Прайм-тайм

Дорогая читательница!

Попробуй только представить себе, что ты не имеешь права на ошибку. Что тебе ни в коем случае нельзя произнести ни единого неподобающего слова. Нельзя опоздать. Нельзя иметь неверное мнение. Представь, что тебе нельзя выйти из дому без укладки. А если ты не успеешь сделать прическу, то твои растрепанные волосы увидят миллионы людей. А ведь именно таков образ жизни репортера — тот самый, что я веду в течение вот уже тридцати лет. И тем не менее эта полная напряжения, стрессов и высоких ставок профессия часто вознаграждается

сполна — и меняет до неузнаваемости.

Заметь, что я даже не упомянула о личной жизни репортера. Это потому, что у репортеров ее, как правило, не бывает. Когда тебя могут вызвать на работу в любой из двадцати четырех часов суток все семь дней в неделю, не так-то просто встретить мужчину своей мечты. Хочешь узнать секрет того, как добиться успеха на телевидении?

Быть замужем за своей работой. Вот только в нашем мире, где красота зачастую ценится гораздо выше внутренних качеств, основополагающих для журналиста, даже лучшим репортерам нередко приходится прозябать в монтажном цехе. Так что делай вывод о том, скольким старым девам удалось хотя бы заменить семью и детей парочкой «Эмми». Кто-то из нас решается и делает выбор. А кто-то не может определиться до тех пор, пока время не уйдет.

И все-таки ничто не может сравниться с тем ажиотажем, который сопутствует работе на новостном телеканале. Каждый день узнаешь что-то новое. Пробираешься за кулисы этого мира и наблюдаешь за тем, как он устроен изнутри. Встречаешься с удивительными людьми. Имеешь право проникать куда угодно, задавать любые интересующие тебя вопросы, решать проблемы, помогать людям, менять законы, изменять целый мир. А иногда тебе еще и дают деньги на покупку одежды. Так что я просто в восторге.

Взлеты и падения. Самостоятельность и работа в команде. Жизнь Чарли Макнэлли только выдумка, но — между нами говоря — выдумка эта не так уж далека от реальности.

Буду рада видеть тебя на своем веб-сайте www.hankphillippiryan.com. Поговорим о секретах, о телевидении, о жизни — и о секретной жизни телевидения.

Хэнк

С этими постоянными приливами крови, с похмельем после вчерашнего и кучей спама в электронном ящике у меня уж точно нет никаких шансов управиться до восьми утра. Я специально при шла пораньше, чтобы продвинуться вперед, и вот уже безнадежно отстаю.

Делаю тонизирующий глоток мутного, но вполне действенного кофе из автомата и принимаюсь одним пальцем тыкать на «Удалить». Долой свежие предложения дешевого туристического отдыха, низкие учетные ставки и канадские медикаменты. Адьос международным водительским лицензиям и советам, как быстро заработать деньги не выходя из дому.

По крайней мере, я здесь не одна. Внизу, в отделе новостей, редакторы, работающие в ночную смену, штудируют сайты информационных агентств в поиске сюжетов, подходящих для двенадцатичасового выпуска новостей. Нашей новой дикторше, холеной Эллен Кэвена, не обязательно находиться в кресле ведущего последних известий до 8:24, так что «новое лицо «Третьего канала»», как ее позиционируют в рекламе, сейчас, вероятно,

красуется перед зеркалом в гримерке, подкрашивая губы сияющим блеском.

По сути дела, Эллен — супермодель с навыками чтения, и мое искреннее почтение тому, кто смог вытащить эту журнальную красотку в столь ранний эфир. А я, как следственный репортер, провожу большую часть времени в поиске источников информации и прочесывании документов. Поэтому от меня не требуется всегда иметь телегеничный вид.

И слава богу. Мне сорок шесть, и этими приливами крови я, вполне возможно, обязана не столько гормональным всплескам, сколько невменяемой системе отопления на телестанции. Но, по правде говоря, чтобы быть готовым предстать перед камерой, современному ведущему требуется гораздо больше времени, чем, скажем, лет двадцать назад. И уж точно больше грима. Как бы то ни было, пока меня не стали величать «старым лицом «Третьего канала»», меня все это не касается.

Сегодня моя очередь готовить информационный выпуск. Забрав волосы, как правило безупречно уложенные, в пучок с помощью карандаша, я выполняю задание из серии «убейся, но сделай» — придумываю материал-бомбу, который должен помочь ноябрьским рейтингам «Третьего канала» резко подскочить, а мне задержаться на этой работе.

В таинство рейтингов меня посвятили в мой самый первый день на телеканале. Атмосферу восьмидесятых полностью отражали блузка с высоким воротником и приколотая к ней брошь с камеей — такой я пришла сюда. Широкие брови. Широкие плечи. Широкие возможности.

— Запомни правило, которому тебя не учили на факультете журналистики, — изрек мой новоиспеченный начальник, приглашая в свой кабинет. — На новостном канале никому нет дела до журналистики — здесь главное деньги. — Кликнув мышкой, он открыл окно электронной таблицы, и экран испещрили крошечные циферки. — Это суточные рейтинги, — провозгласил начальник.

Помнится, я тогда подумала: кто же сидит тут сутки напролет? К счастью, босс продолжил прежде, чем я успела задать этот поистине наивный вопрос новичка.

— Рейтинговые таблицы формируются в электронном виде каждое утро, — продолжил он. — Они отображают число телезрителей, посмотревших новостные выпуски прошлого дня. Здесь у нас жесткая конкуренция. Тот телеканал, который привлечет наибольшую аудиторию, заломит самые высокие тарифы на рекламу.

Прищурив глаза, начальник удовлетворенно кивнул и, указывая на меня пальцем, проговорил:

— Победишь в этой игре — особенно в самых важных ноябрьских рейтингах, — и ты при деньгах. Проиграешь — скатертью дорожка.

По прошествии времени моему начальнику пришлось самому испытать на себе безрадостные последствия проигранной рейтинговой войны, а вот я до сих пор командую на передовой линии. И поэтому каждую осень в течение вот уже двадцати лет обязана выкапывать откуда-то сенсационную новость или какую-нибудь важную шишку, благодаря которым подскочит рейтинг телеканала. Справлюсь с задачей — и можно свободно дышать еще целый год. Облажаюсь — и ушлют меня из Бостона освещать события в какую-нибудь Богом забытую глушь. Пока что мне не приходилось звонить своему агенту или в компанию по перевозке вещей.