Преданный
Шрифт:
Желчь поднимается к моему горлу, и я сглатываю.
Я поднимаюсь на цыпочки и шепчу ему на ухо: — Ты имеешь в виду тогда, когда ты меня изнасиловал?
Он крепче сжимает мои руки.
— Тебе никогда не сбежать от меня, Роза. Никогда.
Он отпускает меня и делает шаг назад, улыбаясь гостям.
Священник поднимает руки и начинает свою речь.
— Добро пожаловать на свадьбу Розы Франчески Фальконе и Данте Пьера Капри.
Я слышу шорох среди гостей. Мои глаза встречаются с ледяным взглядом Фрэнки. Его грудь быстро вздымается
— Роза? — спрашивает священник, протягивая мне карточку с текстом клятвы.
Я качаю головой и беру карточки. — Извините.
— Может быть, Вы начнете со своих клятв? — он делает легкий жест, приглашая меня начинать.
Я делаю вдох. Данте кашляет и кивает головой влево. Я слежу за его взглядом прямо на Луку. Его лицо беспристрастно. И это сейчас больнее всего.
— Я, Роза Франческа Фальконе, беру Данте Капри, — произношу я последнее слово так громко и отчетливо, как только могу. — В законные супруги себе. Обещаю почитать тебя во всем...
Я делаю паузу и поднимаю взгляд с карточки на Данте, который самодовольно ухмыляется мне. Он кивает к карточке.
— Продолжай, это звучит хорошо. Я написал это специально для тебя, милая, — он подмигивает.
—Я обещаю служить тебе. Полностью посвятить себя тебе…
Мои глаза пробегают по оставшейся части клятв.
— «Полностью отдать себя тебе целиком. Во всех смыслах этого слова. Я буду твоей рабыней. Ты будешь моим хозяином. Я отдаю тебе свою жизнь, и каждый…»
Кровь стучит у меня в ушах, зрение расплывается из-за слез.
Я роняю бумажки на пол.
Он наклоняется, поднимает их и снова сует мне в руки. Он обхватывает пальцами мое запястье и сжимает. Я пытаюсь отдернуть руку, но он не дает.
Мы смотрим друг на друга. Безмолвная битва.
Яркие красные пятна на его щеке делают все очевидным. Что бы я ни делала, Ева расплачивается за это. Черт, возможно, для нее уже слишком поздно. Теперь я должна бороться за себя.
— Я не буду этого делать, — у меня перехватывает горло.
— Тебе лучше в последний раз взглянуть на Луку, если это то, чего ты действительно хочешь, — насмехается он со злостью в глазах, нависая надо мной.
Точно так же, как он сделал это в ту ночь.
Я подношу руку к горлу, вырывая свое запястье.
Большим пальцем он приподнимает мой подбородок. Для зрителей это выглядело бы мило.
Наши глаза встречаются.
Я выбрала сражаться с Лукой.
Я оглядываю толпу – Фрэнки, Грейсон и Лука все здесь. Он не один. Я вдыхаю воздух.
Это мой последний шанс.
— Сокровище.
У Данте недоуменно приподнимается бровь.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? Ты опять под кайфом? — шипит он.
Я поворачиваюсь к толпе, мой взгляд останавливается на покрасневшем Луке.
Он ошеломленно открывает рот. В этот момент все гости превращаются в туман.
Я вижу только его.
Я просто надеюсь, что этого будет достаточно.
Я больше не могу делать это одна. Я не могу спасти Еву, я не
Мне нужен он.
ГЛАВА 74
Лука
Ярость поглощает меня, когда слово ‘Капри’ срывается с губ священника. Нижняя губа Розы дрожит. Фрэнки, сидящий в противоположном ряду, бормочет: — Ублюдок.
Я поворачиваюсь к Марии, которая смотрит прямо перед собой, не скрывая усмешки на своих больших губах.
— Сюрприз, — шепчет она.
Мое сердце бешено колотится. Я вырываю свою руку из руки Марии и вытираю вспотевшие ладони о брючины костюма.
Этого не может быть. Все это чертово время эти придурки подставляли нас. Я поднимаю голову, и водянистые глаза Розы встречаются с моими, умоляя о помощи.
Мое сердце замирает на секунду, когда ее губы приоткрываются, а голос срывается, когда она произносит единственное слово на этой планете, которое меняет для нас все.
— Сокровище.
Мое сердце колотится где-то в горле, когда я встаю. Взгляды толпы полностью на мне. Они ахают, когда я завожу руку за спину, кладя ее на рукоятку оружия.
— Сокровище, — повторяет она, на этот раз громче, с ноткой чистой безысходности.
Весь мой мир останавливается. Все вокруг меня меркнет. В жопу последствия. Я развяжу войну, чтобы защитить ее. Я отдам свою собственную жизнь, если придется.
Это ни с чем не сравнится.
Я надеюсь, что Энцо внимательно следит за этим, потому что наша армия должна прибыть с минуты на минуту.
Я достаю пистолет из кобуры и направляю его прямо на Данте.
— Ты кусок дерьма! — кричу я.
Он поднимает руки в знак капитуляции.
— Сэр, вам нужно... — священник поднимает ладони, вставая между Данте и Розой.
Направляя на него ствол, я опускаю его и указываю ему в грудь. — Я предлагаю тебе отступить. Сейчас не время для Бога и прощения. Я дьявол, и я здесь за местью.
Его губы сжимаются в тонкую линию, но он медленно отступает от подиума.
Держа пистолет нацеленным на голову Данте, я делаю шаг к Розе, обхватывая ее лицо ладонями. Она вздрагивает, когда снаружи церкви раздаются звуки стрельбы. Я смотрю в толпу, как все наши люди встают и разбегаются по залу. Это мы против них.
Спасибо, Энцо.
— Детка, все будет хорошо, — шепчу я, прижимаясь своим лбом к ее. — Я люблю тебя. Обещаю, у него никогда не будет шанса снова причинить тебе боль, — я прижимаю ее к себе и крепко обнимаю, затем переключаю свое внимание на Данте. — На колени.
— Лука. Не делай этого. Не ради нее. Ты видел, что я сделал с твоей мамой.
Мои ноздри раздуваются.
Ярость накатывает, грозясь разорвать меня на части.
— Ты гребаная пизда, — процедил я сквозь зубы, делая шаг к нему. На лице Антонио не было ни капли страха.