Чтение онлайн

Но тут в сознании Хэнка неожиданно возник образ Долли. Что ему делать? Что говорить ей?

Он вспомнил тот день, когда, выйдя из ванной, увидел Долли, закутанную в полотенце Рэйчел, глядящую на него с такой страстью, что его пронзила дрожь.

Все его проблемы будут решены, когда он встретится с ней. Нужно только набраться терпения. Он будет считать дни, часы и минуты до этого момента.

Через три недели близнецов, которых теперь звали Тимоти и Тина, перевели в больницу в Монтикелло, и их

родители могли вернуться в «Пинк Стоунз». Каждое утро они отправлялись вместе в больницу и проводили с малышами весь день до позднего вечера.

Приехали родители Рэйчел, которые до сих пор пребывали в блаженном неведении о намечающемся разводе их дочери с Хэнком. Они обожали Хэнка, и им трудно было бы перенести этот удар.

– Он великолепен, – восхищалась мать Рэйчел, наблюдая, как Хэнк играет со своим сыном. – Даже если он наденет пушистые женские тапочки и балетную пачку, а волосы накрутит на папильотки, он все равно будет выглядеть стопроцентным мужчиной.

Отец Рэйчел рассмеялся и нежно поцеловал свою жену.

– Ты счастливая женщина, Рэйчел, – сказал отец. – Хэнк надежный помощник. Посмотри, как он справляется с моим внуком. Уверен, что малыш Тим уже способен узнавать его по голосу.

– Да, он чудесный отец, – дрожащим голосом ответила Рэйчел.

– Ты неплохо обосновалась в «Пинк Стоунз» и, наверное, успела завести друзей.

Рэйчел подумала, что дружбой ее отношения с соседями по поселку называть, пожалуй, пока нельзя, но они относились к ней с такой трогательной теплотой... Она не представляла себе, каким шоком для всех станет их развод с Хэнком.

– Что ж, – сказала ее мать, облегченно вздохнув, – мы можем ехать домой со спокойной душой, зная, что у тебя нет иных проблем, кроме заботы о малышах.

Она поцеловала Рэйчел.

– О, мама, – прошептала Рэйчел, и в ее глазах заблестели слезы.

Родители Рэйчел состояли в браке тридцать пять лет. Брак Рэйчел продлился меньше трех.

Держа малютку Тину на руках, Рэйчел с грустью сознавала, что не способна будет дать детям все, что хотела бы. Если они с Хэнком останутся всего-навсего отстраненными и вежливыми лжесупругами, удастся ли им создать ту теплую атмосферу, в которой больше всего нуждаются дети?

Она обрадовалась, когда ее родители уехали к себе во Флориду, потому что ей было не слишком легко притворяться, что у них с Хэнком все нормально. Да и ему поневоле приходилось чаще обнимать и целовать ее у них на виду.

Однако Хэнк был безупречен, когда дело касалось детей. Он был всецело предан им.

Дни напролет они проводили с малышами, пели им колыбельные, разговаривали, ласкали, и малыши очень быстро научились различать их голоса.

С каждым днем Рэйчел все сильнее любила их, постепенно понимая, что значит быть матерью и полностью посвящать свою жизнь благополучию детей.

В самые трудные моменты Хэнк был с ней. Он был непоколебим, как скала, и умел скрывать свои собственные волнения и тревоги, когда нужно было утешить и поддержать ее. Его преданность была необычайной, и она знала, что может доверить ему детей.

Одного она никак не могла понять: почему он не смог

точно так же полюбить ее? Они все время были вместе, но между ними зияла пропасть.

– Ты плохо выглядишь, Хэнк, – сказала она. – Почему ты не отдохнешь?

Он вынул малышку Тину из кроватки и нежно защебетал над ней.

– Спасибо, но у меня нет сейчас такой возможности, – возразил он без лишних пояснений.

Рэйчел, посмотрела на спящего Тима, и ее сердце переполнилось нежностью. Она так сильно любила их всех!

– Ты мог бы, отлучиться на несколько дней и проверить, как идет твой бизнес, – продолжала она.

– Бизнес и без меня идет хорошо. Моими контрактами занимается надежный человек. Сейчас важно быть с малышами, потому что мы нужны им. Я понял это, когда мы были в гостях у Мэгги и Дика, – сказал он.

– Но твой бизнес – это тоже твое дитя. Неужели ты не скучаешь по нему? – усмехнувшись, спросила Рэйчел.

– Честно говоря, я не думаю об этом. Сейчас мой долг – быть здесь.

Хэнк прав, подумала Рэйчел. Ему нужно время, чтобы привязаться к детям. Да и жалко пропускать самое интересное – волшебные моменты, когда малыши из сморщенных беспомощных комочков постепенно превращаются в маленьких человечков. Их взгляды становятся все более осмысленными, пальчики – цепкими, а скоро и звуки, которые они издают, начнут складываться в первые слоги.

– Эй, малышка, – сюсюкал Хэнк, – посмотри на папу!

Рэйчел внезапно вспомнила его слова о доверии к тем людям, которые однажды доказали свою надежность.

Она видела, сколько любви и нежности он отдает детям, и хотела хоть немного этой любви для себя. Может, стоит снова попытаться преодолеть эту пропасть между ними?

– У нас много общего, Хэнк, – тихим голосом начала она. – Мы провели вместе столько лет. Может, попробуем начать все сначала? Все, что я от тебя жду, – это раскаяния из-за твоей измены... Неужели это так сложно – просто попросить прощения?

– Этого ты не дождешься, – резко сказал Хэнк.

Он уложил Тину в теплую постельку.

– Почему нет? Я хочу, чтобы ты вернулся ко мне, – пробормотала Рэйчел.

Она видела, как у Хэнка задрожал подбородок. Он выглядел оскорбленным.

– Тогда ты должна научиться доверять мне.

– Как я могу сделать это? Я уверена, что любая женщина, заставшая ту сцену в спальне, не поверила бы твоим словам! – горестно заявила Рэйчел.

Хэнк с грустью посмотрел на нее.

– Я буду ждать тебя через полчаса в машине, – отчужденно сказал он и вышел.

Эти тридцать минут Рэйчел провела в раздумьях и пришла к выводу, что у нее есть надежда сохранить их брак. Если она действительно научится снова доверять Хэнку.

Они начнут все заново, но теперь будут мудрее.

По дороге из больницы домой ей пришла в голову идея, и, хорошенько ее обдумывая, Рэйчел все время про себя улыбалась. Когда они добрались до «Пинк Стоунз», Хэнк, как обычно, исчез в своем кабинете, а она отправилась наверх, переоделась и спустилась в сарай.

С топором в руках Рэйчел вернулась в холл, осторожно занесла его и обрушила удар на дверь квартиры Хэнка.