Чтение онлайн

Но это была не Вайолет. Крик донесся из Мэнор-хауса.

Я бросил последний взгляд на Вайолет и, опасаясь худшего, бросился бежать к главному дому Эбботов.

Мэнор-хаус как будто вымер. Тьма была хоть глаз выколи, не слышалось ни шороха, ни звука. Обычно хотя бы миссис Дакворт коротала вечера за вязанием при свечах. Но сейчас не горел даже фонарь у входа в дом. Ноги мои подкосились от ужаса, и меня замутило. Я понял — случилось

что-то действительно ужасное.

— Эй, есть кто-нибудь? — дрожащим голосом выкрикнул я в темноту. — Кто там? — позвал я снова, пожалев, что, выбегая из дома, не захватил с собой ружье. — А ну, покажись! — завопил я так громко, как не кричал, наверное, ни разу в жизни, и голос мой эхом отозвался от каменных ступеней у входа.

Тишина. Должно быть, это Дамон отыскал нас с Вайолет.

А потом я вдруг услышал слабый плач. Такой слабый, что я было засомневался, не мерещится ли мне. Я поднял голову, прислушиваясь. Определенно откуда-то слышался шум.

— Я иду! — крикнул я в сторону источника звука.

Там, откуда он доносился, наверняка был кто-то живой. Я стремительно пробирался через лабиринт комнат, глаза мои постепенно привыкали к темноте. Наконец я оказался в гостиной. В углу сбилось в кучу семейство Эбботов. Люк был белый, как привидение. Джордж размахивал кочергой, взгляд его был совершенно диким. Гертруда без сознания лежала на полу. Эмма — она и была источником услышанного мной шума — рыдала над матерью. Но все они были живы.

— Я здесь. Это я, Стефан. Теперь вы под защитой, — я постарался их успокоить, хотя мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от ужаса. Дамон мог быть где угодно, здесь, рядом. Может, он стоит за моей спиной, посмеивается над моим страхом. Может, он и подстроил эту сцену, просто чтобы напугать меня, чтобы показать, что он-то не боится никакого Клауса, потому что он сам стал Клаусом. Дамон вполне мог устроить показательное кровавое побоище и глазом не моргнуть.

— Стефан? — недоверчиво переспросил Джордж. Голос его дрожал от страха.

— Да. Вам ничего больше не угрожает. Я позабочусь о вас, обещаю, — произнес я, обшаривая взглядом комнату.

Многочисленные родственники Эбботов, казалось, злобно косились на меня с портретов. Но Дамона нигде не было.

Внезапно я услышал странный шум за спиной и резко обернулся. Стоило мне оказаться спиной к Джорджу, он подскочил и ткнул в меня кочергой. Лицо его покраснело больше чем обычно, а взгляд был совершенно диким.

— Предатель! Ты украл моего сына, — завопил Джордж и стал размахивать кочергой, как будто делал выпады шпагой.

Я слегка пригнулся, чтобы увернуться от удара. Ужас охватил меня, когда я снова взглянул на все семейство. Оливера не было! Где же он?

— Нет же,

сэр! Нет! Я тут ни при чем! Я был в домике смотрителя! Это мой брат Дамон виноват! Где он? Вы не видели, куда он побежал? — отчаянно закричал я, продолжая уворачиваться от выпадов Джорджа.

Вдруг кто-то прыгнул мне на спину. Я обернулся и понял, что это Люк бросился на меня и, оседлав мои плечи, колотит ножками мне в грудь.

— Ты забрал моего брата! — визжал он, стуча кулаками мне в спину. Я никак не мог избавиться от его захвата. Эмма громко плакала, слезы градом катились по ее лицу.

— Злодей! Ты умрешь! — пронзительно завопил Джордж и бросился на меня в полумраке гостиной.

— Это не я! — пытался перекричать его я, но все напрасно. Мне наконец удалось скинуть со спины Люка, и он грохнулся на пол. Я воспользовался тем, что Джордж повернулся к нему, чтобы помочь, и выскочил из гостиной в темноту, уверенный, что мое вампирское чутье подскажет мне правильное направление. Я понимал, что времени у меня в обрез. Джордж вот-вот побежит за помощью по соседним фермам, и вскоре на меня будет охотиться целая толпа.

Но сейчас мне некогда было об этом думать. Оливера похитили. И вампир был на свободе. А меня подставили. Точно как в тот вечер, когда Марту нашли в переулке за таверной «Десять колоколов». Кровь моя застыла от ужаса, как только я осознал, какая тут связь. Оливера украли, и мне пришлось оставить умирающую Вайолет без присмотра. Он хочет добраться до нее и заставить ее сделать выбор, с которым она так мужественно боролась. Оливера повели на заклание, как невинного агнца. Он стал всего лишь пешкой в игре моего брата. И на этот раз игра его была действительно замешана на крови.

— Дамон! — снова заорал я диким голосом, обращаясь в темноту. Я принюхался, и тут же тошнота подступила к горлу — я ощутил, как тот самый, такой знакомый металлический запах отовсюду обрушивается на меня. — Дамон!

Ноги сами понесли меня к моему домику. С размаха я налетел на дверь, толкнул ее изо всей силы — и застыл в ужасе от увиденного.

В центре комнаты на полу сидела Вайолет. Она наклонилась над телом Оливера и жадными большими глотками пила кровь из раны у него на шее. Кровь стекала на пол, образовав большую черную лужу.

— Оливер! — беспомощно воскликнул я.

Вайолет обернулась. Ее свеженькие клыки блестели от крови, на лице застыло бессмысленное выражение. Затем она снова наклонилась над мальчиком и приникла губами к его ране.

— Нет! — Я ринулся к ним и попытался забрать у нее Оливера.

Маленькое тельце ребенка было вялым и безжизненным. Сердце его не билось. Но из его крохотного тела еще не выпили всю кровь. Не всю. Вайолет стала тащить его из моих рук и снова потянулась губами к его шее.