Шрифт:
I
— Вы должны убить «Волка», — он сказал это тем невозмутимо-ласковым тоном, каким говорят обычно при заказе утреннего кофе в постель.
Перед «Дронго» сидел пожилой человек из ниоткуда. Размытые черты лица, не запоминающаяся фигура, нехарактерный голос, Говорившего выдавали только руки профессионала. Жесткие, выбитые пальцы и стертые мозоли на ладонях от постоянных тренировок.
«Дронго» почему-то посмотрел в сторону. Круглый диск солнца, уже поднявшийся из-за горизонта, показался сегодня ему особенно приятным
— Он далеко отсюда? — вместо ответа спросил «Дронго».
— Да. Мы искали его довольно давно. Но наконец смогли установить, что он скрывается в Ираке. Там сейчас блокада и иностранцу туда очень трудно попасть. Вам нужно будет его разыскать в Багдаде.
— Вы же отлично понимаете, что это глупо, — ему совсем не хотелось спорить в этот теплый июньский день. Погода в этом году стояла удивительная, а лето так и не смогло заявить о себе характерными для этого южного города расплавленным асфальтом и почти банной, сводящей с ума духотой. Словно кто-то заботливо опустил над городом теплый, ласковый колпак, на целых два месяца установив удивительно прохладную погоду.
— Это не совсем глупо, — терпеливо возразил его собеседник, — «Волк» знал все наши связи на Ближнем Востоке. Он в курсе многих операций. Сейчас он наконец сумел укрепиться в Багдаде. Он уже предлагал свои услуги Саддаму Хусейну. Если ему вовремя не помешать — иракская разведка станет одной из самых осведомленных разведок в этом регионе, а это нас совсем не устраивает. Кроме того, могут всплыть наши старые связи. После агрессии Саддама в Кувейте отношение к нему мирового содружества довольно прохладное, а тут вдруг некоторые наши бывшие агенты на службе у режима. Пойди потом докажи, что они бывшие. Кроме того, Евгений Максимович просил передать, что это его личная просьба.
— Он же большой личный друг Саддама, — иронически произнес «Дронго», — вот пусть сам и попросит иракского лидера выдать ему «Волка». В ответ собеседник только улыбнулся. И это еще больше разозлило «Дронго».
— Я вообще не обязан работать на вашу разведку. Черт бы вас всех побрал. Меня можно только попросить.
— Что мы и делаем.
— Как? Каким образом я попаду в закрытую страну. В отрезанный от всего мира город, где каждый иностранец на особом счету. Только на мою легенду, на ее разработку уйдет год. Еще столько же, чтобы я закрепился в этой стране. У вас есть в запасе два года? И это после войны в Персидском заливе, когда там не любят вообще всех иностранцев. Самолеты туда не летают, поезда не ходят, связи практически нет. У меня только один вопрос — вы знаете, как туда можно легально попасть?
— Знаю, — невозмутимо парировал его собеседник доставая сигареты. Это уже было кое-что. Теперь по манере курить, по сорту сигарет, по положению голове и пальцев «Дронго» мог более конкретно определить откуда прибыл его собеседник. Или, точнее, где раньше работал.
Но его ждало разочарование. Собеседник достал местные сигареты и, отвернувшись в сторону, закурил. «Дронго» даже не успел заметить, щелкнул ли тот зажигалкой. Чтобы не выдавать себя собеседник
«Дронго» умел скрывать разочарование. Если к нему послали такого связного, то с «Волком» нужно быть исключительно осторожным Он слышал о нем всего дважды и оба раза в превосходных выражениях. «Волк» был не просто специалистом по арабскому миру. Он был суперпрофессионалом в этом регионе, одним из тех, чьи рекомендации определяли политику огромной империи.
— Конечно вы, как всегда, все продумали, — недовольно выдавил «Дронго», уже не пытаясь спорить, — так каким образом я смогу легально попасть в Ирак?
— В сентябре этого года в Ираке состоятся юбилейные торжества, посвященные 500-летию великого поэта и мыслителя Мохаммеда Физули. Из вашей республики туда поедут более ста человек. Список уже уточняется. Вас включат в состав этой делегации.
— Мне приятна ваша уверенность.
— Если бы не был уверен, не говорил, — невозмутимо парировал его собеседник, — Вы поедете в Багдад по приглашению самой иракской стороны и проведете там официально восемь-девять дней как почетный гость Саддама Хусейна. Как видите, срок вполне достаточный. И более чем реальный. За это время вы можете найти «Волка» и уничтожить его.
— А вам не стыдно, — спросил вдруг «Дронго», — он ведь был вашим лучшим специалистом в этом регионе.
— Был, — выразительно подчеркнул это слово незнакомец и затем меланхолически заметил, — вообще-то стыд категория нравственная, а не профессиональная. Кроме того, он был хорошим специалистом в бывшем СССР. Теперь другие времена.
— Зачем вы его убираете? Только честно.
— Он не хочет возвращаться. Скрывается от нас уже целых, два года. Решил теперь остаться в Ираке, посчитав, что там его достать труднее всего. Этого мы не можем позволить никак.
— Оставили бы его в покое, и меня заодно.
— Вы ведь понимаете, что это невозможно. Профессионалы не выходят из игры, — терпеливо объяснил незнакомец, — тем более очень осведомленные профессионалы. Сейчас всех тянет на мемуары. А этот жанр очень нервный, требует хорошей памяти. Мы беспокоимся, что у некоторых она слишком хорошая.
— У меня тоже? — не выдержал «Дронго». Солнце стояло над горизонтом довольно высоко, и теперь било прямо в лицо своими прямыми лучами. И хотя погода стояла неплохая, ветерок то налетал, то пропадал, и это было довольно неприятно.
— А как вы думаете? — кажется, незнакомец улыбнулся.
— Тогда другой вопрос. Почему вы выбрали именно меня? У вас разве не осталось специалистов в этом районе? Ваши руководители, или как сейчас говорят, шефы, отлично знают, что я аналитик и по складу характера и по образу мыслей. А меня записывают в новые «Рэмбо». Смешно?
— Не очень. До вас мы посылали туда двоих. Отлично подготовленных профессионалов-«ликвидаторов». Первого он уговорил вернуться, прострелив ему ногу. Второй, очевидно, более настырный, не найден до сих пор. У вас есть еще вопросы?