Поверь мне!
Шрифт:
– Ты должна мне верить – или между нами все кончено! – заявил он.
Как он смеет предъявлять ей ультиматум?
– Я хочу остаться одна, – едва сдерживая слезы, пробубнила Рэйчел. – Ты можешь переночевать в спальне для гостей, если, конечно, не предпочтешь провести ночь у Долли.
Хэнк крепко сжал губы.
– Спасибо за поддержку. Приятно было узнать, как высоко ты оцениваешь мои моральные качества и отношение к брачным обетам, – едко процедил он, с лихорадочной быстротой хватая одежду из шкафа и направляясь к
Он весь был воплощением уязвленной гордости. Через минуту Рэйчел услышала, как хлопнула входная дверь. Потом нервно заурчал двигатель его машины, завизжали колеса, буксующие в грязи. Затем наступила тишина.
Вот и все, мрачно подумала Рэйчел, оцепенев от жестокой реальности его ухода. Теперь они враги. Все кончено.
4
Неожиданно слезы высохли. Казалось, мозг Рэйчел окаменел и отключился.
Беспокойство заставило ее встать с постели. Не зная, чем заняться, она натянула футболку и носки Хэнка, которые обычно надевала по воскресеньям в редкие часы досуга, и спустилась в холл.
Хорошо бы заняться уборкой. Так она убьет время и избавится от подавленной злости, превращая ее в энергию и черпая в ней силы для наведения порядка в ненавистном доме.
Работа доставляла Рэйчел странное удовольствие. Она испытывала почти садистское удовлетворение, выбивая пыль из штор в кабинете Хэнка и видя, как они дрожат под ударами теннисной ракетки.
В комнатах царило печальное запустение. Рэйчел не часто убирала в этом доме, потому что ее усилия обычно сводились к нулю строителями и штукатурами.
К тому времени, когда она прекратила борьбу с грязью и запущенностью, пауки в панике попрятались, а комнаты наполнились свежестью и энергией.
Старый дом теперь выглядел довольно уютно. Вычистив остатки штукатурки и щебня из комнаты, которую они планировали со временем переоборудовать в детскую, Рэйчел остановилась, чтобы перевести дыхание, и, вспомнив, как они с Хэнком мечтали о детях, разрыдалась.
Так она простояла около часа, горько оплакивая разбитые надежды, безнадежно глядя в угол, где они собирались поставить детскую кроватку с ее драгоценным владельцем.
Почти, ничего не видя из-за слез, застилающих глаза, Рэйчел набрала в бутылку горячей воды и уныло потащилась в спальню.
Продолжая судорожно всхлипывать, она поймала себя на том, что в каждом звуке за окном пытается уловить шум мотора машины Хэнка и ее сердце в надежде замирает, чтобы тут же познать новое разочарование. Он не вернется. В глубине души Рэйчел понимала, что он не сможет вырваться из страстных объятий Долли.
Почти всю ночь Рэйчел не могла уснуть. Она размышляла о том, что никогда раньше не была так несчастна. В отличие от Хэнка, ее детство не отягощали потери и трудности. Родители, которые теперь наслаждаются жизнью под жарким солнцем Флориды, обожали ее. Она пользовалась успехом
Чувство глубокой печали и безнадежности было незнакомо Рэйчел. Впервые она испытала его и поняла, что значит потерять любимого человека.
Ей казалось, что Хэнк полностью разрушил ее жизнь, растоптал мечты и поколебал уверенность в себе. Он, выбрал другую, ясно дав понять, что Рэйчел недостаточно хороша для него.
Наутро она устало сползла с кровати и продолжила приводить в порядок дом. То и дело Рэйчел натыкалась на вещи, которые напоминали ей о Хэнке, и работу приходилось прерывать из-за бурных рыданий.
Она чувствовала себя больной, но училась не обращать на это внимания. Нужно привести дом в приличное состояние, чтобы сфотографировать его и выставить на продажу. Завтра ей придется поговорить об этом со своим адвокатом.
Сгущались сумерки, а Рэйчел все продолжала работать, забыв о еде и усталости. Она старательно сметала пыль в холле, когда внезапно почувствовала головокружение и, пошатнувшись, ухватилась за край журнального столика. Выронив тряпку, она бездумно уставилась в пространство.
Жуткая тишина звенела в ушах. Одиночество и безнадежность, словно каменная плита, сдавили ей грудь. Ее отвергли.
Рейчел с ужасом подумала о том, что больше не верит в себя.
Я неотразима, повторяла она, ни один мужчина не устоит передо мной.
Но это не помогало. Отчаявшись обрести почву под ногами, Рэйчел побрела в кухню, взяла в полки бутылку вина и налила в стакан. Красное вино полезно для здоровья, сказала она себе, в нем много железа и других нужных веществ.
Вино помогло ей немного успокоиться, но не смогло остановить мыслей о Хэнке, которые толпились в голове, безжалостно разрывая мозг на части.
Осушив стакан, Рэйчел почувствовала, что теперь сможет даже уснуть. Она вспомнила, что совсем ничего не ела сегодня. Будет лучше отправиться прямо в постель, пока пол не ушел из-под ног.
Рэйчел уже направлялась в спальню, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Похолодев от ужаса, она обернулась... и с облегчением вздохнула.
– Хэнк! – сорвался с губ радостный крик, и она едва не бросилась на шею мужа. – Я не слышала, как ты вошел.
Каким привлекательным и желанным он был! Чужой любовник, с грустью напомнила себе Рэйчел.
– Как ты? – выдавил он, как будто его челюсть превратилась в гранит.
– Так себе, – ответила она.
– Чувствую запах моющих средств.
– Отвлекающая тактика.
– Понятно, – прошептал Хэнк и, окидывая ее странным взглядом, провел кончиком языка по губам. – Я бы не отказался немного выпить.
Дрожащей рукой Рэйчел взяла бутылку и стакан. Хэнк был совсем близко, и его знакомый, такой возбуждающий запах заставил ее подойти к нему еще ближе. Ей хотелось навсегда запомнить этот запах.