Чтение онлайн

О'Халлаган был совершенно спокоен и уверен.

– Мне пришлось немного познакомиться с Гирландом, и я его знаю, – сказал он. – У него есть все шансы, чтобы выжить. У него! Я готов держать с вами пари на сто долларов, что он победит.

Говард улыбнулся и покачал головой.

– Я отказываюсь держать пари. Я тоже знаю репутацию Гирланда.

Оба мужчины смотрели на расстилающийся под ними пейзаж в то время, как вертолет летел к границе.

Малих начал беспокоиться. Ему понадобилось намного больше одного часа, чтобы пройти поближе к шахте, и теперь

неожиданная активность просматривалась на австрийской стороне границ.

Три раза ему пришлось затаиться в высокой траве при приближении австрийских солдат, которые патрулировали лес. Срок, который он дал себе, подходил к концу. Было уже больше четырех часов, и небо начинало понемногу бледнеть. Патруль удалился, и в лесу снова наступила тишина. Малих поднялся и стал продвигаться быстрей. Вдалеке он увидел подпорки шахты, которые вырисовывались на фоне неба, и он знал, что, наконец, подходит к выходу из шахты… Но лес становился все более редким, и вскоре он очутился на краю большого пустынного пространства, зоны песка и травы, позади которого начинались кусты. Он остановился за деревом, чтобы прислушаться.

По правую руку он слышал, как по лесу ходили люди и чей-то голос вдалеке звал их. Он теперь видел выход из шахты, узкий проем, наполовину заросший растительностью. Это оттуда должен был выйти Гирланд, если ему удастся дойти до этого места. Малих прикинул расстояние. Он находился слишком далеко, чтобы быть уверенным, что сможет использовать свой автоматический пистолет. Следовательно, ему нужно подойти поближе, и, как факт, подойти открыто.

Он снова прислушался. Больше ничто не шевелилось. Шум замолк.

Поколебавшись, он бегом промчался по песчаной площади и бросился за куст. Слева от него возвышался небольшой холмик, покрытый густым кустарником. Оттуда, если Гирланд выйдет из галереи, он сможет отлично прицелиться по нему. Он снова побежал, и, достигнув холма, повалился плашмя на песок позади кустарника. Потом он достал свой большой пистолет, снял предохранитель, и положил оружие на песок рядом с рукой.

«Сколько времени ему еще придется ждать? – задавал он себе вопрос. Смерн, может быть, уж не настолько ошибался, называя его сумасшедшим. Существовало слишком много возможностей за то, что Гирланду не удастся выбраться из шахты. Как только был разобран завал, солдаты могли войти в шахту и захватить его в ловушке.

Малих снова услышал вдалеке голоса. Он повернул голову в сторону леса, но не заметил никакого движения. И только тогда до него дошло, что он не может стрелять в Гирланда, если австрийские солдаты будет находиться поблизости. Даже если он его убьет, он сам пропадет. Звук выстрела привлечет солдат, которые набросятся на него, как стая гиен, и у него уже не будет никаких шансов перейти границу.

Но он все равно должен ждать. С его геркулесовой силой он был уверен, что сможет уничтожить Гирланда голыми руками, но находится ли он в удобной для этого позиции, когда Гирланд выйдет из галереи? Он решил переместиться на скалу, которая возвышалась над выходом из шахты. Оттуда он сможет прямо упасть на

Гирланда, когда тот выйдет из проема.

Малих смотрел некоторое время на солнце, которое поднималось позади деревьев, потом стал осторожно ползти на новую позицию.

Плот тихонько стукнулся о землю. Перед собой Гирланд видел дневной свет.

Свежий воздух, который устремился в шахту, приятно освежал его тело, наполненное усталостью.

– Мы приехали, дорогая, – сказал он. – Мы находимся в Австрии.

Мала лежала на спине, слишком измученная, чтобы реагировать. Измазанная пылью, в джинсах, прилипших к ногам, с волосами, висящими крысиными хвостами, она оставалась неподвижной.

– Ну идем, моя дорогая, – настаивал Гирланд. – Мы приехали.

Он соскользнул в неподвижную воду и вытянул плот на сухой песок. У него болело все тело и была страшная слабость, но это уже не имело никакого значения: они победили!

Мала собрала остаток своих сил, поймала руку Гирланда и оторвалась от плота. Они легли бок о бок, чтобы немного отдохнуть и наполнить легкие свежим воздухом; Через несколько минут Гирланд уже оправился. Он встал и отвязал заплечный мешок, привязанный к плоту. «Трудности еще не закончены», – подумал он. Он не имел ни малейшего представления о том, как ему надо будет вести себя с австрийскими пограничниками, если они их зацапают. Он также не знал, на каком расстоянии находится какой-нибудь населенный пункт или город.

– Мы отправимся в путь? – спросил он, наклонившись над Малой, которая лежала на спине с полузакрытыми глазами.

Она посмотрела на него и улыбнулась.

– Ты потрясающий, – сказала она. – Я так благодарна тебе…

– Благодарности и фанфары могут подождать, – сказал он. – А теперь… встать!

Она протянула ему руку и он помог ей подняться.

– Воображаю, какой у меня вид! – печально проговорила она.

Он расхохотался.

– Я уже видел хуже, но редко. – Он подобрал мешок и ружье. – Пошли!

Медленно, бок о бок они прошли по длинной галерее. Перед собой они видели маленький сектор голубого неба. Когда они подошли к выходу, Гирланд остановился, положив руку на руку Малы.

– Останься здесь. Я пойду брошу взгляд. Нам только недостает дать себя спустить какому-нибудь нервному австрийцу.

Он положил заплечный мешок и ружье.

– Я вернусь сразу же, как только буду убежден, что все идет хорошо.

– Нет! Не бросай меня! – Глаза Малы расширились от печали. – Я хочу пойти с тобой!

– Делай то, что я тебе говорю. Я должен быть уверен, что мы ничем не рискуем.

Его тон, казалось, успокоил его.

– Хорошо. Я тебя подожду.

Он внимательно посмотрел на нее. Несмотря на то, что она была вымазана в грязи и вид у нее был жалкий, измученный, в ней все же было что-то такое, что влекло его к ней. Он прижал ее к себе.

– Я сейчас же вернусь.

Он с предосторожностью подошел к выходу из галереи и оттуда стал осматривать песчаную площадь, потом кусты, посмотрел некоторое время на лес, в котором царила полнейшая тишина.