Правила
Шрифт:
Я съежилась в ожидании какой-нибудь унизительной фразы, но Зейн просто улыбнулся Дженне, с таким же мягко-раздраженным выражением лица, какое люди, как правило, оставляют для очаровательных щенков, пытающихся сжевать чьи-то шнурки.
Мы не должны были этого делать.
Ясность этой единственной мысли и удар сопутствующего стыда от Зейна, прорвались через остальную часть шума.
Вот тогда я и получила одно изображение из головы Зейна Брэдшоу, громко и чётко, без искажений.
Шкафчик
О нет. Я знала, что ее дружба с Дженной была слишком хороша, чтобы быть правдой.
— Дженна! — Я начала пробироваться через людей, что бы добраться до неё, не обращая внимание на словесные и умственные протесты, против моих локтей оставляющих синяки. — Дженна!
— Что? — Она удивлённо оглядела меня. Её щеки были розовыми, а глаза искрились.
— Мы должны идти… Эээ… — Я старалась подобрать слова, пытаясь побороть желание схватить её за руку и утащить прочь без объяснения причин. Не желая, я взглянула на Зейна, который отвернулся. Трус. Всё, что он должен был сделать, это увести её или попросить её пойти с ним в любое место, и она бы не подумала об этом дважды. Она бы не думала не о чём, кроме этого.
— Мне нужен сок, — выпалила я. Дженна всегда знала о том, что я съела или не съела. Сказать, что у меня были проблемы с питанием, это мягко выразиться. К счастью, это помогло мне смешаться с остальными девушками в Эше. — Из кабинета медсестры. Я снова забыла съесть свой завтрак и теперь чувствую, что вот-вот упаду в обморок…
Я всё лепетала, пока лоб Дженны не сморщился от беспокойства.
— Я думаю, что у меня есть завтрак в сумке. Позволь мне пойти и взять его. Оставайся с Зейном.
Прежде чем я успела остановить её, она бросилась за угол к своему шкафчику.
Дерьмо, дерьмо, ДЕРЬМО.
Я последовала за ней, молясь, что бы толпа зрителей была не слишком большой, что бы я смогла добраться до неё раньше.
Но, как всегда бывает в подобных ситуациях — зрители разошлись, как автоматические двери в проходе.
Я увидела это в тот же момент, когда она сделала это. Она замерла на полу шаге, плечи её застыли, а голова склонилась на бок, будто она сомневалась в том, что видела.
Самое мудрое решение для меня, было бы просто уйти. Притворится, что я не видела этого. Я не могла позволить себе принять участие, с таким количеством смотрящих людей. Они заметили бы. Они говорили бы. Обе эти вещи слишком опасны, чтобы даже подумать о них, особенно после того, как я потратила годы, создавая статус невидимой.
Плечи Дженны начали дрожать.
Я не могла просто стоять и смотреть, как она сокрушается.
Я бросилась к ней.
— Послушай меня, — сказала я торопливым шепотом. — Мы собираемся пройти мимо, будто
Она не ответила.
Я взяла ее за руку.
— Ты меня слышишь?
Дженна кивнула, её голова сдвинулась лишь на дюйм, но я слышала её дыхание, будто она задыхается, как она делает каждый раз, когда звонит мне, после просмотра «Дневника Памяти» 2.
— Если ты заплачешь на глазах у всех, они выиграют. Хочешь этого?
— Но почему они хотят этого? — у неё перехватило дыхание, едва подавляя рыдания.
— Не имеет значения. Просто идём. — Незнакомое давление росло внутри меня. Я не позволю Рейчел выиграть это.
Обняв ее одной рукой, я потащила Дженну в сторону туалета, к счастью люди расступались на нашем пути.
— Боже мой, Дженна, что случилось со шкафчиком? — Спросила Рейчел, когда мы прошли мимо.
Дженна напряглась.
— Игнорируй ее, — прошептала я.
Рейчел громко вздохнула.
Взгляд через плечо показал, что Рейчел последовала за нами с раздосадованным видом.
Да, необходимость идти за кем-то, кого подвернула мучениям, попахивает скандалом.
Прежде чем, я смогла решиться до конца, я толкнула Дженну в туалет вперёд себя и загородила путь Рейчел.
Моё сердце билось так сильно, что всё тело дрожало.
— Ты собираешься сейчас же уйти, — сказала я спокойно, но в наступивший тишине, окружившей нас, я подозревала, что каждый слышал меня, даже Зейн на расстоянии. Очевидно, он решил посмотреть на шоу.
Рейчел засмеялась.
— Прости, ты кто такая?
Я проигнорировала её.
— Все вы, — сказала я, взглянув на кучку клоунов Рейчел и кучу приятелей Зейна, находящихся в нескольких футах от нас.
Она поравнялась со мной, стоя на заостренных кончиках своих шпилек (кто носит такую обувь в первый же день в школе? Только Рейчел Джейкобс) слегка касаясь меня.
— Я думаю, что это не твоё дело, — сказала она.
Рейчел была миленькой. Она была выше меня, с длинными чёрными блестящими волосами, которые выгладили дорого и шикарно. Она не походила на своего деда, кроме выражения на лице. Жёсткие глаза, губы улыбаются, но не сильно. Они кричали, что Вы ничто, я могу делать всё, что хочу.
Внезапно я оказалась маленькой и застрявшей в этой лаборатории снова, из которой нет выхода, и доктор Джейкобс говорит мне, что это нормально, если я не хочу сотрудничать. Пока я не возражаю, я нахожусь одна в темноте, в течение нескольких дней. В конце концов, он не сможет заплатить своей бригаде, чтобы находиться здесь, если я продолжу тратить их время.
Над головой замерцали огни, и я не могла их остановить. Хуже того, я была не уверена, что хотела этого. Вторя звуку популярности, как электрические лампочки взорвались, и стекла посыпались.