Чтение онлайн

— Но, 107, для тебя самое главное, это принятие того, кем ты являешься, чтобы возродить свой потенциал. Ты чудо человеческой изобретательности и научного прогресса. — Он показался слишком довольным собой.

Отвратительно.

— Тебя не создавали для средней школы, свиданий и футбольных игр, — сказал он с презрением.

Мой мозг мгновенно воспроизвел те яркие моменты в машине Зейна, и мое лицо вспыхнуло, и залилось румянцем. Сколько именно видели GTX?

— Ты предназначена для

гораздо большего, — продолжил Джейкобс. — Использовать новые навыки, убивать врагов, спасать жизни. Вот кто ты.

Я встала и подошла ближе к стеклянной стене.

— Вы имеете виду, кого-то, кто слепо следует приказам, прыгает по команде, того, кто держит поводок, и причиняет боль или убивает людей без сожаления, включая таких же гибридов, как и я? — спросила я. — Это то, что вы имеете в виду, правильно?

Его губы сжались.

— Марк слишком много говорит.

— Тогда, я полагаю, что это правда. — Я скрестила руки на груди.

Джейкобс нетерпеливо отмахнулся от моих слов.

— Сейчас это не имеет значения. Все, что я прошу тебя сейчас сделать, это то, что ты делала раньше. — Он склонился ближе к стене и уставился на меня, как будто мог заставить меня, что-то сделать.

— Переоденься. Убей мышь. Шажки младенца, 107. Вот и все.

Да, и если я позволю ему, такими шажками он отправит меня прямиком в ад.

Я вернулась на свою кровать.

Он вздохнул.

— Ты же знаешь, что я могу сделать это болезненным для тебя.

Я с трудом сглотнула. Я знала это. Слишком хорошо знала. И, это может быть, даже не будет пыткой ради пыток, но просто чуть больше медицинских тестов. Они были достаточно ужасны.

Он покачал головой.

— Я не понимаю, почему ты сопротивляешься.

— Потому что сопротивление, это единственное что у меня осталось, — огрызнулась я. Независимо от боли, которую он причинит мне, эта боль будет слабее чем та боль, которую я почувствую сдавшись.

— Если бы я открыл дверь твоей комнаты прямо сейчас, куда бы ты пошла? — Потребовал он. — Кто будет искать тебя? Кто будет счастлив, видеть тебя?

Его слова задели глубокие раны, когда я посмотрела на него.

— Правила…

— О, да. Правила сильно ограничивали твою жизнь. — Он закатил глаза. — Ты искренне верила в них? В то, что если ты будешь страдать от этих ограничений, твоя человеческая жизнь, будет полна друзей и любимых?

Я открыла рот, чтобы возразить.

Он цокнул языком. — Ты думаешь, я не знаю, как сложно тебе было влиться? Подстроиться, чтобы вписаться?

Я почувствовала в его словах истину, но покачала головой. — Потому что я боялась выделиться, — запротестовала я. — Я думала, что вы охотитесь за мной….

— И не только поэтому, и ты знаешь это, —

тихо сказал он. — Ты не принадлежишь этому миру, и ты чувствовала это каждый день, на протяжении всех десяти лет, не важно, готова ты признать это или нет.

К моему ужасу, мои глаза наполнились слезами.

— Вы должны знать; вы сделали меня такой. — Я поперхнулась, все поплыло перед глазами.

— Я знаю, — почти нежным голосом сказал он. — И вот почему я говорю тебе. Твое место рядом с нами, 107, делай то, для чего ты была создана.

Очередной техник появился у него за спиной, протягивая ему сотовый телефон. Доктор Джейкобс выключил интерком и повернулся, чтобы услышать то, что сказал человек.

Воспользовавшись возможностью, я отвернулась от доктора Джейкобса, так чтобы он не увидел, как я быстро моргаю, чтобы не заплакать.

Моя голова кружилась, я так устала и внезапно стала неуверенной в себе. Зачем я сопротивляюсь? Моя жизнь снаружи была ложью. И он был прав: там не было ничего и никого — к кому я могла вернуться. В чем смысл?

Я всхлипнула, пытаясь сделать глубокий вдох и очистить свои мысли. Всю свою жизнь я была загнана между двумя сторонами — эмоциональная против логической, человеческая против другой — которые враждовали между собой. И пока я сидела здесь, я поняла, что впервые, они были близки к тому, чтобы прийти к соглашению.

Сдаться сейчас, и выжить, сражаясь в другой день. Если ты слишком сильно надавишь, он может решить, что ты не стоишь этого, прошептала логика.

Ты можешь помочь людям, призвала моя эмоциональная сторона. Может быть не так, как хочет он, но если ты сможешь спасти одного человека, от того, что случалось с настоящей Арианой Такер…

— Нет, — прошептала я.

— Что, моя дорогая? — Джейкобс вернулся к интеркому, хотя он казался отвлечен.

Я повернулась к нему лицом.

— Нет, — сказала я, повышая свой голос, когда вес безнадежности обрушился на меня. Я все еще хотела сама выбирать свою жизнь. Я не могла изменить этого, даже если для меня было бы лучше забыть об этом и делать так, как мне говорили.

Доктор Джейкобс ответил не сразу, сосредоточившись больше на телефоне, чем на моем отказе.

Он посмотрел с отдаленной улыбкой.

— Ну, определенно необходимо больше стимула.

Стимул. Я напряглась. Что он имел в виду? Ничего хорошего.

— К счастью, я верю, что могу получить, именно то, что нам нужно, и скоро. — Он махнул телефоном в мою сторону, с довольным выражением лица.

Паника поднялась внутри меня. Кто звонил? Мой отец… Марк Такер? Зейн?

— Подождите. Подождите! — закричала я, отойдя от кровати, как будто могла подойти к нему.