Потрясающая
Шрифт:
– Добро пожаловать на день открытых дверей!
– сказала оптимистичная шатенка-риэлтор с зафиксированным каре, провожая Эмили и Арию в дом 204 Переулка Шип.
Она вручила каждой по квадратной визитной карточке.
– Меня зовут Сандра.
Осматривайтесь!
Эмили перевернула карточку.
"Позвольте мне подобрать Вам дом Вашей мечты," - гласил слоган Сандры.
– На самом деле, я только хотела спросить..." - начала она, но Сандра уже уделяла внимание новой
Стряхнув зонтик и опустив капюшон дождевика, Эмили шагнула в фойе дома, которым была одержима последние 7 месяцев.
Он был пустым, от Бейкеров осталось лишь несколько намёков.
Пахло мятными леденцами и очистителем стёкол Windex.
Стены были покрашены в позитивный синий оттенок, а из открытого чулана был виден кусок синего оберточного пластика для Philadelphia Sentinel.
От когтей собаки остались крошечные царапины на золотистом деревянном полу, и кто-то оставил Глаз Бога (прим. это индейский оберег из пряжи с линейным орнаментом) висеть над дверью.
Эмили уставилась на латунную полоску, отделявшую покрытое кафельной плиткой фойе от деревянного пола гостиной, боясь шагнуть хоть чуточку дальше в дом.
Она действительно была готова увидеть это место?
Ария повернулась к Эмили, словно почувствовав её опасение.
– Ты в порядке?
– Угу, - сказала Эмили, чувствуя слабость.
Спасибо за то, что встретилась со мной здесь.
– Без проблем.
На лице Арии была написана тревога, но когда она заметила, что Эмили смотрит на неё, тут же вновь улыбнулась.
– Как ты?
– спросила Эмили.
Подбородок Арии дрожал.
Я не хотела тебя беспокоить.
С тобой и так достаточно много происходит.
Эмили закатила глаза.
– Да брось. Что случилось?
Ария засомневалась на мгновение, затем наклонилась ближе, перья с её серёжек щекотали щёку Эмили.
– Ну, хорошо.
Час назад я получила сообщение от Э.
Эмили открыла рот.
– Что в нём говорилось?
Ария сжала свои блестящие губы.
– Ничего существенного.
Просто какие-то глупости.
Но я была дома у Ноэля, и Э кое-что сфотографировал в конце подъездной дорожки Ноэля.
Э был так близко, а я упустила возможность увидеть, кто это.
По спине Эмили поползла дрожь.
– Помнишь сообщение, которое я получила, когда проезжала по крытому мосту? То самое, с фотографией меня и Табиты? Э тогда тоже был близко.
Ария отошла с пути еще двух людей, которые вошли в переднюю дверь.
– Как это мы продолжаем упускать Э? И как Э всегда знает, где мы?
– Эли всегда будет знать, где мы, - тихо сказала Эмили.
Плечи Арии опустились.
– Эм,
Это невозможно.
Эмили закрыла глаза.
Ей так надоело спорить по одному и тому же поводу снова и снова.
Но она не могла объяснить, почему была убеждена, что Эли не мертва—пришлось бы признаться, что она оставила открытой дверь горящего дома в Поконос.
Ария шагнула в гостиную.
На голубом ковре были заметны серьёзные углубления в тех местах, где стояла мебель.
– Э - точно Гейл, Эм.
Помнишь, какой странной она была в тот день в кафе? Она безусловно способна на то, чтобы преследовать нас.
– Но в этом нет смысла.
Эмили глянула через плечо, чтобы удостовериться, что пожилая пара в сочетающихся свитерах с ромбиками их не слышала.
– Гейл не имеет никакого отношения к Ямайке.
Как она может знать, что мы сделали?
– Ты уверена, что ничего никому не говорила?
– спросила Ария.
Как насчёт твоего друга Деррика? Он работал у Гейл, верно? Ты уверена, что в ваших разговорах не проскользнуло имя Табиты?
Эмили развернулась и уставилась на Арию.
– Конечно нет! Как ты только могла так подумать?
Ария подняла руки, сдаваясь.
– Прости.
Я просто пытаюсь докопаться до истины.
Из другой комнаты раздался голос Сандры, рассказывающей потенциальному покупателю о площади в футах и усовершенствованиях кухни.
Эмили постаралась проглотить раздражение, зная, что Ария не пытается обвинить во всём её.
Она вышла из гостиной и поднялась на второй этаж.
Спальня хозяев была на первом этаже справа.
Комната была выкрашена в тускло-серый, а на окнах висели деревянные жалюзи.
Эмили могла представить себе кровать по одной стене и комод по другой.
Но она не могла представить себе Бейкеров, живущих в этих стенах.
Они были "совами" или "жаворонками"? Перекусывали в кровати печеньем и картофельными чипсами, оставляя крошки на простынях? Сколько слёз пролили, когда не смогли завести ребёнка?
Практически с этого Бейкеры и начали разговор с Эмили при знакомстве—они без толку пытались 4 года.
– Мы оба постоянно работаем с детьми и хотели бы завести собственных, - убедительно сказала миссис Бейкер.
– Мы всегда хотели быть родителями, - пальцы мистера Бейкера крепко сжали руку жены.
А сейчас Эмили обходила комнату по периметру, прикасаясь к выключателю, прослеживая за крошечной трещинкой на стене и засовывая голову в пустой шкаф.
Она могла лишь воображать, как обезумели от радости Бейкеры, когда узнали, что она выбрала их в качестве приёмных родителей малышки.