Предатель
Шрифт:
— Ты ответственен за миссию на Нирдалоне? — спросил тот.
— Да, мой повелитель.
— По окончании я лично прослежу твоё повышение. Будь уверен, солдат, твоя семья имеет шансы на высокий чин.
Низкорослый мужчина подался в сторону. Вытянул правую руку и рассёк искрящимся лезвием воздух. Рождённая им молния прорезала дугой здание, отчего то с грохотом раскололось и устремилось вниз, высыпая десятки пушек из своих окон.
— Данные уже у нас, — заговорил Хранитель сам с собой. — Города по ту сторону океана тоже уничтожены, осталась лишь подводная
Ханшэс боязно поднял глаза. Тёмный плащ с гербом империи падал с вжатых плеч командира. Тот стоял, оглядывая руины, изредка поглаживая рыжие волосы.
— Ваша миссия окончена, — сообщил Хранитель, двинувшись в сторону океана.
— Он признал тебя, — прошептал Юрхен. — Слышал! Ты — герой! Оставь свой бред, пора улетать.
Ханшэс с трудом поднялся. Он не желал говорить, не желал отвечать. Обломки создали вокруг него кривую стену, воздвигнутую на мертвецах.
Над головой его блеснула вспышка. Она разрослась, озаряя всё небо от океана до гор. Грохот удара разлетелся вокруг, повалив наземь всех его услышавших. Дрожь прошибла Ханшэса с ног до головы.
— Неужели, рейтонная бомба?
— Видимо, решили покончить с океанической базой быстрее, — Юрхен ответил почти крича.
Гул нарастал вслед за белым сиянием, что резало глаза точно сверхновая прямо в небе. Свет рос над волнами, разгоняя тучи ударной силой.
— Всем войскам, покинуть планету. Повторяю, войскам — покинуть планету. Миссия выполнена. В течение часа все прибрежные города будут снесены волнами от взрыва рейтонной бомбы.
Казалось, он чувствовал, как белое пламя начинает тянуть в себя всё в округе. Как рухнувшие здания дрожат, предчувствуя свою вторую гибель. Как тела отрываются от треснутой земли, устремляясь в пылающую бурю.
— Скорее, бежим.
Юрхен потянул друга за руку, сжимая во второй пикшет. Ему, похоже, это всё ещё казалось детской игрой. Вытолкав Ханшэса на возвышенность из руин, он поднял орудие и выстрелил дважды вверх. Сквозь дождь из пепла пронёсся шаттл, со скрежетом опустившийся в горящем городе и принявший солдата с героем на борт.
В последний раз Ханшэс взглянул на блестящий красно-чёрным город, на пустые стены и шпили, рухнувшие на площадях. Бескрайние улицы обернулись тёмными склепами. На белеющем горизонте вздымалась гигантская волна, исчезнувшая в миг за закрытой дверью.
Шаттл взлетел, ускоряясь до тех пор, пока давление не исчезло. Руки и ноги стали легче, а всякая опора канула в небытие. Сквозь тонкие прорези виднелись почерневшие пятна вокруг огромного поля воды, заполнившегося полосами волн. Блеснул луч Лициума за каймой красно-синей планеты, после чего взор затянул громадный корпус крейсера.
— Я никому не скажу, — прошептал, открыв лысую голову, Юрхен. — Ты долго был среди них, устал. Теперь эти… имперцы… не смогут так легко даже по своей галактике летать. У нас их маршруты, точки их червоточин, ещё и пункт пополнения мы разбили.
Он махал руками, словно в них и находились все похищенные данные.
— Ханшэс, ты позволил нам
Попытка натянуть на лицо улыбку не привела к успеху. В свете вращавшейся вокруг корабля вселенной, Ханшэс думал об услышанном. Сын, его сын, его сын… его родной ребёнок.
В мозгу отозвался гулкий крик, пятые сутки пересиливающий вопль войны. Они точно не успели покинуть планету.
Шаттл поравнялся со скоростью вращения крейсера и пристыковался к спиральному корпусу. Сквозь шлюз виднелось далёкое центральное крепление, на конце которого уже разгорались стартовые двигатели. Ещё несколько шагов, и Ханшэс ощутил лёгкую тягу гравитации гигантского корабля. Глаза царапнул яркий свет.
— Успешного полёта, герой Империи, — произнёс, сойдя с одного из соседних шаттлов, фрицийский командир. — Вы верно отвыкли среди Ниривин от наших кораблей. Нас ждёт долгий сон. До двадцати трёх процентов от скорости света мы дойдём через год, у Вас хватит времени прийти в себя после стольких лет среди врагов. И Вы можете не склоняться столь сильно, в моих глазах Вы уже получили свой новый чин.
***
2784
2786
Полёт, что тянулся пять с половиной астрономических лет, подошёл к концу. Космическая армада вынырнула из последней червоточины в одну из дальних систем Империи Сашфириш, в тот самый миг, когда оставшиеся пассажиры гигантских кораблей начали отходить ото сна.
Лишь сейчас из головы Ханшэса частично исчез тот ужас, что давил на него эти годы, мешал непробудному сну. Ужас, порождавший пылающие кошмары, гибнущие в белом свете и вспышках молний.
Все ушло, осталось в миллионах световых позади. Впереди сияла серебром планета, разрезанная песчаными реками и белокаменными горами. Огромный мир, окружённый флотом Сашфириш, что ждал своего героя, победителя одной из ниривинских систем. Каирум, полный военной элиты, ждал его.
Корабль Ханшэса преодолел перигелий[5] спустя неделю после выхода в конечной системе. Теперь, чуть меньше четырёх суток оставалось до прибытия. Технический экипаж уже готовил шаттлы к высадке. Всё оживало, со всех сторон, на всех уровнях крейсера.
В белом свете его коридоров солдат провёл месяц после пробуждения: бездельное время, отведённое лишь на ожидание конца пути. Ханшэс плутал по долгим ходам, выискивая покой в однотипных строениях, капсулах и оборудовании. Каждым шагом он ощущал лёгкость, с которой тянула его фальшивая гравитация. Чувствовал движение спирального корпуса, что, вращаясь, порождал её.
Среди бескрайних толп, в сборище сокрытых шлемами теней он вспоминал десятки лиц, что видел прежде. На корабле, в полёте, Ханшэс оставался бесполезным пассажиром, разъедаемым гневом прошлого. Любые приветствия, любые слова и хвальбы становились ему мерзки и тошны.