Потерявший
Шрифт:
– Твое испорченное настроение после разговора с Диггинсом уже становится нормой, – сказал Хави, как только я сел в его автомобиль.
– Не говори, вечно этот козел цепляется. – Сложив ладони вместе, я поднес их ко рту и сделал пару выдохов теплого воздуха. Несмотря на то, что идет уже середина весны, за окном было еще прохладно.
– Не он же виноват, что ты опаздываешь, друг.
– Разумеется, но выдавать различные колкости по этому поводу не очень профессионально, тем более для руководителя.
Отвечать на мою реплику Хави не стал. Надавив своими старенькими ботинками на педаль газа, он заставил машину тронуться с места, и мы молча поехали. Сначала
– Тело на Баркин-стрит, 154, Эмма Фоснер, замужняя женщина, тридцать два года. Ее обнаружил полицейский, которого вызвала соседка погибшей. Сейчас он ждет нас на месте.
У меня не было желания разговаривать, поэтому оставил его слова проигнорированными. Но Хави снова решил прервать молчание. Видимо, считал атмосферу неловкой, а я, наоборот, наслаждался тишиной, пытаясь остыть после утренних приключений. Хави рассказал мне очередную историю про его ночные похождения по барам. Впрочем, это дело привычки. Каждые выходные он пьет, затем каждый понедельник я просвещаюсь в его приключения. Действительно, совсем забыл, что образ классического детектива дополняется стаканом виски в баре. У нас вышел небольшой диалог, я задал ему пару вопросов скорее из вежливости нежели из любопытства его пьянками, после чего мы опять замолчали. Когда мы приехали, нас встретил тот самый полицейский, обнаруживший тело.
– Добрый день, давно нас ждете? – спросил Хави.
– Да нет, не очень, но все равно успел замерзнуть, погодка сегодня скверная, – ответил дрожащий полицейский. Он сложил губы в трубочку и начал выдыхать воздух, наблюдая за выходящим изо рта паром.
– А патрульная машина ваша где?
– Да мой напарник поехал за завтраком, а то только на ноги, так сразу вызов, а тут вас ждать, ну и…
– Понятно, – вклинился я в разговор. – При каких обстоятельствах вы обнаружили тело?
– Да три часа назад диспетчер сообщил, что нужно выехать по данному адресу, успокоить пожилую женщину. Ей показалось, что случилось что-то неладное с ее соседями. – Молодой полицейский почесал затылок. – Говорит, третий день уже не может до них дозвониться, а на дверной звонок никто не реагирует. Ну, приехал, пообщался с ней, она мне абсолютно тоже самое сообщила, ну и решил заглянуть к соседям. Подхожу, а там труп прямо у входной двери.
– Три часа назад? В семь утра старушке пришла мысль о том, что с ее соседями что-то случилось?
– Получается так. – Молодой человек в классической полицейской фуражке опять вздрогнул то ли от холода, то ли от нервов. Уверен, что сегодня он впервые увидел труп. У него плохо удавалось скрывать волнение.
– А как вы проникли в дом? – Спросил я.
– Так я походил вокруг дома и через одно окно увидел, что кто-то лежит на полу. Мало ли вдруг человеку плохо, вот и выбил дверь. А там женщина лежит вся в крови.
– Вы в доме ничего не трогали? – Поинтересовался Хави.
– Нет, не трогал. Как только увидел, так сразу доложил.
– В доме сейчас кто-то есть?
– Да. Как я понял, ваши коллеги.
– Руфус и Энди, наверное, – вставил я.
– Скверно, конечно, все это. Ну да ладно, отдыхайте. Если возникнут еще вопросы, мы с вами свяжемся, – сказал Хави, после чего полицейский слегка кивнул и побежал к машине уже вернувшегося напарника.
– Что думаешь? – Спросил Хави.
– Да чего тут думать, пойдем выяснять, что там случилось.
Действительно, не о чем тут размышлять. С виду обычное убийство. Соперницы, муж из ревности, коллега по работе,
Зайдя в дом, мы сразу же обратили взгляд вниз, на бледное тело погибшей. Оно находилось посреди зала, рядом с входной дверью. Ее шею «украшали» бордово-фиолетовые трупные пятна, либо синяки, как результат побоев. При поверхностном осмотре их можно спутать друг с другом. Но судя по сладковатому и тошнотворному трупному запаху, витающему в этом доме, тело пролежало здесь не меньше двенадцати часов, а значит, это все-таки трупные пятна. Тело лежало на спине, ноги немного согнуты в коленях, голова повернута на бок. На погибшей было надето легкое пальто, укороченные брюки, сапоги и перчатки. Кольца, сережки, колье на шее, все на месте. Рядом лежал пистолет.
Вокруг трупа аккуратно кружился Руфус, наш судмедэксперт, не заметивший, как мы пришли. У него было стройное телосложение и конский неопрятный хвост на голове. Он больше походил на гитариста какой-нибудь рок-группы, чем на сотрудника убийственного отдела. Несмотря на его грубую внешность, у него был довольно мягкий голос. Да и сам Руфус – человек весьма добродушный. А возле противоположной от нас стены на корточках сидел криминалист Энди, держа в руках компактный ультрафиолетовый осветитель и что-то рассматривая возле дивана. Энди мне не нравился своим высокомерием. Похоже, что металлический чемоданчик, который он всегда таскал с собой на каждое место преступления, давал ему плюс десять очков к важности. Чемодан с линейками, грипперами, лупами и прочими принадлежностями, которые могут понадобиться при осмотре местности, и сегодня был с ним.
– Энди, нам можно уже входить? – Спросил Хави, глядя на пол.
– Да, проходите, – Энди засуетился, – пол я уже изучил. Только ничего не трогайте, все как обычно.
– Поделишься с нами, что известно? – Я переключил свое внимание с трупа на домашний интерьер.
– Пока ничего особенного. Мужские и женские следы подошвы, видимо, погибшей и ее мужа, а также «зеленого» полицейского, обнаружившего труп. Нет ни грязи, ни глины, ни песка, ничего, что может натолкнуть на какие-то мысли. Следов моющих средств тоже нет. К изучению тела я еще не приступал.
– Руфус?
– Да. – судмедэксперт встал. Он хотел сложить руки в перчатках на груди, но моментально вспомнил, что трогал тело, поэтому не стал ими пачкать свою одежду. – В общем, это точно убийство или самоубийство. В шее сквозное отверстие от выстрела. – Снова взглянув на тело, я увидел сквозь застывшую бурую кровь небольшую дыру. – Момент смерти точно определю после вскрытия, но пока, судя по цвету кожи и трупным пятнам на шее и затылке, он здесь красуется больше двух дней…
– Возле трупа лежит Рюгер, – прервав монолог Руфуса, Энди кивнул головой в сторону пистолета, – между прочим, самое популярное оружие для самообороны.
– Следов насилия на видимых частях тела нет, – продолжил Руфус, – кости черепа на ощупь целы, зубы целы, полость рта свободна.
– Жаль, психологическое насилие видимых следов не оставляет. – Снова вставил Энди, доставая маленькую лупу из чемоданчика.
Руфус не обратил внимание на очередную вставку Энди.
– Через пару часов мы с телом закончим, сопровожу его до морга, потом предоставлю полный отчет.
Я подошел к Хави поближе:
– Схожу поговорю с соседкой.
Выйдя на крыльцо, я увидел в соседнем доме пожилую женщину, которая испуганно выглядывала из-за приоткрытой входной двери. Да, сразу понятно, кто вызвал полицию.