Чтение онлайн

За завтраком не было бодрых голосов, и в нашей компании царила спокойная атмосфера, предшествующая расставанию. Всем явно было немного жаль, что придется расставаться.

Затем начались сборы. Алину собирали в детский лагерь, поэтому ее и Лейлы не было видно на веранде. Алия с бабушкой занимались укладкой в коробки тех продуктов, что мы возьмем с собой.

Мы с Тиграном занимались оружием — эта тема стала занимать важное место в новой жизни. Чистили, обсуждали, что еще нужно привезти мне из магазина в большом городе, а что он может достать на месте. Андрей проводил осмотр генераторов,

нагревателей, что-то срочно мастерил, резал металл «болгаркой» в гараже-мастерской. Арт бегал от одних к другим, и всем мешал. Сомик чинно лежал на веранде, на коврике у лестницы, с повязкой на боку. Еще неделю и ее снимет Алия.

Так, в хлопотах, незаметно пролетело время до обеда. За столом, наоборот — все были немного наигранно бодры и веселы. Лейла делала последние наставления дочери, что можно и должно, а что нельзя. Требовала повторить. Бабуля мягко ее успокаивала, обещала, что за всем проследит.

Поговорили за обеденным столом, обо всем и ни о чем, и пошли собираться на выезд.

Сама процедура прощания прошла, как говорят, «в теплой и дружественной обстановке». Лейла что-то сказала Андрею в стороне, посматривая на Алину, а потом помогала дочери с вещами. Та стояла с новым сачком в руке, с рюкзачком за спиной, а собаки крутились возле нее. Даже раненый Сомик для этого встал со своей подстилки. Как чувствуют, хвостатые, кто их сегодня покидает. Гости в счет не идут — приехали и уехали!

Наш микроавтобус Фольксваген Т5 стоял в ожидании и полной готовности, вчера вечером Андрей сделал ему осмотр, и дозаправил бак топливом из канистр Тиграна. Андрей сядет за руль, я рядом как обычно, с оружием, а бабушка с Алиной — сзади.

С оружием теперь не расстаюсь, постепенно это вошло в привычку, хотя поводов для тревог пока не было. Самый опасный зверь в природе — это человек, но с этим после Потока проблем не наблюдается. Выходов зверей к жилью мы не наблюдали все это время. Видно, что и без этого пока им всего хватает. А как будет у нас дома и в селе — увидим. Когда вернемся, первым делом наведаемся в село.

— Ты это…, приезжай за солнечными панелями и всем остальным, до конца месяца. А лучше в середине месяца сделай визит к нам, — предлагаю Тиграну.

— Очень хорошо, друг. Давай приеду…, где-то пятнадцатого числа, плюс три дня, — он охотно поддержал предложение.

— А потом Андрея дай мне в помощь — дня на три, чтобы поставить оборудование. Очень хочется быстрее сделать электричество, как у вас.

— Я с удовольствием, возьмешь меня — за три дня все сделать предполагаю, точнее обязаны сделать, — коротко поддержал этот план Андрей. — Для нас нет ничего невозможного в том, чтобы привезти из города еще один комплект до твоего приезда. Бабушка отпустит в город, она обещала.

— Отпущу, мои дорогие. Но только будьте осторожны… Ведь кроме вас у меня никого нет.

— А мы? — воскликнула Лейла.

— И вы все мои, вас тоже люблю…

Ну, вроде все сказали, что было в голове, пора и «отчаливать». Пожал руку Тиграну, поглядели с Алией друг другу в глаза. Лейла сосредоточенно поправляла что-то у Алины.

С женщинами все у нас ровно и спокойно при прощании, никаких переживаний. И это хорошо. Надеюсь, что мы

с братом уже выполнили свое назначение, времени было достаточно. Но если что не так, будет еще месяц для этого дела.

Андрей хорошо запоминает дорогу, гораздо лучше меня. Он уверенно прошел весь путь по местным дорогам назад, до въезда в Горячий Ключ.

Хотя внешне все осталось по-старому, включая разлагающиеся трупы вдалеке, сильного влияния на мозги от этой картины не испытал. Бабушка, наверное, права, когда говорит о сроках поминовения усопших, и что с этим связано. Проезжая город, окружающее не вызвало таких чувств, и мое состояние не пострадало в той степени, как при проезде этого места в первый раз.

Наверное, души большого количества умерших действительно отошли куда-то далеко. Но запахи при проезде города, стаи птиц вокруг, виды от остатков людей вдалеке, особенно при проезде мимо вокзала — все это сильно напрягало видом и запахами.

На выезде из города заметили стаю собак, которые пробежали вдалеке и скрылись из глаз. Количеством около двенадцати — пятнадцати особей. Явно был виден вожак впереди — крупный пес рыжей масти. Значит, все правильно мы говорили о собаках. За это время они уже сбились в стаи. Те, кто выжил. И это «не есть хорошо», как говорят в Одессе. Вернее сказать — говорили, потому что придется встречаться теперь уже со стаями собак в городе. На территориях, которые они будут считать своими.

От Горячего Ключа дорога знакома, и мы ее проехали так, словно прокрутили все картинки в обратной последовательности.

— Смотри Алина, и вы, ребята, как меняются места, обжитые человеком. Я говорила вам раньше, как быстро начинают умирать дома, покинутые людьми. Прошло всего ничего, а смотрите, какие заросли вокруг дороги, а в селе не то что дома, заборы иногда плохо видно!

Когда проезжали дома у трассы после автовокзала, бабуля заговорила с Алиной и с нами, хотя обычно больше молчала в дороге. Видно, появилась такая потребность. И вообще, она заметно повеселела в последние дни, настроение явно улучшилось после поездки в гости.

А еще у нее добавился объект для заботы. И это хорошо, потому что без бабушки нам бы было очень плохо. Как представлю в этих суровых условиях быт двух мужиков в доме, без женского участия — нерадостная картина получается…

Прошли перевал, постояли у памятника, и еще у известного дерева с огромным количеством ленточек на ветках, завязанных туристами до ПОТОКА.

Стоит дерево, все усыпанное завязанными ленточками из материи, как памятник о том времени, когда было много людей вокруг нас.

А потом пошли селения в обратной последовательности: Молдовановка, Дефановка, Горское. Лето в разгаре, и со стороны этих поселений доносился сладковатый трупный запах. На рынках у дороги, остатки товаров еще больше разбросаны по земле, хотя всего несколько дней прошло с предыдущего проезда этих мест. Следы работы животных, однозначно.

Но мы не выходили у базаров, хотя там валялось много чего интересного, в частности, валялись орехи на асфальте, рассыпавшиеся из валяющихся рядом корзин. В основном — из-за запаха, разлагающихся трупов людей, что здесь раньше сидели всегда при товаре.