Чтение онлайн

— Взять марсель на нижние рифы! — крикнул Элиран.

Не без труда матросы стали взбираться по трепещущим вантам. Из — за нарастающего ветра удалось лишь через пол часа уменьшить поверхность паруса и прикрепить свернутую его часть к спущенной рее. Капитан с тревогой следил за действиями своих матросов, боясь, как бы их не сбило ветром с мачт. К счастью, приказание удалось выполнить без потерь, и все матросы до единого вновь спустились на палубу, измученные, но довольные своей работой.

С каждым часом погода все больше портилась: небеса гневились не на шутку. Элиран,

видя всю трудность положения, уже никому не доверял руль «Вайзеля», полагаясь лишь на свои силы. Он упорно игнорировал все советы боцмана по уменьшению парусности судна. Капитан желал во что бы то ни стало сохранить большую маневренность корабля даже при риске потерять некоторые паруса.

— Еще не время, друг мой, — однообразно отвечал Элиран при каждой новой попытке боцмана обратиться к нему.

Барометр падал, и не было надежды на скорое окончание бури. К ночи она поутихла, будто устав воевать с непреклонным кораблем, но на рассвете вновь занялась с новой силой. Все это время капитан не отходил от руля, так и не доверив никому «Вайзель» даже на пару часов. Друзья же провели ночь в кают — кампании: никому не хотелось оставаться в одиночестве в своих спальнях. Каждый ощущал страх перед неизведанным будущем, и это сплачивало приятелей еще больше.

Два военных корабля страшились бури больше, чем «Вайзель», и уже спустили все паруса, оставив на растерзание ветру лишь одни голые мачты. Суда значительно отстали от» Вайзеля», и Элиран уже не на шутку боялся потерять их из виду.

Весь последующий день путники провели взаперти: Элиран запретил им появляться на палубе, сплошь залитой дождевой водой и потому скользкой, как рыбья чешуя.

Несчастные матросы же не давая себе отдыха. Они привязали себя к различным снастям корабля, что бы огромные волны, похожие на темные пасти чудовищ, не смыли их за борт. Во имя безопасности были так же удвоены найтовы шлюпок и боковые тали пушек. И все же волны были еще не столь сильны, что бы накрывать собою весь корабль. Лишь дождь пока омывал палубу, и Элиран был рад, что можно еще держать хоть некоторые паруса.

К ночи второго дня ветер еще больше набрал обороты, волнение моря усиливалось. Оно швыряло «Вайзель» то вверх, то вниз, обдавая бушприт водой так, что она уже заливала палубу.

Хару, Моран и Ирен молча сидели в каюте, освещенной скупым светильником. Они с содроганием вслушивались в стоны корабля, боясь что он вот — вот развалится на части.

— Выдержит ли корабль? — тихо высказала Ирен вопрос, который был у всех на губах.

— «Вайзель» должен выстоять! — ответил Моран, хотя в его речи слышалась тонкая нить сомнения. — В конце — концов, ведь эльфы — непревзойденные кораблестроители.

Хару ничего не мог прибавить к этому. Он терзался теми же мыслями, что и друзья. Ведьмак напряженно слушал, как ветер бешено свистел в снастях, штурмуя «Вайзель» со всех сторон. Юноша не мог надивиться тому, как легкий корабль все так же игриво летел вперед, рассекая форштевнем пену волн, будто и не существовало никаких преград на его пути.

Элиран, все так же стоя у руля под натиском ливня, угрюмо наблюдал, как волны уже не на шутку

хлещут через борт, грозя с каждым своим приступом прокатиться по палубе.

Капитан, видя, что больше тянуть невозможно, приказал:

— Фок на гитовы! Спускай марсель и стакселя!

Его крик поглотил беспощадный ветер и унес в черную пасть бури. Матросы, противясь шквалу урагана, вновь стали взбираться по корабельным вантам, но на этот раз каждое их движение требовало неимоверных усилий. Хару, следя за действиями команды «Вайзеля», испугался, что этот приказ им будет исполнить не под силу. Но ловкие, закаленные сотнями таких бурь, эльфы проворно подобрались к парусам и успешно спустили их, хоть и не без труда.

Вместе с этим были отданы фалы, стянуты вниз гитовы, спущены кливера. «Вайзель» готовился к жестокой «осаде».

К ночи буря стала просто невыносимой. Везде и всюду царила непроглядная тьма, и лишь бортовые огни корабля — зеленый и красный, врезались во мглу. Эти огни, как последние проблески света в бесконечном чреве мрака, «Вайзель» нес вперед, не желая сдаваться разгневанному морю.

Внезапно страшный удар сотряс все судно — хищная волна накренила корабль, а затем обрушила на него всю ярость своих вод. От удара Хару отлетел от иллюминатора каюты, задев локтем чадивший светильник. Тот со звоном ударился об пол, оставив друзей в кромешной тьме, которая тут же сдавила их со всех сторон.

— Что за дьявол! — взвыла Ирен, с трудом удерживаясь на раскачивающемся полу.

— Волна накрыла корабль! — хрипло отозвался Моран. — Скорей, на палубу! Возможно, команде понадобится наша помощь.

Забыв о строгом приказе Элирана не покидать каюту, друзья распахнули дверь и тут же ощутили всю ярость ливня, подгоняемого ураганом.

Вначале ведьмак ничего не смог разглядеть: глаза застилала пелена воды. Ирен схватила его за руку, что бы не потеряться в гневе стихии, и в этот момент всю палубу озарила яркая молния, показав последствия первого морского приступа.

Капитан, стоящий до этого у руля, был сбит с ног ударом румпеля и теперь лежал без чувств, распластавшись на капитанском мостике. Троих матросов смыло за борт, и не было уже никаких шансов спасти несчастных. Остальная команда корабля только начала вскакивать на ноги. Всюду слышались стоны и ругань.

Никем неуправляемый «Вайзель», поддавшись напору ветра, вдруг дал крен и пошел поперек волны. Еще несколько мгновений и корабль вновь окажется под атакой вала. Увидев всю опасность положения, Моран бросился к рулю и стал выправлять судно.

— Приведите в чувство Элирана! — бросил он друзьям.

Ирен кивнула и нагнулась над капитаном. Из его левого виска сочилась алая кровь, вместе с ручьями дождя стекавшая по ступеням верхней палубы.

— Придержи его! — повелела Ирен Хару, и тот бережно уложил голову капитана к себе на колени.

Ирен, сморгнув с ресниц дождевые капли, сосредоточила взгляд на ране Элирана и, приложив руки к его виску, пробормотала несколько слов заклинания. Яркие синие искры посыпались с ее рук, ввинчиваясь в голову капитана, исцеляя разорванные и ушибленные ткани.