Пояс «Ориона»

Пояс «Ориона».

Щетинкин С.Ю,

2.03.2016

Оглавление

Глава 1. Из таксистов в бизнесмены.

Глава 2. Отпуск, Будва, отель.

Глава 3. Стефания.

Глава 4. Море, набережная, Цитадель Будвы.

Глава 5. Тамплиеры.

Глава 6. Остров Святого Николы.

Глава 7. Будем искать клад.

Глава 8. Подготовка к поискам клада.

Глава 9. Поиски клада на острове и в Цитадели.

Глава 10. Поездка за продуктами. Колдунья Мария.

Глава 11.

Вечер со Стефанией.

Глава 12. Поиски клада в монастыре, заточение.

Глава 13. Клад найден.

Глава 14. Последний вечер в Будве.

Глава 15. Возвращение домой.

Молодая стюардесса, рассказав о правилах поведения на борту, выпорхнула из салона и задернула шторы. Яркий свет погас, осталось только дежурное освещение и табло с предупреждением о том, что начался взлет. Медленное движение сменилось ускорением, самолет задрожал, набирая скорость.

За бортом была ночь. Глеб Дорохов откинул немного назад спинку кресла, предварительно обернувшись и убедившись, что его спинка совсем не помешает сухонькой старушке, похожей на мисс Марпл Агаты Кристи. Глеб закрыл глаза, собираясь вздремнуть… Но не тут то было – нахлынули воспоминания событий последних дней. Не до сна теперь!

Началом всему послужило трагическое событие, произошедшее около двух лет назад. Умерла его единственная тетушка. Крепкая старушка, сильно простыла в сезон гриппа. Лечилась она обычно сама, не доверяя врачам. Когда он все-таки заставил ее вызвать скорую помощь, которая отвезла ее в больницу, то было уже поздно. Осложнения затронули почти все внутренние органы, всплыли старые болезни, которые тетушка упорно загоняла в тяжелую стадию народным самолечением.

Тетушка в свое время была замужем за ответственным партийным работником, который был гораздо старше ее и умер уже очень давно. После него ей досталась очень приличная трехкомнатная квартира недалеко от центра. Ни детей, ни других родственников кроме Глеба у нее не было. И эта почти элитная недвижимость благополучно досталась Глебу по наследству.

Свое жилье у Глеба было. Только не в элитном, а в обычном спальном районе, что его вполне устраивало. Жил он уже лет 5 как один. Жена, когда выросла их дочь, ушла к богатому адвокату. Дочь ушла с ней. Но, несмотря на это, человека, более близкого ему, чем дочь Дарья, у Глеба Дорохова не было. Дарья закончила институт, работает журналистом на крупной радиостанции. Живет самостоятельно. Его бывшая жена и ее богатый муж купили дочери не большую, но уютную квартиру в новостройке.

Новой семьей Глеб после развода не обзавелся, ни к чему это было ему, он вполне обходился своими силами. После развода с женой их трехкомнатная квартира в спальном районе досталась ему. Убрав из квартиры половину мебели, он сделал ее просторной и светлой. Да и еще прирожденная любовь к функциональности и чистоте. Уборка в квартире, не загроможденной шкафами и сервантами, занимала не много времени, моющий пылесос мог проникнуть во все углы. Стиральная машина обеспечивала чистоту его одежды, а супермаркет недалеко от дома спасал от голода – там было достаточно всяких полуфабрикатов.

Занимался

он частным извозом. Институт, которому он отдал, как принято говорить «свои лучшие годы» и где защитил кандидатскую диссертацию в области электротехники, приказал долго жить. Оставшись без работы и, не желая работать на современных капиталистов, Глеб купил на свои небольшие сбережения подержанный фолькваген и присоединился к группе таких же как он «свободных художников». Они держались дружной группой, и это помогало им договариваться и с настоящими таксистами, и дорожной полицией, и с другими такими же группами конкурентов.

Как только закончились бюрократические процедуры по оформлению наследства, к Глебу обратился риэлтор из известного агентства по недвижимости с предложением продать бывшую тетушкину квартиру. Предложение было очень неплохим по сумме, да и дочь посоветовала ее продать. Так Глеб и сделал. Полученные деньги он разделил на две равные части, одну оставил себе, а другую отдал дочери.

Острой необходимости на что-то немедленно потратить деньги у него не было, поэтому лучшего им применения как положить в банк на депозит, он не нашел.

Год, как умерла тетушка, пролетел очень быстро. Поминки по случаю годовщины ее смерти решили устроить в ресторане недалеко от ее бывшей квартиры. Всю организацию этого процесса взяла на себя соседка и лучшая подруга тетушки Марья Семеновна. Она написала и разослала приглашения всем еще живым тетушкиным друзьям. Организовала через похоронное агентство поездку на кладбище. Так как день был сырой и холодный, накануне даже снег выпал, то на кладбище поехало не очень много людей. Это были Глеб, дочь Дарья, соседка Марья Семеновна. Был еще один человек. Как оказалось – это был старинный тетушкин друг и ухажер. Он недавно вернулся из Германии, где гостил у детей.

Надо отметить, что этот человек обладал весьма запоминающейся внешностью. Лет ему было чуть-чуть за 60. Не высокого роста, плотный, с огромной бородой. Увидев его впервые, Глеб невольно сравнил его с Карлом Марксом. Имя его было соответствующее – Карл Генрихович. Как оказалось потом, в свое время тот стриг и брил головы партийной номенклатуре, работал парикмахером.

На кладбище они положили на могилу венок, сказали теплые слова, и приехали в ресторан, где в назначенное время их ждало большое количество стариков и старушек, для которых поминки являлись очередным выходом в свет, местом общения с такими же старыми и больными. Они внимательно осматривались, отмечая про себя, кого уже нет среди них после последней встречи на очередных поминках по «безвременно ушедшему» товарищу, или подруге.

За столом в ресторане у Глеба с Дарьей зашел разговор о деньгах. Дочь спросила, что он собирается с ними делать. Он отшутился, сказав, что бережет их для нее. Так как никого у него нет, и больше не будет, то эти деньги все равно рано или поздно достанутся ей. Со свойственной дочери прямотой, она сказала ему, что деньгами надо заниматься, что банк – это не лучшее место для денег, и есть другие возможности приумножить ее будущее благосостояние. Не преминула уколоть его тем, что он способен на гораздо большее, чем частный извоз. Он полностью с ней согласился и обещал исправиться.