена принимать решения, да я не могу…, – Лилит осеклась, замерев под взглядом парня. Теперь он смотрел насмешливо. Вернее глаза смеялись, а лицо оставалось невозмутимым. Смеется надо мной??? Да как он смеет? Да я его…

Лилит резко встала:

– Думаю, что встречу надо перенести, мне надо связаться с руководством.

Парень тоже встал:

– Нет времени. Мне сказали только Вы и я. Последний пункт договора.

Что? Последний пункт договора? Да не может быть! Этот пункт работает как последний план действий. Если он не сработает, то конец. Всему конец! Лилит покачнулась и снова села:

– Кто Вы?

– Петров. А Вы?

– Лилит.

– Добро пожаловать в команду, Лилит.

……

Даша сидела за ноутбуком и пыталась сосредоточиться на варианте, присланном репетитором еще вчера. Но никак не получалось. Что-нибудь да отвлекало. То переписка в Контакте, то Инстаграмм, то есть хотелось. Вариант не давался, до экзаменов две недели. Уроки в школе отменили еще в марте, дистанционное обучение давали только по предметам, которые будешь сдавать. Репетиторы тоже были дистанционно. Друзья дистанционно. Дистанционная жизнь, Даша вздохнула. Вирус, про который говорили, что к лету закончится, набирал обороты. Но как не странно паника пошла на спад, люди привыкают ко всему, привыкли и к этому. Уже меньше пугали новостные выпуски, меньше стало рассылок со смешными мемами про вирус, меньше делились лайфхаками про защиту от него. Люди стали привыкать. Появилось какое – то равнодушное спокойствие или, как сказала мама, обреченное спокойствие. Когда ничего от тебя не зависит. Люди просто пытались жить дальше, наладить элементарное существование в новых условиях. Нужно зарабатывать хотя бы на еду. Если раньше все чего – то ждали, что вот немного и все станет как прежде, все наладится, то сейчас во «все будет хорошо» мало кто верит. Начали с «выживает сильнейший» и закончим им же. Тема, присланная репетитором для сочинения, требовала фантазии на тему, что я хочу делать в будущем. Даша не знала, что она хочет делать. Об этом она объявила родителям еще зимой. Было пролито немало слез по поводу «я не знаю, чем хочу заниматься» и «я не знаю, куда хочу поступать». Теперь и это не актуально, дистанционное поступление и обучение, в любой университет страны и мира. Потом дистанционная работа. Дистанционная жизнь. Дистанционное будущее. Раньше все так стремились в соцсети, дистанционно показать себя и свою жизнь и посмотреть на других, удаленно работать, что сейчас это кажется каким – то сюрреализмом. Даша скучала по теплому общению с друзьями, по школе, даже по учителям. Просто скучала по прогулкам по городу, по сидениям в кафе, по разговорам. Это есть и сейчас, в мессенджерах, но какое – то тусклое что ли, без эмоций.

……

На крыше здания Москва – Сити было мокро. Они стояли на парапете и смотрели вниз. Поток машин был небольшим, только те, кому было разрешено перемещаться на работу и обратно. Прохожих не видно. Только патруль военных, скоро начнется комендантский час.

Петров монотонно говорил, Лилит молча слушала.

– По последнему пункту договора о плане должны знать только мы с тобой. По договору вирус должен был остановить человечество от разрушения, но не уничтожить его. Что – то пошло не так, на каком-то этапе. Нам нужно найти поломку или обезвредить того, кто сломал. О том, что будем делать руководству не докладывать.