Чтение онлайн

Активность индустриальной политики фашизма в настоящее время выражена в следующих словах в обзоре фашистской конфедерации промышленников за 1939 г.:

"Суммируя происходившее за шестнадцать лет развитие фашистской политики в области промышленности, можно засвидетельствовать, что она уважает частную собственность на средства производства и основана на частном предпринимательстве, руководимом расчетом на выгоду, но исходит она из положения, что производство осуществляется в национальных интересах, что собственники ответственны перед нацией за то, как они пользуются средствами производства, и что при отсутствии или установлении недостаточности частного предприятия государство принимает на себя дополнение, регулирование или замену его" [66] .

Итак, здесь уже прямо говорится о возможности замены частного предприятия государственным. Это уже много больше того, что было провозглашено в Хартии Труда, там говорилось только о контроле, поощрении и прямом руководстве, здесь допускается уже дополнение и замена частного предприятия. И действительно, мероприятия последних лет в Италии подчинили государству почти все важнейшие отрасли промышленности (Key industries).

Для общего надзора и руководства основными видами промышленности создан в Италии особый "Институт по реконструкции промышленности". Этот Институт финансирует некоторые предприятия и входит в них в качестве совладельца. Так, напр., в трех крупнейших судостроительных заводах Институту принадлежит 50 % акций. Велико участие государства в стальной промышленности. В некоторых предприятиях, как, напр., по производству синтетического каучука, целлюлозы из соломы, бумажном производстве "Бурго и Ко.", правительство имеет своих представителей в правлениях и т. д.

Под правительственный контроль поставлены все виды объединенных предприятий: тресты и синдикаты. Правительство не поощряет, в принципе, создания очень крупных объединений, исходя из того, что средние и мелкие концерны легче приспособляются к изменяющимся экономическим условиям, чем грандиозные предприятия с их чрезмерно высокими постоянными издержками. Только для некоторых отраслей промышленности: банков, гидроэлектрических станций, судостроительных верфей и т. п., признается полезным крупный масштаб предприятий и устранение конкуренции.

Возникновение новых предприятий и расширение существующих допускается лишь с согласия гильдейских организаций, объединяющих на принципах паритетного представительства предпринимателей и рабочих каждого вида промышленности и включающих каждая по три представителя фашистской партии, в качестве защитников общенационального интереса. По отчету 1938 г., за год гильдии рассмотрели 971 заявление об открытии или расширении предприятий и удовлетворили 649, отвергли 161 и отложили для более обстоятельного обсуждения 132.

Общее впечатление от фашистской политики в области индустриального хозяйства, что она избегает больших стеснений частной инициативы, ограничиваясь преимущественно содействием и руководством частной предприимчивостью. Здесь нет централизации хозяйства, но нет и полной свободы частной инициативы и соревнования. К этой системе больше всего подходит название "система скованного капитализма". Государство не ограничивается планомерностью содействия, но широко распространяет свой контроль, руководство и даже прямое участие в промышленной деятельности наряду с частными предпринимателями.

Не может быть сомнений, что эта система несравненно целесообразнее, чем коммунистическая система поглощения частных предприятий государством и гигантомания, пренебрегающая теми легионами мелких и средних предпринимателей, которые создают незаметным безымянным трудом основы народного богатства. Но преимущества по сравнению с коммунизмом дают ли право этой системе считаться последним словом и последним достижением в истории хозяйства? Что иное представляет собой эта система, как не опеку над несовершеннолетним? Сохранять эту опеку без конца значит не дать созреть опекаемому, задержать его возмужание. Постоянное содействие, руководство и контроль ослабляют частную инициативу; управление предприятиями бюрократизируется, ослабляется риск, благодаря отсутствию конкуренции; уменьшается интерес,

благодаря понижению прибыли. Несколько десятков лет подобной экономической политики приведут к вырождению предприимчивости. Насколько было бы выигрышнее для государства, если бы оно обладало таким предприимчивым населением, что оно само без помощи и указания государства возделывало бы склоны гор, создавало бы производства, которые освобождали бы страну от необходимости ввоза иностранных товаров, вели бы ответственные предприятия, не нуждаясь в контроле. Но этого можно достичь лишь на основе свободного соревнования, а не в состоянии подопечности.

Фашизм ограничил внешнюю торговлю, подчинив ввоз всех главных предметов торговли полуофициальным организациям, объединяющим все закупки и распределение предметов ввоза. Внутренняя торговля сохраняет свободу, но цены на важнейшие предметы потребления подчиняются контролю и регулировке. Центральный междусиндикальный Комитет, председателем которого состоит секретарь фашистской партии, содействует в деле установления цен провинциальным междусиндикальным комитетам. Регулировке подвергаются и заработные платы, так что приказом властей может быть произведено (и так фактически было) снижение и повышение заработков и цен. Здесь уже применяется принудительное начало, которое тем рискованнее, чем больше размеры государства, разнообразнее условия жизни и торговли.

Очень многие итальянские предприниматели и рабочие самоустраняются от участия в корпорациях (гильдиях) и решениям последних подчиняются, как необходимости. Корпорациям удается с успехом осуществлять некоторые задачи, возложенные на них государством, и обеспечивать страну теми продуктами, которые ранее привозились из-за границы, но цена этих продуктов выше, чем продуктов привозных. Жизнь удорожается. Корпорации имеют склонность сокращать конкуренцию, не допускать дорогих нововведений и не поощрять технического прогресса. Спустя ряд лет это скажется отсталостью промышленности. Если же государство из соображений политического характера (независимость от внешнего мира) будет брать на себя специальное попечение о каком-либо виде промышленности, то это будет обходиться народу очень дорого.

Путь регулировки экономической жизни очень скользок. Тесное сплетение потребления, производства, обмена, распределения приводит к тому, что, применив регулировку в одной области, поневоле переходишь и к другой. История законодательства о продовольствии и снабжении времени Великой войны 1914–1918 гг. [67] дала в этом отношении прекрасные иллюстрации. Твердые цены на хлеб требовали введения твердых цен и на другие предметы потребления и снабжения. Таксировка цен на предметы производства требовала также урегулирования и заработных плат, и постепенно регулирование и планирование хозяйственной жизни распространялось и углублялось, подготовляя почву для коммунизма.

Система "скованного капитализма" неизбежна и целесообразна в Период военных бурь: следовательно, на время. Итальянский фашизм подчинил экономику политике, т. к. он поставил своей главной задачей осуществление больших планов внешней политики для обеспечения благосостояния народа за счет новых территориальных приобретений и за счет покоренных государств.

Если бы Италия обладала большими капиталами, ей не было бы надобности ограничивать предпринимателей в выборе деятельности, если бы она не готовилась к войне, она стремилась бы к экономической автаркии (Selfsufficiency) и не создавала бы громоздкую систему контроля над внешней торговлей и отечественным производством. Тогда осталась бы только планомерность государственной поддержки частных предприятий в области земледелия и промышленности. Такая планомерность всегда лучше бессистемной помощи, свидетельствующей об отсутствии у правительства определенной хозяйственной программы, но это становится теперь общим правилом.