Чтение онлайн

В самом начале Народного проспекта около площади Юнгмана стоит дворец Поргеса из Портеима (N38), построенный Паллиарди в 1794 году. На фасаде дворца с 1947 года красуется бюст генералиссимуса Суворова. Утверждается, что Суворов прожил там несколько дней в январе 1799 года, когда вернулся в Прагу на зимние квартиры после победы над итальянцами. Есть, однако, письменное подтверждение, что он провел там всего одну бессонную ночь, а рано утром покинул дом. В объяснение хозяевам он написал, что всю ночь к нему приставало привидение с изуродованным туловищем. Это приведение до и после Суворова видели еще много людей, даже дали ему имя – Обигил. Известно, что у него деформированное тело, но очень красивые ноги. Последний

раз Обигил красовался перед жильцами в 1923 году. Бюст Александра Васильевича скоро перенесут во двор, а на фасаде появится мемориальная доска.

В доме N20 по Народному проспекту находится небольшой, но известный джазовый клуб Reduta, а на втором этаже – легендарное кафе Louvre, которое в начале века любили посещать немецкоязычные литераторы. Здесь же организовывал теософские вечера Рудольф Штайнер. Сейчас в "Лувре", как и во втором культовом кафе на этой же улице, Slavia, наливают не слишком хороший кофе, но, правда, и недорого.

Если в "Лувре" собирались немецкие писатели, то их чешские коллеги просиживали штаны в кафе Slavia (N1). В 90-х один бостонский спекулянт купил дом, закрыл кафе и стал ждать, когда повысятся цены на недвижимость. Долгих семь лет здесь ничего не было, что вызывало у пражан большое возмущение. Вацлав Гавел лично просил торговца открыть в здании историческое кафе, но тот не согласился. Только через суд чехи получили здание обратно.

Напротив, по другой стороне улицы, стоят новое и старое здания Национального театра (N'arodn'i divadlo). Старое здание Национального театра, выходящее фасадом на Влтаву, по стилю напоминает Национальный же музей. Построено оно по проекту Зитека на волне патриотизма конца XIX века (до этого у чехов своего театра не было). Деньги на строительство собирали по геллеру со всей Чехии. Первый камень в фундамент был заложен в 1868 году. Золотыми буквами над входом написали: "Народ – себе". Здание сгорело сразу же, как только его достроили, в 1881 году. Чехи снова собрали средства и к 1883 году театр восстановили. В оформлении приняли участие все известные скульпторы того времени – Мыслбек, Шалун, Кафка, Штурса и множество других.

К столетию театра рядом построили новое здание Национального театра – в старом не хватало места для всех проектов. Огромную глыбу из толстых стеклянных плиток, возведенную по проекту Прагера, многие пражане не любят, а специалисты считают, что это единственная постройка советского периода, не уступающая лучшим западноевропейским зданиям того же времени.

Часть нового здания занимает театр Laterna magika.

Вокруг Карловой площади

Центром южной части Нового Места служит Карлова площадь (Karlovo n'amest'i). Об ассортименте рынка, когда-то бывшего здесь, до сих пор говорят названия двух самых больших улиц, к ней примыкающих: Житная (Zitn'a) и Ячменная (Jecn'a). Рынок разместили на одной из самых старых пражских коммуникаций – Вышеградском пути, соединяющем Град с Вышеградом. Во времена Карла IV этот путь был еще и коронационным, хотя позже старт процессии перенесут в другую часть города, к Пороховой башне.

Чехи утверждают, что это самая большая площадь в Европе. Неправда – это не площадь, а парк. Днем там гуляют дамы с собачками, вечером в кустах шебуршится молодежь.

Главной постройкой на площади всегда была Новоместская ратуша (Novomestsk'a radnice). Она появилась во времена Карла IV – и всего на четыре десятка лет моложе ратуши Староместкой. Башня ратуши была пристроена в 1456 году, а свой современный вид комплекс зданий ратуши получил в 1905 году благодаря архитекторам Камилу Гилберту и Антонину Виеглу. На башне, как и на Градчанской ратуше, прикреплен эталон старой меры длины – чешский локоть. Из окон Новоместской ратуши в 1419 году пражский люд выкинул градоправителей, тем самым положив начало долгим и разрушительным Гуситским

войнам.

Приблизительно посредине Карловой площади на углу с Йечной улицей стоит церковь Святого Игнатия Лойолы (sv. Ign'ac). Ее построил для иезуитов в 1670 году Карло Лураго. На фасаде храма – скульптура святого Игнатия, основателя иезуитского ордена. Вокруг скульптуры – позолоченный ореол. Этот ореол стал причиной спора иезуитов с представителями иных конфессий. Те утверждали, что сияния вокруг всей фигуры может удостаиваться только Христос или Богоматерь, а таким, как Игнат, достаточно и нимба. Спор дошел аж до Ватикана, где мудро решили, что святой – он и есть святой, поэтому может сиять как хочет. Раннебарочный храм украшен работами Плацера и Бендла.

Южную сторону площади занимает розовое здание дома Фауста (Faustuv dum, N40-41). Перед своей смертью, в 1540 году, доктор Фауст жил в Праге. Дыра в крыше его дома не поддавалась ремонту – через нее по истечении подписанного кровью договора доктор и был унесен Мефистофелем. Дом в разное время принадлежал и другим мистическим личностям: в 1590 году его купил английский алхимик Эдвард Келли, а в 1724 году там жил Фердинанд Антонин Младота, тоже интересующийся алхимией и математикой. Его сын Йозеф Петр увлекался механикой и шокировал гостей механическими фигурами, передвижными ступенями и мистическими звуками "ниоткуда". Сын укрепил дурную славу дома, и народная молва отправила его вслед за Фаустом – через дыру в крыше.

Слева от дома Фауста – ворота в садик, принадлежащий церкви Святого Яна Непомуцкого на Скальце (sv. Jan Nepomuck'y na skalce). Храм построен Дитценхофером в 1738 году и считается заметным образцом барочного искусства. Внутри есть деревянная скульптура Яна Непомуцкого работы Брокоффа.

Фасад церкви на Скальце выходит на Вышеградскую улицу, на другой стороне которой стоит бенедиктинский монастырь Эмаузы (kl'aster Emauzy). Заложивший обитель Карл IV пригласил сюда бенедиктинцев из Хорватии, читавших литургии на славянском языке, поэтому главный храм монастыря известен как церковь Девы Марии на Слованех (Panna Maria na Slovanech). Монастырь быстро стал культурно-образовательным центром, а в его мастерских писались и печатались бесценные творения. Во времена Гуситских войн На Слованех был заложен и единственный в Чехии монастырь гуситов. Позже заведение сильно себя уронило: его последний настоятель женился на дочери одного предпринимателя и соорудил у монастыря пивнушку с тиром и аттракционами. Разозлившийся Рудольф II вернул монастырь католикам.

Монастырь Эмаузы

24 91 62 39, 24 91 72 13;

вт-вc 10.00-17.00.

14 февраля 1945 года 62 "летающие крепости" американских ВВС, которые должны были принять участие в бомбардировке, стершей с лица земли Дрезден, из-за сильного ветра отклонились от курса и вместо Дрездена прилетели бомбить Прагу. На город было сброшено 152, 5 тонны бомб – от моста Палацкого через Карлову площадь и до Риегровых садов. Монастырь тогда сильно пострадал и в 1960-х годах был перестроен. Бомбежка пошла ему на пользу: обычный двухбашенный храм, каких сотни, приобрел два пересекающихся шпиля, похожие на следы от ракет. Поддерживая репутацию народа с оригинальным чувством юмора, чехи заявляют, что конструкция напоминает им ослиные уши.

С другой стороны от площади стоит еще один храм, на этот раз православный – церковь Святых Кирилла и Мефодия (sv. Cyril a Metodej). Она была построена Дитценхофером для дома престарелых священников. В 1934 году обновленное здание было передано Чехословацкой православной церкви. В 1942 году в крипте храма скрывались парашютисты, совершившие покушение на немецкого протектора Рейнхарда Гейдриха. После того как их обнаружили и пытались затопить канализационной водой, все семеро скрывавшихся покончили жизнь самоубийством. В крипте сейчас музей.