Чтение онлайн

— Вы с Энн должны прийти к нам на второй завтрак в воскресенье, — предложила Мэри. — Мы будем рады видеть вас. Стоит только сказать, что я познакомилась с самой Глорией Моррисон, как все будут мне завидовать.

— А я вас приглашаю к нам на ужин в пятницу, — сказала Эмма, расстроенная тем, что Мэри опередила ее. — Придут все, а после мы отправимся в театр.

Глория улыбнулась, потрясенная своим успехом. Она была рада, когда Энн увела ее и угостила чашечкой чая и пирожными.

— Чему ты удивляешься? — спросила сестра Джонатана. — У

брата отличные друзья. Я только сожалею, что ты не поддерживала с нами контакт все это время. Он только о тебе и говорит после того, как вы случайно встретились.

Глория чуть не поперхнулась.

— Вот как?

Энн кивнула:

— Мне нравится, что он наконец немного расслабился. У него такое доброе сердце, и он все время отдает работе, никому не может отказать. С тех пор, как он начал ухаживать за Сьюзен, у него совсем не осталось времени. Я почти не вижу его.

— Знаю. Но людям он необходим, как и другие, вроде него, — поспешила Глория высказаться в защиту Джонатана. — Он рассказывал мне о некоторых людях, которых лечил в бедных районах. Они невероятно страдают, и я не представляю, что бы они делали без него.

Энн улыбнулась, и лукавые искорки зажглись в ее глазах.

— Я рада, что ты так близко принимаешь это к сердцу. Очень часто людям из высшего общества не хватает жалости к беднякам. Может, потому что мы с Джонатаном помним время, когда сами были бедны, нам легче понять их проблемы. Наши родители потеряли кучу денег во время депрессии, но, к счастью, потом их удалось вернуть. И все же я думаю, что Джонатан поступает очень благородно, не забывая о том времени. — Она взглянула на своего брата, стоявшего в другом конце комнаты вместе со Сьюзен.

Джонатан был исключением во многих отношениях. Но и Глория тоже.

— Ну не удивительно ли, как хорошо вписывается Глория в нашу компанию? — поделился Джонатан своим наблюдением со Сьюзен, увидев, что Энн смотрит в его сторону и ободряюще улыбается ему. — Вокруг нее толпится народ. Убежден, она очаровала твою «старую гвардию».

Сьюзен посмотрела туда, где женщины оживленно беседовали с Глорией. Ее очаровательное личико нахмурилось при виде стеснительной прежде изготовительницы валентинок, которая теперь непринужденно смеялась, явно наслаждаясь обществом своих собеседниц. Даже Джейн Остин увлеклась, видимо, Глорией и просто-таки изливала ей свои чувства.

— Удивительно, — проговорила Сьюзен. — Кто бы мог подумать? Особенно если иметь в виду, какой нескладной и робкой была Глория в школе.

— Я никогда не считал ее нескладной, — слегка раздраженно ответил Джонатан. — Знаешь, тебе следовало бы подумать, прежде чем говорить. Глория преданный и добрый друг. Я ее очень уважаю.

Сьюзен задумчиво посмотрела на Джонатана. Ее глаза сузились, и странная улыбка появилась на ее лице.

— Ты прав, Джонатан. Прости. Ты и в самом деле высоко ценишь Глорию. Постараюсь не забыть этого.

Джонатан улыбнулся и взял ее под руку.

— Вот вы какая! — Глории нахально улыбался красивый белокурый молодой человек с усами. — Энн, я задаюсь вопросом, уж не собираешься ли ты лишить нас общества такого привлекательного

создания.

— Глория, это мой кузен Генри. У вас двоих есть нечто общее. Генри тоже художник.

— Вы занимаетесь живописью? — с нескрываемым восторгом воскликнул Генри.

Глория покачала головой.

— Нет, я…

— Она делает валентинки, — пояснила Энн.

— Вы это серьезно? — Переводя взгляд со своей кузины на Глорию, Генри улыбнулся еще шире. — Я слышал разговоры женщин. И вы действительно пишете любовные поэмы?

Глория кивнула, испытывая неловкость от его преувеличенного внимания.

— Да, открытки ко Дню Святого Валентина. Ну, вы знаете…

— Я их видел, — продолжал он, явно под впечатлением от услышанного. — Они замечательны. Не встречал ничего лучше. Как вы начали дело?

Отвечая на вопросы, Глория взяла вторую чашку чая и пирожное. Все было легко, гораздо легче, чем она себе воображала. Она начала получать удовольствие от вечера, когда заметила, что Джонатан наблюдает за ней с не совсем довольным выражением на лице. Извинившись перед своими друзьями, они со Сьюзен присоединились к Глории. Джонатан наградил Генри не очень-то дружелюбным взглядом.

— Ну, как тебе тут? — поинтересовался он, повернувшись почти спиной к своему кузену.

Глория хихикнула, когда Генри состроил гримасу и, поклонившись, пообещал подойти попозже.

— Мне здесь весело. Благодарю за приглашение.

— Джонатан, ты поступил нехорошо, — сказала Энн, еле сдерживая смех. — Ты спугнул Генри.

— Вот и замечательно, — отозвался ее брат, обращаясь к Глории с извиняющейся улыбкой. — Не стал бы мешать тебе, но просто мы с Генри терпеть не можем друг друга с детства. И я не хотел, чтобы он полностью завладел твоим вниманием.

— Джонатану просто не нравится искусство, — откликнулась Энн. — Он не может узнать гения, когда тот попадается ему на глаза.

— Он тоже этого не может, — пробормотал Джонатан, видя, как Генри помахал Глории из толпы гостей.

Что-то тут было не так, что-то, на что она не смела и надеяться. Энн ободряюще улыбнулась ей, и, к счастью, Джонатан не заметил этого. Невероятно, и все же…

— Глория, — вмешалась Сьюзен. Она казалась еще очаровательней, чем обычно, хотя ее улыбка выглядела не вполне искренней. — Похоже, ты пользуешься успехом! Даже Генри сражен. — Бросив на Джонатана взгляд, полный скрытого смысла, она взяла его под руку, показывая этим интимным жестом, что он принадлежит ей, и только ей. — Может, скажем всем сейчас?

Вид Джонатана не свидетельствовал о том, что он согласен с ее предложением.

— Я бы предпочел… — пожав плечами, начал он…

— О, нет, давай скажем! — прервала его Сьюзен, необычайно взволнованная. — Джонатан прислал мне сегодня утром очаровательные стихи. Прочитав их, я уже не сомневалась и дала согласие стать его женой.

Первой пришла в себя Энн. Бросив испуганный взгляд на в миг побледневшее лицо Глории, она, казалось, готова была задушить Сьюзен. Вместо этого она захлопала в ладоши, как подобает младшей сестре, и напряженно улыбнулась.