Председатель
Шрифт:
После первого шока мужчины в комнате немедленно закрутили штатную карусель вокруг девушки — пододвинули стул, предложили чаю, папирос, карамель…
— А хороша, а?
Митя только вздохнул — он пропал с первого взгляда. Гибкая фигура, высокие скулы, слегка миндалевидный разрез зеленых глаз… Она села, сняла папаху, и по плечам красным золотом полыхнули волосы. В голове Мити стучали только две мысли — что ее любой ценой нужно забрать с собой в Москву, даже если для этого придется просить отца. И что прямо сейчас он сорвется и наделает глупостей, если Миша не отойдет от нее шагов на
Егор несколько раз перевел взгляд с Мити на девушку и обратно, оценил сложность ситуации и принял решение, за которое Скамов-младший был ему благодарен, что называется, по гроб жизни.
— Дмитрий Михайлович! — командирский голос Медведника вывел его из оцепенения., — Проводите товарища Здалевскую к радиотелеграфистам, отберите две станции с расчетами и согласуйте таблицы связи.
— Есть! — кинул руку к фуражке Митя и нырнул в этот зеленый омут. — Прошу за мной.
За спиной Костя с дурашливой ухмылкой развел руками перед разочарованным Левандовским.
Зима 1918
За полгода американцы перекинули в Европу четыре десятка дивизий, что позволило командованию Антанты перейти к войне на истощение. Все лето и осень одно за одним шли наступления, тараном долбившие оборону немцев.
На Пьяве итальянцы при помощи американцев и французов отбросили австрийцев, Салоникский и Месопотамский фронты теснили болгар и турок. Еще в октябре лорд Алленби вошел в Иерусалим, во главе одного из полков Еврейского легиона шел Трумпельдор. Их встречали лидеры подполья, список фамилий которых выглядел, как выдержка из курса истории ВКП(б).
Младшим членам Четверного союза приходилось несладко, и они держались только благодаря немцам — офицерам в штабах и полевым войскам в окопах. А Второго рейха на все фронты уже не хватало, хотя он тоже старался не отставать и успел учудить парочку операций, крепко встряхнувших Западный фронт. Казалось, адские потери никого не смущают — лишь бы побольше крови пустить. И эта тупая стратегия в конце концов принесла результат — Германия выдохлась.
Выдохлась она еще и потому, что меньше преуспела на Восточном фронте, не смогла оккупировать Украину и вывезти из нее десятки тысяч вагонов с продовольствием.
Первыми сдались болгары — немцы перебросили войска на запад, оставив болгарскую армию наедине с противниками. Для начала греко-французы выбили братушек с позиций на реке Скра, а потом началось общее наступление Салоникской группировки. Невзирая на потери, войска Антанты давили, давили и, наконец, додавили — фронт лопнул. Начался стремительный отвод болгарских войск, а местами попросту паническое бегство. Прошла волна солдатских бунтов, пара дивизий даже снялась и двинулась на Софию — а остановить их оказалось нечем. Так что Рождество Болгария встретила в состоянии мира. Точнее, капитуляции — вовсю шла сдача оружия, греки и французы занимали ключевые города.
Затем пришел черед турок, отрезанных от Австрии и Германии. Пал Дамаск, Кавказская армия заняла Мосул и вышла на Тигр, но главное — к Эдирне подходили войска, только что выбившие из войны Болгарию. Турки сдались на условиях разоружения армии и оккупации Константинополя.
Глядя на такое, парламент Венгрии расторг унию с Австрией, и лоскутная империя рассыпалась, как дженга, из которой вытащили последний брусок. В конце января возникли и немедля объявили о независимости Чехословакия и Югославия. В начале февраля Пилсудский в Кракове провозгласил свободную Польшу, а Петрушевич во Львове — Западно-Украинскую Республику.
Доминошки падали, падали — и зацепили Германию: по всей стране двинулся вал голодных и солдатских бунтов, приведших к отречению кайзера и установлению республики, немедленно запросившей перемирия.
Мы выдержали.
Теперь нам предстояло демобилизовать армию и утихомирить неизбежные волнения в стране, вызванные двумя подряд встрясками — установлением власти Советов и окончанием войны.
А также выгрызть у союзников условия, без которых нам новое общество не построить.
Глава 11
Весна 1918
Окончание войны проблем только добавило. Так-то мы удерживали несколько миллионов вооруженных мужчин в окопах угрозой немецкого наступления, а после перемирия держать их стало нечем. Разве что свидетельством о демобилизации, без которого к дележу земли не допускали.
Но это в теории. На практике мы получили с одной стороны не устоявшуюся власть, а с другой — рвущихся домой крестьян, зачастую с винтовками.
— Вот, полюбуйтесь, что ваш мужичок-богоносец творит, — передал мне очередную сводку Предсовнармина. — Делят землю, грабят усадьбы. Типичная мелкобуржуазная среда. За ржавый семишник готовы вцепиться в горло. Считаю необходимым послать Красную гвардию на усмирение.
— Что-то у вас терминология, как у недавнего премьера Столыпина, Владимир Ильич.
— Вам шуточки, а Столыпина, между прочим, — он постучал пальцем по бумагам, — убили при разграблении усадьбы.
— Печально. Тем не менее, я категорически против силовых методов. Да, мелкобуржуазная, но другой среды у меня для вас нету, нужно работать с тем, что есть. И действовать по утвержденному плану.
— Организовать обобществление земли, создавать артели и вводить новый налоговый кодекс, — кивнул Ленин. — Но все-таки нужно подкрепить Советы вооруженной силой.
— Разгром поместий — это, к сожалению, издержки, мы их никак не избежим. Черт с ними, пусть выпустят пар, хотя жалко безумно. А насчет силы… Надо дать инструкцию местным Советам — пусть усиливают милицию и по возможности спасают всех и все.