Чтение онлайн

— Доброе утро, сэр, — произнесла она. — Не слишком ли я рано?

Майкл улыбнулся и нежно ее поцеловал.

— Долго же ты шла!

— Я думала, что предусмотрительность не помешает, — сказала она. — Покажи мне свой дом.

Майкл провел ее по первому этажу, показал кинозал.

— А теперь давай посмотрим второй этаж, — предложила она.

Они поднялись наверх.

Аманда одобрительно кивала головой, обходя вокруг, затем, когда он показал ей душ с горячей водой, ее глаза

блеснули.

— Вот что я сейчас хочу! — произнесла Аманда.

Она быстро расстегнула легкое шелковое платье, и оно упало к ее ногам. Она стояла перед ним совершенно голая.

Майкл сразу оценил женщин Южной Калифорнии за их стремление к красоте и хорошей фигуре.

Аманда Голдман в свои сорок лет выглядела так, как должна была выглядеть лет пятнадцать назад.

— Ты присоединишься ко мне? — сказала она, вставая под душ.

Майкл не заставил себя долго ждать.

Совет директоров «Центурион пикчерс» начался чуть позже, в два часа. Лео представил присутствующим Майкла.

— Я очень рад представить вам сегодня нашего нового директора Майкла Винсента. Я надеюсь, он сможет внести в совет долю созидательного и позитивного мышления первоклассного киномастера.

Вокруг раздались вежливые аплодисменты.

Лео продолжал.

— Господа, сегодняшнее заседание будет скорее специальным, чем очередным; я хочу предложить вам вопрос о слиянии двух компаний.

Майкл испугался, но немедленно начал соображать, что это может значить для него; ему это не нравилось. По лицам директоров было ясно, что они тоже удивлены.

— Я знаю, — сказал Лео, — что многие из вас уже знают, о чем идет речь. Такие вещи всегда носятся в воздухе.

Седой мужчина на другом конце длинного стола взял слово:

— Я ничего не слышал об этом, Лео! А уж я, как никто другой здесь, имею достаточно информации о положении наших дел.

— Гарри, — произнес Лео, — если об этом не слышал ты, значит не слышал никто.

Вокруг стола раздался шепот.

— Предложение поступило от «Ямамото корпорейшн», Токио, — произнес Лео.

Он назвал очень значительную фирму.

Майкл неожиданно захотел иметь несколько акций «Центуриона».

— «Ямамото»? — переспросил директор. — Я путаю все эти японские компании.

— У «Ямамото корпорейшн» очень широкое поле деятельности в области электроники, как в своей стране, так и в Европе, она имеет автозаводы в Таиланде, фармацевтические фирмы и фирмы звукозаписи в Европе. «Ямамото» считает, что самая большая кинофирма Америки достойна стать одним из ее отделений.

— Сегодня они хотят это, но завтра им захочется большего, — раздался голос Гарри с другого конца стола.

— Я думаю, что мы должны посоветовать

им засунуть свое предложение в свои восточные задницы.

— Кто за то, чтобы отклонить предложение «Ямамото»? — произнес Лео.

Раздался одобрительный гул.

— Кто против?

Тишина.

— Предложение Гарри принято единогласно.

— Лео, — сказал Гарри, — учти, что то, что мне не понравилось это предложение, еще не значит, что меня нельзя убедить в обратном.

— Гарри, — произнес Лео, — я хочу, чтобы ты и другие члены этого совета знали, что я никогда не приму предложение от японской компании. Я не хочу выглядеть расистом, но эти маленькие ублюдки уже получили «Юниверсал» и «Коламбию», но только вот «Центурион» не предназначен для продажи.

— Все продается, Лео, — сказал Гарри, — даже «Центурион».

— Нет, пока я обладаю пятьюдесятью четырьмя процентами голосующих акций, — сказал Лео.

Гарри промолчал.

— А теперь, господа, повестка дня исчерпана, заседание закрыто. Вы совершенно свободны днем, но не забудьте, что я даю ужин и прошу ко мне в семь.

Директора встали и, переговариваясь друг с другом, вышли из комнаты.

Через десять минут Майкл с Лео сидели наедине в офисе.

— Объясните мне кое-что, Лео. Ведь эти люди приехали со всей страны на это собрание, которое и длилось то пять минут, так?

— Да, конечно.

— Я понимаю, у вас должны быть веские основания для этого, но, если бы меня выдернули на пятиминутное собрание совета, я бы чувствовал себя оплеванным.

— У меня была причина, — кивнул Лео. — Это не последний раз, когда мы собираемся слушать предложение от «Ямамото». Эта хитрая кучка желторотых — крутая банда проходимцев. Я хотел, чтобы мой совет понял, что я и слышать не хочу о принятии такого предложения. Во всяком случае, до сих пор я контролирую пятьдесят четыре процента акций.

— Почему ты так этого не хочешь, Лео?

— Потому что студия — это я. Это моя жизнь. Это то, что я делаю и то, что я представляю из себя. Я продам ее только на смертном одре и только в том случае, если предложение будет очень выгодным.

— Понимаю.

— Вот и хорошо; я хочу, чтобы ты встал на мои позиции, найдя выгодным для себя сделать ставку на студию.

— Я подумаю об этом, — произнес Майкл, вставая из-за стола.

— Увидимся у меня дома вечером, — произнес Лео, махнув ему сигарой.

Рик Ривера сидел у бассейна рядом с домом в Западном Голливуде и наблюдал за молодой женщиной, спящей в соседнем от него шезлонге. Она была стройная, кожа ее блестела от загара. Было только пять часов, суббота.