Поверить в чудо
Шрифт:
С тех пор улыбка и внимание девушки к больному исчезали, как только она чувствовала, что человек сачкует и его нежелание выздоравливать - не обычная минутная слабость, а последовательная и продуманная тактика. Тогда из приятной внимательной красавицы она превращалась в холодную и равнодушную медичку, а ее показательное неуважение к таким пациентам делало их изгоями среди других больных. "Жертвы" возмущались, жаловались и даже угрожали, но заканчивалось все для них единственным желанием - поскорее выздороветь, чтобы убраться из больницы.
Большинство пациентов в отделении составляли мужчины, что немного раздражало Ольгу,
– А что, мужчины спокойно ходить не умеют? Или это у вас в генах заложено постоянно влипать в передряги? Объясните мне, доктор, почему большинство больных в отделении мужского пола, а?
– То, что мы вырастаем, еще не делает нас взрослыми, - улыбнулся в ответ врач.
– Шучу-шучу, просто мужчины более подвижны, Оля, да и профессии у них часто бывают сложными и более экстремальными, чем у женщин, например, шахтер, пожарный или водитель грузовика. А еще мужчины более нетерпеливы по натуре, поэтому и рискуют больше, особенно, сидя за рулем автомобиля. Я уже не говорю про это дело, - и Васильевич выразительно щелкнул себя пальцем по горлу.
– Ведь под градусом наш парень ничего не боится, поэтому и зарабатывает синяки и переломы. Правда, герой?
– И их пациент, с жутким перегаром, смущенно кивнул головой в знак согласия.
– А женщины?
– поинтересовалась Ольга.
– Переломы у женщин, особенно старшего возраста, - стал разъяснять Васильевич, - как правило, связаны с наступлением менопаузы в их жизни, понимаешь?
Оля, краснея, кивнула.
– Ведь во время климакса женские кости становятся очень хрупкими и ломкими и хватает неудачного падения или удара, чтобы получить перелом, - продолжил лекцию доктор.
– Поэтому сейчас в прессе и на телевидении ведут шумную компанию борьбы с остеопорозом, для чего рекламируются специальные гормональные препараты, а также витамины с большим содержанием кальция.
– А как же девушки?
– Ну, эти к нам попадают, прежде всего, как спутницы горе-водителей, устроивших аварию или сами умудрившиеся в нее попасть. А еще такое бывает, когда девушки хотят сравняться силой или умением с мужиками и занимаются опасным спортом.
– Неправда, - обиделась Оля за "своих".
– Девушка тоже имеет право кататься на лыжах, скейте или роликах.
– Ну тогда, малыш, пусть и не жалуется на травмы.
– Ну и что, зато женщина делает это красивее.
– Травмы красивее делает? Может быть, не знаю...
– Да ну вас, Васильевич, я говорю, что катается красивее.
– Ах, это? Для меня главным является результат, Оля. Потому что если человек попал к нам с травмой, то совсем неважно, красиво он ее заработал или нет. Верно я говорю?
– Это да, никаких возражений.
Васильевич, или полностью, Василий Васильевич, заместитель заведующего травматологии, чаще других дежурил на Ольгиной смене. Нина объяснила это тем, что он давно холостякует и чтобы не напиваться в одиночестве, предпочитает ходить на работу.
– Поэтому пусть лучше работает, чем пьет, - добавила она.
– Но Васильевич - приличный дядька, - заметила Ольга, -
– Понимаешь, четыре года назад у него умерла жена от рака. И последние дни ее прошли именно здесь, в нашей больнице.
– О, Господи...
– После ее смерти он долго не мог прийти в себя и начал часто выпивать, пока из-за границы не приехала дочь с семьей и не устроила скандал. Васильевич даже пожаловался, что ему поставили ультиматум: если хочет видеть внуков, должен бросить выпивку.
– Что же, шантаж - эффективное средство.
– Да это неважно, Оля, главное, что наш Васильевич, как говорят, завязал и, чтобы не искушать судьбу, сидя дома в одиночестве, проводит больше времени в больнице.
– Ну и правильно, - энергично согласилась Ольга. А мгновение спустя ее вызвали в приемное отделение, потому что поступил новый больной. Она отправилась помогать дежурному врачу, а Нина осталась на посту упорядочить бумаги и готовиться к вечернему обходу.
– Ну, что, малыш, - Васильевич приветливо улыбнулся Ольге, встретив ее в коридоре. - У нас сегодня интересное дежурство - опять сломался рентген-аппарат и поэтому точный диагноз установить невозможно.
– Вы же всегда говорили, - возразила девушка, - что для опытного врача это не помеха.
– Говорил, но лично я сегодня к этому не гожусь, потому как еще с выходных у меня руки болят, потеряв чувствительность "рентгена".
– А что случилось?
– Произошла переоценка собственных возможностей. Просто Иван Петрович в субботу пригласил меня на дачу, а я сдуру согласился поиграть в волейбол с его сыновьями. И вроде играл недолго, а в воскресенье, поверишь, даже обезболивающее пил, так мышцы болели.
– Что же, в таком случае я предлагаю вам активную помощь, - сказала Ольга, - и попробую вместо рентгена сама установить диагноз. Тем более, мне интересно, чему я научилась за это время и смогу ли верно определить повреждения больного.
– Подожди-подожди, - Васильевич вдруг стал, как вкопанный, - я же помню, как мы принимали тебя на работу... Что ж, хорошее предложение, давай попробуем использовать тебя по назначению.
Их пациентом оказался приличный парень, просто шипящий от боли, и не удивительно, ведь мизинец на его правой ноге был ненормально вывернут в сторону. Парень сидел на столе уже раздетый, поэтому Василий Васильевич кивнул Ольге, чтобы бралась к осмотру, а сам встал напротив следить за ее руками.
Ольга сосредоточилась на травме, легко подключив воображение, и, ощупывая ногу пострадавшего, сразу поняла, что мизинец его не сломан, а лишь вывихнут.
– Это все наш глупый пес, - простонал вдруг пациент.
– Вечно бросается под ноги, пугая чуть не до икоты. Вот я с перепуга и врезал ему хорошенько, а оказалось, он успел отскочить... и я со всей силы пнул дубовые двери. Чуть не потерял сознание от боли, представляете?
Постаравшись скрыть улыбку, Ольга немного "обезболила" ногу, а затем, вслух комментируя свои действия для Васильевича, легко вправила палец на место. Парень дернулся, уже собираясь кричать, но,посмотрев в синие глаза девушки, так на это и не решился.