Чтение онлайн

Осторожно обхожу помещение, но никого больше не нахожу. Ни живых, ни мертвых. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Подхожу к трупу и внимательно его осматриваю. Вот это открытие! Я просто гарантирую, что умер он от удара ножа в горло. Интересно, кто же это из моих бойцов постарался?

Выхожу из архива и решаю осмотреть труп у турникета… Тоже нож! Не слишком ли? А почему тогда стреляли из автомата? И самое главное — в кого? Как это ни противно, но придется подниматься на второй этаж.

Лестница довольно узкая. Если меня сверху кто-то поджидает, то я могу и не успеть что-либо предпринять.

Это никуда не годится, но подниматься все равно надо. Да, зря я не захватил автомат в караулке. Чувствовал бы себя значительно лучше. Но я отлично знаю, что тут дело не в автомате: меня пугает отсутствие звуков. Действительно странно. Там должно быть четверо моих бойцов и двое офицеров этой части как минимум. Но почему я ничего не слышу? Шесть человек производят достаточное количество шума. А тут — тишина.

Пожалуй, я сделал глупость, что громко топал ногами на первом этаже. Теперь остается только прижаться к стене и очень медленно подниматься вверх. Хорошо еще, что ступени бетонные. Если бы это было дерево, то меня бы сразу же выдал предательский скрип.

Тишина все-таки не абсолютная. Чье-то сосредоточенное сопение раздается из-за дверного проема. Кто-то живой там есть. Интересно, кто? А к чему гадать, если прямо сейчас все разрешится? У меня полная обойма, и я знаю, что меня ждут. Они же не знают, чем я вооружен и кто я вообще такой. Значит, шансы примерно равны.

Резко выдыхаю и одним прыжком преодолеваю последние несколько ступеней. Поворачиваюсь влево и правой рукой перехватываю ствол автомата. В левой у меня «люгер», и я уже готов нажать на спусковой крючок, но в последний момент срабатывает рефлекс: передо мной свой. Совершенно черно, это один из моих бойцов. Перепуган он не меньше меня, но я сейчас должен свой испуг спрятать.

— В чем дело, боец? — взревываю я. — Почему не доложились о выполнении? Кто стрелял? Да отвечай же ты, в конце концов!

Парню явно нехорошо. Буквально побелел весь. И взгляд затравленный. Что же здесь произошло? Неужели он остался один? Чертова работа! Только этого мне и не хватало. В первый же день потерять троих. Еще до начала боевых действий. Это уже чересчур. Даже если учесть, что у меня не солдаты, а четырнадцатилетние мальчишки. Я же все точно рассчитал! Не должно было быть никакого сопротивления. Мы же брали их тепленькими и сонными. Как такое могло получиться? Чего я не принял в расчет?

— Господин командор, мы обосрались, — подает голос боец.

— Так вытряхни штаны и продолжай выполнение задания! В чем дело-то?

— Тут внизу были двое. Одного я ножом, второго Седус. Но второй заорать успел. Мы наверх, а там один с пистолетом. Он выстрелил… в Седуса… А Седус его из автомата! Мы думали, что все, но тут второй! А я…

— Стоп! — Если этот поток лепета не остановить, то закончится он только к завтрашнему вечеру. — Пойдем внутрь и все покажешь.

Парень кивает, и я подталкиваю его вперед. Пусть действительно поработает здесь гидом.

С первых же шагов мне становится ясно, что командир части застрелен из автомата в упор. Вот он распластался у самого входа, прошитый очередью. Туда ему и дорога. В углу сидит один из моих бойцов и прижимает руку к боку. Форма залита кровью. С этим надо будет разобраться,

но чуть позже. Дверей четыре. Две закрыты на замок, а две другие распахнуты настежь. Из первой торчат босые ноги. Мародерством мои бойцы занялись, что ли? Очень сомневаюсь: в обуви, которая надевается на эту ногу, они просто утонут. Неужели босиком выскочил? Офицер называется! Интересно, кто это?

Во второй комнате находятся двое моих ребят. Эти хоть не ранены. И то хорошо. А чем это они тут занимаются? Похоже, что пытаются вскрыть сейф командира части. Ничего не скажешь — хорошеньких я деточек воспитал!

— Отставить!

Оглянулись, а затем вытянулись по стойке «смирно». Прекрасно. Теперь надо дать разгон. И очень качественно. Иначе это грозит перерасти в черт знает что.

— Почему не доложили о раненом товарище? Кто его перевязывать должен? Я? Совсем озверели? Обоим — по десять плетей перед строем. Доложите своему непосредственному начальнику. А я проверю исполнение.

Физиономии вытянулись. Взгляд озлобленный. Ничего, переживут. Слишком рано деточки начали расслабляться. Еще ничего не сделано, а они уже на сейф позарились. Перед тем как их пороть, я позабочусь о том, чтобы все знали, за что. Тогда у остальных не возникнет соблазна проявлять подобную «инициативу» в дальнейшем. Но раз начал отчитывать, то нужно продолжать в том же духе.

— Я вижу еще две запертые двери. Почему они до сих пор заперты?

Продолжают стоять насупившись и пряча глаза. Так дело не пойдет.

— Не слышу ответа, господа!

— Мы как-то не подумали, — лепечет один из несостоявшихся взломщиков.

— Сейф попытаться вскрыть подумали, а двери нет? — Я удивленно приподнимаю бровь. — Мне, господа, не совсем понятен ход ваших мыслей. И кстати, когда обращаешься к старшему по званию, то положено прибавлять это самое звание. Вскрыть двери немедленно!

— Так точно, господин командор, — не стройно, зато громко.

Мальчишки кинулись к ближайшей закрытой двери, столкнувшись в проходе. Пусть трудятся… А если там на самом деле кто-то есть? Офицер, который уже ждет с оружием в руках.

— Отставить! — почти кричу я. — Сначала перевязать раненого. Двери подождут.

Мальчишка, получивший пулю в бок, стонет. Понятно, что это явно не то, на что он рассчитывал. Но ничего страшного — в его возрасте все заживает, как на собаке. Сейчас необходимо его осмотреть, а там будет видно.

Склоняюсь над раненым и осторожно расстегиваю китель. Он опять стонет. Ничего страшного. Терпи. Дальше рубашка. Она вся пропитана кровью. Вот это мне уже не нравится. Почему так много крови? Распарываю рубашку ножом и вздыхаю с облегчением: пуля прошла навылет и, по идее, ничего из жизненно важных органов не задето. Отбрасываю нож и снимаю с пояса паренька индивидуальный пакет. Молодец все-таки Репус! Один из грузовиков был заполнен этим добром под завязку. Я сперва хотел позвонить ему в Столицу и нагнуть матов, но быстро вспомнил, что сейчас Репусу явно не до того. Вот и пригодился подарочек нашего разведчика. Вскрываю пакет и перевязываю рану. Туго, как учили очень много лет назад. Хорошо. Жить будет, но его все равно необходимо доставить в больницу… Позже. Когда закончим с «универсалами».