Чтение онлайн

Однако эту тему нелегко было положить на полку. Дискуссия продолжалась, даже когда дамы начали расходиться.

— Черт, я горжусь, что ношу имя мужа. Я считаю моим самым большим достижением тот факт, что я все еще замужем за этим старым козлом, — заявила Барбаранелла.

Грейс и Люси взглянули друг на друга.

Покачивая головами, они вслед за остальными вышли из комнаты. Небольшая группа женщин стояла в холле, охая и ахая над браслетом с бриллиантами и сапфирами на запястье Эдны.

— Боже! Или ты слишком хороша, или он

вел себя поистине плохо, — пошутила Барбаранелла.

Лорен понимающе подмигнула:

— За этим кроется большая вина.

— Он купил его у Калхауна. Хотите, я выясню, сколько он стоит? — предложила Мэри Джейн.

Эдна ухмыльнулась, протягивая руку, чтобы все могли полюбоваться:

— Говорю вам, чем он больше шалит, тем лучше подарок ко дню рождения.

— Ну, если так, то нам тоже можно надеяться на бриллианты, криво усмехнулась Люси, отходя вместе с Грейс от группки женщин.

— Говори за себя, — сказала Грейс. Возможно, у Энди Бейлса и было время, чтобы изменять Люси, но отец Эдди слишком усердно загружал его делами по недвижимости, чтобы у того еще оставалось время на любовную интрижку.

Подвал дома, служивший когда-то местом, где спали рабы, был переделан в комнату для игр. Сегодня из-за конференции учителей Каролина не пошла в школу, и комната была полна детей и мам, зашедших за ними.

— Привет, тетя Рэй! Я не видела, как вы вошли! Как поживаете? — Грейс приветствовала свою тетушку, которая торопливо приближалась к ней, ведя за руку Каролину.

Тетя Рэй, младшая сестра ее бабушки по материнской линии, была подвижной старушкой семидесяти пяти лет, с острым языком. Она ежедневно ездила верхом почти в любую погоду, три раза в неделю раздавала подарки в магазине благотворительного общества и не давала покоя докторам бесконечным перечислением симптомов своих болезней, каждый из которых звучал фантастичнее прежнего.

— О, прекрасно, насколько это возможно, — ответила она, умудряясь жаловаться, что борется с какой-то новой неустановленной болезнью. — Знаешь, звонила твоя мама. Она хочет изменить меню на праздновании Гран-При.

Грейс вдруг поняла, что уехала с фермы, так и не навестив мать. Джорджия, вероятно, хотела поговорить с ней о приеме, который они всегда устраивали у себя в последний вечер состязаний.

— Зачем? Всем и так нравится, — сказала она, ругая себя за забывчивость.

Тетя Рэй пожала плечами:

— Твоя мать хочет креветок. Она говорит, что ей до смерти надоели ветчина и мясо, зажаренное на вертеле. Их подавали в течение тридцати пяти лет, и я не понимаю, почему они ей вдруг надоели. — Резко изменив тему, она погладила Каролину по голове со словами: — Привези как-нибудь это маленькое сокровище ко мне на ленч.

— Мам, — раздраженно произнесла Каролина.

Грейс схватила Каролину за руку:

— Я должна отвезти ее к миссис Пинкертон, чтобы подобрать костюм для верховой езды. Я обещала, — сказала она тете

Рэй.

Тетушка вовсю заулыбалась Каролине:

— О, это прекрасно! На ком ты будешь выступать?

— На Опоссуме, — ответила Каролина одновременно с матерью, сказавшей: «На Мисс Лили».

Грейс закатила глаза:

— Нет, юная леди. Мы тысячу раз обсуждали это.

— Это потому, что у меня не хватает зубов? — сердито спросила Каролина.

— Я не собираюсь возвращаться к этой теме, — твердо заявила Грейс.

Каролина надула губки:

— Но почему?

— Потому. — Она заставила Каролину замолчать непреклонным взглядом, потом повернулась к тетушке Рэй и сказала: — Нам пора идти. Я терпеть не могу выяснять отношения с моим ребенком на людях.

Тетя Рэй крепко обняла Каролину. Затем она наклонилась и шепнула ей на ухо мудрые слова, которые говорила Грейс, когда той было примерно столько же лет:

— Тебе нужно уговорить их.

Деловой район города располагался по краям старинного центра девятнадцатого века. Несколько современных небоскребов стояли с видом на реку, как преграда из стекла и стали, препятствовавшая настоящему все глубже вторгаться в прошлое и сливаться с ним. Большинство зданий построили во времена детства Грейс, и всегда, направляясь в деловую часть города, она испытывала приступ ностальгии по старым и ветхим складам, в которых когда-то хранились урожаи хлопка зажиточных фермеров и владельцев плантаций.

— Смотри в оба и ищи место для стоянки, милая, — сказала она Каролине, когда они приблизились к месту, где с ее рождения находился магазин принадлежностей для конного спорта Миллера.

— Фу. Это звучит вульгарно, мам, — фыркнула Каролина, всю дорогу мечтавшая стать победительницей Гран-При.

Грейс улыбнулась:

— Знаю, но бабушка часто говорила так мне, и теперь это вошло в привычку. Она также говаривала: «А я буду приглядывать за тобой».

— Грубо, — сказала Каролина в тот момент, когда они остановились на красный сигнал светофора. — Почему у зданий этажи? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — Грейс искоса взглянула на дочь, которая осторожно ковыряла в правой ноздре указательным пальцем. — Не ковыряй в носу, дорогая.

Каролина изогнула шею, чтобы лучше разглядеть здания:

— Почему говорят, что они двадцатиэтажные или пятидесятиэтажные? — переспросила она.

— Хороший вопрос. Точно не знаю. Давай посмотрим вот на этот дом, — сказала Грейс, ища свободное место на левой стороне улицы.

И тут она увидела Эдди, стоящего спиной к ней, он любовался своим отражением в зеркальном фасаде одного из небоскребов. Но прежде, чем она успела окликнуть его, из здания вышла молодая женщина в красном креповом костюме, быстро приблизилась к Эдди и слегка дернула его за ухо. Он повернулся и улыбнулся молодой женщине, затем обнял ее за талию, прижал к себе и одарил долгим поцелуем.