Чтение онлайн

Беженцам из восточных провинций пришлось столкнуться с более неопределенным будущим, хотя Девлин постарался сделать все, от него зависящее, чтобы послать туда партию провизии, прежде чем зима упрочит свое положение. Придется ждать весны и довериться тем, кого он поставил во главе провинций, надеясь, что катастрофы не произойдет. Оставалось только ждать, а это действовало ему на нервы. Он человек действия, не привыкший бездельничать. Как Избранному ему часто приходилось путешествовать по стране и приводить дела в порядок.

Однако регент должен оставаться в Кингсхольме.

Он обязан проверять, все ли правильно выполняют его поручения. Девлин больше не мог вселять надежду в людей одним своим присутствием. Теперь ему приходилось командовать с помощью нескольких строчек, нацарапанных в свитке. Он превратился из воина в писаря. А еще больше досаждало то, что большинство придворных остались на зиму в Кингсхольме, стараясь приноровиться к новому правителю. Девлин, которого никогда не заботила придворная политика, оказался в самом центре внимания.

По мере того как проходили недели, чувство разочарования понемногу охватывало его. Девлин признался Драккен, что предпочел бы лицом к лицу столкнуться с еще одним предателем на дуэли. Но она лишь скупо посочувствовала. Ее собственная роль на посту главного советника подразумевалась как вознаграждение, но и здесь возникли свои трудности.

В полдень первого дня нового года охранник наконец-то принес новости, которых он так ждал. Свита лорда Бринйольфа вошла в западные ворота. Девлин послал вестника к камергеру, а сам направился во внутренний двор и успел как раз к тому времени, когда там появились путники.

Стивен сбросил капюшон своего плаща, как только заметил Избранного. Лицо менестреля побелело от холода, однако он умудрился дерзко улыбнуться и спешился.

– В последний раз путешествую зимой. Сейчас найду комнату с камином и запрусь в ней до начала весны, – проговорил он.

– Ты можешь оставаться здесь так долго, как пожелаешь, – сжал его руку Девлин.

Он бы сказал больше, однако дружбу пока следует отодвинуть в сторону ради долга. Глазами он уже отыскал лорда Бринйольфа, который сидел на гнедом жеребце, таком огромном, что запросто разместил на себе его и девушку, примостившуюся в седле перед лордом.

Глаза принцессы расширились при виде Девлина, она в страхе приникла к Бринйольфу. Этого и следовало ожидать. Отец девочки вряд ли когда-нибудь благосклонно отзывался об Избранном. Много времени пройдет, прежде чем она научится доверять ему.

– Лорд Бринйольф, спасибо вам, что вы охраняли это сокровище и в безопасности вернули ее назад домой, – сказал Девлин.

Бринйольф просто кивнул. У них еще будет время поговорить наедине.

Девлин колебался. Ему в первый раз пришло в голову, что он не знает, как встречать принцессу. Существует ли протокол, как следует обращаться с наследником Кингсхольма? Без сомнения, леди Ингелет хорошо осведомлена об обычаях и церемониях, которые определяли поведение в присутствии наследника престола. Наверное, нужно поклониться? Принести клятву верности? Во время немногочисленных встреч с ней и ее отцом он поражался формальности их поведения.

Принцесса Рагенильда открыла ротик, зевнула, и Девлин осознал свою глупость. Она же не только принцесса, но и одиннадцатилетний

ребенок, который только что проделал длинное и изнурительное путешествие.

– Принцесса Рагенильда, добро пожаловать домой, – произнес он, протянув к ней руки, чтобы помочь слезть с лошади.

После некоторого колебания девочка кивнула, и он снял ее с седла.

Все спешились, и грумы отвели лошадей в стойла. Избранный почувствовал на себе взгляд Сольвейг.

– Много новостей, которыми нужно поделиться, но сейчас не время, – повысил голос Девлин, чтобы его все услышали. – Слуги проводят вас в комнаты, где вы сможете отдохнуть и освежиться. Я встречусь с вами позднее.

Он посмотрел на принцессу Рагенильду и обнаружил, что все еще держит ее за руку.

– Горничная Марджа скучала по тебе. Она ждет тебя в комнате, – обратился он к девочке.

Рагенильда улыбнулась, услышав эту новость, и Девлин порадовался, что у нее еще остались какие-то связи с прошлым. Мир, в который принцесса вернулась, сильно изменился за те несколько месяцев, пока она отсутствовала.

Он сопроводил девочку до королевских покоев и передал ее в руки кормилицы, которая сразу же засуетилась вокруг ребенка, пообещав, что согреет и накормит Рагенильду.

Убедившись, что принцесса пристроена, Девлин пошел переговорить со слугами, которые подтвердили, что лорд Бринйольф и его семья расположились в комнатах, приготовленных для них в замке, а эскорту предоставили места у стражей. Ноги несли Девлина к палатам, предназначенным для лорда, однако он замедлил шаг и развернулся в обратную сторону.

Это простая вежливость, сказал он себе. Путники замерзли и устали, им нужно отдохнуть, а не отвечать на расспросы. Он решил оставить их в покое из вежливости, а не потому, что боялся чего-то.

Тем не менее Девлину собственный поступок показался трусостью. Успокоившись, он отдал распоряжение об ужине в малой королевской столовой и послал слугу с сообщением, что желающие перекусить могут присоединиться к нему.

Остаток дня он провел в своем кабинете, просматривая налоговые ведомости. Несколько недель назад королевский распорядитель прислал список тех, кто не выплатил налоги в срок, и требовал незамедлительных действий. Некоторые имена в списке были ему знакомы, включая барона Эскера.

У Девлина ушло немного времени, чтобы разобраться, почему королевский распорядитель приготовил перечень, включающий имена своих политических врагов и не указывающий приверженцев короля Олафура. Во время их встречи распорядитель заявил, что это произошло по чистой случайности. К счастью, он оказался не настолько глуп, чтобы пытаться проделать подобный трюк снова. Избранному пришлось просмотреть налоговые свитки и с помощью помощника изучить их, составив свои собственные списки.

Некоторых – например, Бринйольфа, – можно исключить. Барон Эскера не накапливал сокровища ради собственной наживы. Вместо этого он тратил свое наследство, тренируя и обеспечивая воинов. Если бы не его войска, северо-западные территории пали бы под натиском приграничных налетчиков. Как раз королевство в долгу перед Бринйольфом, а не наоборот.