Повеса
Шрифт:
— Доброе утро, Блейкфорд.
Застыв на месте, Блейкфорд бросил на Дэвенпорта свирепый взгляд.
— Мне следовало бы вызвать вас на дуэль за то, что вы сделали со Стеллой! — прорычал он.
— И что же я, по ее словам, с ней сделал? — не без любопытства осведомился Реджи.
— Она сказала мне, что в тот вечер, когда впервые вас увидела, вы изнасиловали ее, а недавно еще и публично оскорбили на балу.
— Первое обвинение я отвергаю. Что же касается второго, то мне остается лишь признать свою вину, — сказал Реджи, почувствовав, как на него вдруг навалилась усталость. Судя по всему,
Блейкфорд шагнул вперед и крепко ухватил Реджи за локоть.
— Не думайте, что вам удастся так легко от меня отделаться. Я вам вот что скажу: если вы еще раз приблизитесь к Стелле, вы — покойник.
Резким движением высвободив руку. Редки, в свою очередь, схватил Блейкфорда за запястье и с такой силой вывернул его, что едва не вывихнул противнику сустав.
— Не смейте угрожать мне, Блейкфорд. — В голосе Дэвенпорта звучала ярость. — Советую вам тратить имеющийся у вас излишек энергии на Стеллу, возможно, тогда она не будет вертеть хвостом и засовывать руки в штаны любому, кто окажется рядом.
— Ах ты, подонок! — проревел Блейкфорд, безуспешно пытаясь высвободиться и покраснев от боли и от натуги.
— Не будьте идиотом и не затевайте публичной ссоры из-за того, что кто-то, видите ли, задел честь какой-то шлюхи, — с презрением процедил Реджи, отпуская руку Блейкфорда. — Если бы вы в самом деле верили, что я ее изнасиловал, то должны были отстегать меня кнутом еще несколько недель назад.
Эти слова, казалось, образумили Блейкфорда. Стараясь взять себя в руки, он проворчал:
— Вы пожалеете об этом, Дэвенпорт. Слишком много лет вы делали все что хотели, не заботясь о последствиях, но возмездие близко.
— Не сомневаюсь, — холодно бросил Реджи. — Пока же прошу извинить — меня ждут.
Реджи направился в сторону Хай-стрит, чувствуя, как Блейкфорд сверлит взглядом его спину. Дэвенпорт был уверен, что Блейкфорд наверняка бы его убил, окажись у него в эту минуту пистолет. Он мрачно подумал, что совершил ошибку, дав волю раздражению и непочтительно отозвавшись о Стелле, хотя она вполне того заслуживала. Когда дело касается женщин, мужчины ведут себя совершенно нелогично. У Реджи появилось неприятное предчувствие, что ссора с Блейкфордом не обойдется без последствий.
Стоило Дэвенпорту войти в магазин, Питер и Мерри тут же вовлекли его в разговор об обоях. Слушая их, Реджи думал о своем. И в конце концов философски пожал плечами — его репутации уже ничто не могло повредить.
Джордж Блейкфорд с трудом подавил желание схватить Дэвенпорта за горло и задушить его голыми руками, превратить это бесстрастное лицо в кровавое месиво. Только мысль о том, что у него есть куда более важная цель, не позволила ему поддаться искушению. В самом деле, куда важнее расправиться с Элис Уэстон. Причем погибнуть она должна при таких обстоятельствах, чтобы никому и в голову не пришло связать ее смерть с ним, Джорджем Блейкфордом.
Попытка покончить с Элис при помощи пожара не удалась. Теперь, как Блейкфорд ни старался, он не мог придумать ничего такого, что позволило бы столь же
Блейкфорд был вынужден признать, что на удивление трудно добраться до человека, который целый день разъезжает по имению, где все его знают и где любой незнакомец сразу же привлечет к себе внимание. Задача усложнялась еще и тем, что предусматривала убийство не только Элис Уэстон, но и Реджи Дэвенпорта.
В конце концов Блейкфорд пришел к выводу, что осуществить задуманное можно только одним способом — устроив засаду где-нибудь на дороге. Это позволяло возложить вину за убийство на банду головорезов, промышлявших разбоем, — тем более что их развелось немало после окончания войны, когда тысячи демобилизованных солдат оказались брошенными на произвол судьбы. Однако, чтобы подобрать для этой цели людей, требовалось время. Исполнители плана не должны были быть местными жителями.
Блейкфорд уже нашел двоих отчаянных сорвиголов, за деньги готовых на что угодно. Один из них когда-то служил в армии и отличался исключительной меткостью стрельбы. Подыскав еще двух-трех человек, Блейкфорд должен был дождаться какого-то события, которое выманило бы обе будущие жертвы за пределы Стрйкленда. На это могли уйти недели и даже месяцы, но Блейкфорд готов был выжидать столько, сколько нужно, лишь бы не оставить Элис Уэстон и Реджинальду Дэвенпорту малейшего шанса избежать гибели. Пока же он тешил себя предвкушением мести.
Войдя в свою спальню, Элис застала там горничную. Джилли занималась уборкой.
— Я сейчас уйду, мисс, — извинилась она.
— В этом нет необходимости. Я просто хочу надеть рубашку полегче. — Элис направилась к платяному шкафу и открыла один из ящиков. — На улице даже жарче, чем я ожидала. Наверное, дождь собирается.
Вынув из шкафа свежую рубашку, она обернулась как раз в тот самый момент, когда девушка пошатнулась и уронила на пол фарфоровый тазик для умывания — едва ли не самую красивую вещицу из всех, что были изготовлены на местной фабрике керамических изделий. Лицо Джилли позеленело.
Обеспокоенная Элис подхватила девушку под руку.
— Сядьте и наклоните голову как можно ниже, чтобы не упасть в обморок, — скомандовала она.
Джилли вяло повиновалась. К счастью, стоявший в спальне кувшин был полон воды, и Элис, дернув за шнур звонка, чтобы вызвать экономку, намочила полотенце и стала протирать им лицо горничной.
Джилли слегка порозовела.
— Спасибо, леди Элис. Извините меня, — едва слышно проговорила она, выпрямляясь в кресле. — Я сейчас все уберу.
— Посидите еще немного. В такую жару кто угодно может почувствовать себя плохо.
— Жара тут ни при чем, мисс, — сказала девушка с жалкой улыбкой.
Прежде чем Элис успела как-либо отреагировать на ее слова, в комнате появилась экономка. Мгновенно оценив ситуацию, Мэй Геральд распорядилась:
— Ложись и не вставай до самого вечера, Джилли. Тебе надо получше заботиться о себе.
— Я стараюсь делать всю ту работу, которая мне по силам, мэм, — ответила горничная, упрямо вздернув подбородок.