Потомок для аншиасса. Книга вторая
Шрифт:
– Хищник, поэтому необходимо аккуратнее подходить к голове…
– Элиссавет, подойдите, – позвал её Махарадж, и Лиза повернулась к мужчине, который уже сидел на «стрекозе».
Покосившись на глазеющего на неё ифира, Лиза подошла к его брюху и вложила ладонь в протянутую руку Махараджа.
– Поставьте ногу в стремя, – указал он ей, и Лиза, приподняв ногу, поставила её в висящее на ремне кольцо и с тихим вскриком взлетела вверх прямо в объятия мужчины, который обхватил её за талию.
Она чуть не уткнулась носом в его губы, вскинула
– Держитесь крепче, – проговорил он ей прямо в ухо, поскольку ифир, уже расправив крылья, приподнялся и на тонких длинных лапах, переваливаясь, двинулся в ту же сторону, куда направился его предшественник.
От его дыхания, которое пошевелило волоски на её виске, женщина вздрогнула, и немного отклонившись вперёд, уцепилась в поручни перед собой. Она бы и отодвинулась от мужчины, но тот прижимал её за талию к себе, а другой рукой, ухватив поводья, управлял этим необычным насекомым.
Близкое соседство с предводящим волновало – Елизавета отчётливо чувствовала его запах – словно разнотравье нагрели на жарком солнце.
Она старательно пыталась отвлечься, но это было сделать довольно непросто, потому что рука на её талии пришла в движение… И он теперь её не просто поддерживал – он поглаживал!
Ифир с медленного покачивания перешёл на быстрый темп, а потом и вовсе, разбежавшись, вылетел из тоннеля и на Лизу обрушился шум города, который раскинулся со всех сторон.
Это было потрясающее зрелище! Громаднейшая, просто невероятных размеров пещера и везде в воздухе сновали такие же стрекозы с седоками, но Лиза на них не отвлекалась, а крутила разглядывая всё вокруг.
О сидящем рядом мужчине она вспоминала только тогда, когда уж слишком на что-то засмотревшись, отклонялась, и Махарадж удерживал её за талию, дабы она не свалилась.
Стены пещеры были украшены множеством входов, балкончиков с балюстрадами, ко живописным проёмам тянулись бесчисленные огороженные дорожки и просто безумное количество зелени.
Всевозможных окрасок цветы на балкончиках, которые виднелись в стенах пещеры, снизу невысокие, но с пышными кронами деревца, кусты, на многих стенах пещеры виднелись вьющиеся растения.
Внизу стояли круглые строения и там виднелись стулья, столы – это очень напоминало земные кафе. И просто множество цисанов и снизу, и в воздухе, на таких же стрекозах. Яркие краски, от которых уже отвыкли глаза Елизаветы, мелькали везде: и в разнообразье цветов и зелени, и в украшении резных окон и балконов.
– Нравится? – раздался голос у неё рядом с ухом, и Лиза не задумываясь ни о чём, обернувшись, ответила:
– Это потрясающе! Просто невообразимо! – Встретившись горящим от восторга взглядом с предводящим, тут же отвернулась, осматриваясь
Огромная пещера оказалась многоуровневая: пласты её, изгибаясь, уводили куда-то вниз, и сама она тянулась, извиваясь, раздваиваясь. Их ифир под управлением предводящего направился в сторону и наконец-то начал снижаться над огромной площадкой у стены, вдоль которой были расставлены кадки с цветущими кустарниками.
«Стрекоза», приземлившись, сделала по инерции пару шагов вперёд и остановилась. Рядом стоял тот ифир, на котором улетели Егор с Уаншизаном и они уже успели спешиться.
Егор, увидев маму, хотел кинуться к ней, но был удержан рукою наставника.
Махарадж, спустившись с ифира, вскинул голову:
– Спускайтесь. – Произнёс он с совершенно непроницаемым выражением лица и словно пустым взглядом посмотрел на Елизавету.
Всё её воодушевление, весь восторг, который она испытала за время полёта – испарился, стало холодно внутри, что её разозлило. Мгновенно эмоционально закрывшись, Лиза, не глядя предводящему в лицо, соскользнула вниз и, будучи тут же пойманной, быстро отстранилась:
– Благодарю вас. – Холодно проявив вежливость, она сразу направилась в сторону сына.
– Мама, – прошептал Егор, глядя на Елизавету блестящими от восторга глазами: – Ты видела? Да? Это круто! – Егор всё же повысил голос.
– Видела, видела, – рассмеялась она, плюнув на их запреты и правила: с другими она будет холодна как лягушка, но не с сыном.
Махарадж кинул поводья подбежавшему здраду и направился в сторону входа в его целомин. Предвидя, сколько дел накопилось в его отсутствие, он, не сдержавшись, поморщился, но тут же натолкнулся на встречающих его саанцишисс. Женщины в легких полупрозрачных одеяниях грациозно склонились в поклоне.
– Приветствуем вас, хозяин, – прошелестели они и тут же вскинули на него глаза, в которых читалось ожидание.
– Ты, – он кивнул в сторону одной из них, – придешь в мой целом через дыхание. – Распорядившись, направился дальше.
Сколько бы ни скопилось дел, но лучше для начала сбросить напряжение, а оно у него так и бурлило внутри… особенно после полёта с Элиссавет. Опять её запах сладким дурманом ворвался в его сознание! А то, как она, не скрывая восторженных эмоций, осматривалась, как блестели её глаза – было для него сродни кошуну!
В последние ночи Элиссавет закрылась в эмоциях и это его раздражало. Весь путь от обители Ведающей, Махарадж исподволь следил за женщиной. Он, словно питался её открытостью, радостью и любопытством, сверкающими в глазах яркими всполохами. Но после того как предводящий её оттолкнул, она потускнела.
Элиссавет стала похожа на увядающего сахеда, что освещали их помещения: она также перестала испускать сияние. Во время пути если и смотрела куда, то только перед собой и с таким непроницаемым лицом, как настоящая цисанка. Только когда она видела сына, когда общалась с ним – он видел её настоящую.