Чтение онлайн

— А вы не такой, каким выглядите, — скользнул я взором по его мускулам.

— Да, многие принимают меня за глупого верзилу. А ведь у меня первый разряд по шахматам. Вы же, судя по всему, зарабатываете себе репутацию грозного дуэлянта. Ведь чтобы защититься от чужих кулаков, надо продемонстрировать свои. Уверен, вы не просто так упомянули, что победили некоего Фролова-младшего. Рассчитываете, что местные задиры будут обходить вас стороной, зная, что вы отказываетесь от извинений и стреляете даже в тех, кто лишился сознания?

— Вы упустили

главное. Я по доброте душевной вылечил от глупости этого труса, продырявив его ногу. В следующий раз он очень хорошо подумает перед тем, как кого-то оскорблять.

— Горькое лекарство, но действенное, — согласился дворянин. — Знаете, в древности у некоторых полководцев была довольно жестокая стратегия. Они предлагали осажденным городам выбор: сдаться и получить пощаду или продолжать сражаться, но тогда, после взятия города, все его жители от мала до велика будут казнены. И эти полководцы держали своё слово. Они убивали всех, даже младенцев, собак и кошек. Поэтому многие города сдавались без боя, чтобы избежать такой участи. Тем самым полководцы сберегали как своё войско, так и жителей покорённых ими городов.

— Как вас зовут? Напомните, — проронил я, почувствовав к парню толику уважения.

Я сам был таким любознательным в молодости, до того как отец вышвырнул меня из дома. У него вообще была шикарная политика в отношении собственных детей. Он учил нас всему, что знал сам, ровно до восемнадцати лет, а потом отправлял в другие миры, где мы и жили без помощи семьи.

Я за все годы так ни разу домой и не наведался. Но точно знаю, что сейчас в живых осталась только половина моих братьев и сестёр.

— Напомнить моё имя? Да вы его и не запоминали, — усмехнулся здоровяк, показав здоровенные зубы. Такими и канат перегрызть можно.

— Доброслав Румянцев, — вспомнил я, посильнее пнув свою память. — Ну давай, Доброслав, нарумянь бока своему противнику. Он уже ждёт тебя около распорядителя. Готов поспорить, что он выберет магию, если она у тебя есть.

— Есть, — кивнул тот и двинулся к людям.

Я пошёл следом за ним. Всё-таки у меня временная должность секунданта. Надо следить за тем, чтобы моего нового знакомого нигде не обвели вокруг пальца.

Как я и ожидал, противник Румянцева выбрал магию, нехорошо сверкнув глазами. И он уже окончательно протрезвел, потому без колебаний вошёл в просторный круг, начерченный мелом прямо на асфальте. Если дуэлянт покинет его, то покроет себя примерно такой же «славой», что и обоссавшийся трус, уже скрывшийся с глаз долой под смешки толпы.

— Готовы? — выдохнул распорядитель, глядя на дуэлянтов.

— Да! — слитно крикнули они.

— Начинайте!

Противник Румянцева швырнул в него «огненный шар», осветивший проулок. Он угодил точно в широкую грудь Доброслава и поджёг рубашку, но самому здоровяку не причинил никакого вреда. Поскольку тот за миг до попадания в него магии покрылся «каменным доспехом», превратившись в подобие голема.

— Р-р-р! — почти по-звериному зарычал

Румянцев, хлопком ладони сбил пламя и бросился на противника.

Тот активировал «стальную броню». Его кожа стала холодного синеватого оттенка и даже отразила свет звёзд, порой прячущихся за облаками.

Однако Румянцева ничего не смутило. Он с богатырским хеканьем попытался ударить парня. Но тот ловко увернулся и снова швырнул в него огонь. Он угодил прямо в лицо здоровяку, расплескавшись по нему пламенным цветком. Но гигант успел закрыть «каменные» веки, так что его глаза не пострадали.

После этого Доброслав снова погнался за противником. А тот начал бегать от него по кругу, швыряя «огненные шары». Каждое попадание снижало прочность «каменного доспеха», заставляя Румянцева вливать в него дополнительную ману.

— Кажется, у здоровяка всего один атрибут, — раздался среди бормочущей толпы мужской голос.

— Ага, — согласился с ним кто-то. — Но зато какой! Максимальный седьмой уровень.

— Угу, — качнул я головой и ощутил на себе чей-то буравящий взгляд.

Чуть повернул голову и краем глаза заметил Ладу. Она с обидой смотрела на меня, словно я где-то её обманул. Девушка даже перестала держать за руку блондина. Он переминался с ноги на ногу, что-то жарко нашёптывая ей на ушко.

— Ну всё, конец пареньку, — проронил один из зрителей, когда Румянцев догнал-таки своего обессилившего противника.

Доброслав повалил его на асфальт и начал избивать. Проулок сразу же наполнился такими звуками, будто кто-то каменным молотком колошматил по капоту машины.

Впрочем, первые удары «стальная броня» перенесла без всяких проблем, а вот потом она начала мяться в районе рёбер смертного. Он закричал от боли, пытаясь удержать защитный атрибут, но у него явно осталось совсем мало маны.

— Сдаюсь! — истошно завопил паренёк из-под туши Румянцева. — Сдаюсь! Признаю своё поражение на дуэли! И приношу извинения за недостойное поведение!

— Ладно, — хрипло прогудел Доброслав и грузно встал на ноги. — Я удовлетворён.

— Дуэль окончена! — объявил «распорядитель».

— А ты молодец, — подошёл я к здоровяку и похлопал его по плечу, ставшему нормальным. «Каменный доспех» ушёл. А вот запахи жжёной материи и кислого пота остались.

— Благодарю, — проронил тяжело дышащий Доброслав и вытер выступившие на лбу мутные капли.

Ещё немного — и он бы уже больше не смог напитывать маной свой атрибут.

У смертных не очень хорошо обстоят дела с маной. У подобных мне её гораздо больше. Однако люди довольно быстро её восстанавливают. Отдышался — и снова в магический бой.

Правда существует эффект накопленной магической усталости. Из-за него мана восстанавливается всё более и более продолжительное время. Ну, пока человек не выйдет из сражения и не отдохнёт. Хорошо отдохнёт.

— А ты чего вообще встрял в мою разборку с этими дебилами? — мотнул я головой на парня, стонущего на асфальте.