Потеряшка
Шрифт:
По ходу движения, мы даже немного потренировались в стрельбе, прожарив три поверженных вольдовских «танка». Не знаю, был ли в том смысл, но Шиле понравилось. Со стороны внешнего периметра все проходы к жилым отсекам слуг народа оказались либо закрыты дверями-шестернями, либо завалены обрушенными тоннелями. Нам удалось пробраться к цели путешествия, лишь разворотив с помощью гранат трещину в стене, за которой проглядывалась уже известная мне шахта систем снабжения. «Бетон» оказался крепким орешком, так что я истратил все гранаты союзников. Еще минут двадцать мы выгребали куски «бетона», завалившие проход шахты, пока не показался лаз нужных размеров. Два последних довольно крупных обломка я выпихнул в тоннель с помощью гравитационного поля своего симбиота, убедившись,
Переложив зачистку на хрупкие плечи Шилы, сам я просто удовлетворял любопытство. Как оказалось, данные помещения оказались довольно неплохо зачищенными кем-то и до нас. Шиле удалось найти буквально парочку каких-то статуэток и небольшую шкатулку с украшениями, видимо, забытыми в спешке. На том уровне удалось пробраться еще в одни уцелевшие покои, остальные оказались блокированы вместе с ведущими к ним обваленными проходами. Эта «квартира» тоже выглядела зачищенной, видимо, эвакуация тут прошла по плану. Один из уцелевших проходов привел нас в какой-то холл. В свое время тут могло быть довольно уютно, только вот случившаяся перестрелка навела свои порядки. Следов погибших в помещении не наблюдалось, видимо, их перенесли. Остальные проходы вели к закрытым дверям или обрушенным перекрытиям.
Естественным желанием моей подруги стала экскурсия на уровни «толстопузов». Сверившись с картой, я определил нужный проход к лифтовым шахтам, который оказался добросовестно перекрыт дверью. Поскольку дверь казалась из разряда «доступных», я решил отработать на ней элементы вскрытия.
Решив не изобретать велосипед, я применил уже известную тактику. Батарея плазмы из винтовки, полтора десятка пуль из ЭМИ ствола «дракончика» и граната КСС. Спустя десять минут мы высадили «беременную» дверь, оказавшись в большом предбаннике. Из этого помещения вел дальше широкий темный проход и две небольшие незакрытые двери, оказавшиеся входом в местный арсенал охраны. Особо богатым его назвать не получилось. Жалкие остатки обогатили нас десятком гранат союзников, к сожалению, все они оказались осколочного типа, видимо, совершенно бесполезного против вольдов. Имелось тут и некоторое количество оружия и какие-то детали амуниции, возможно, даже где-то там нашлась бы и взрывчатка, но разбираться мы просто не стали, отложив обследование на неопределенное время. Я не стал излагать Шиле свою концепцию торговли имуществом защитников, но она, похоже, о таких вещах совершенно не задумывалась, находясь под прессом ожидания большого клада.
Практически все шахты лифтов уцелели, а вот проходы на нижний уровень оказались добросовестно обрушены. Пока моя подруга бродила по переходам, пытаясь обнаружить лазейку внутрь, я, осматривая шахты лифтов. Одна из них оказалась вскрытой и в ней я обнаружил застрявший в заклиненной кабине лифта вольдовкий «танк», который кто-то со знанием дела разделал на составляющие сегменты. Остальные шахты открыть не удалось, видимо, они закрылись аварийными переборками. По большому счету я в той шахте нашел путь вниз, только вот возвращения обратно он нам совершенно не гарантировал. Возможно, там где-то и был выход, но рисковать не хотелось. Сверившись с картой, мы решили попытать счастья на другой площадке лифтовых шахт. Для этого пришлось вернуться и выломать дверь в соседний сегмент жилых помещений.
Пять обнаруженных на сегменте уровня «комнат» следов разрушения не несли, боев в них, явно, не происходило, а разгром учинили сами хозяева, спеша эвакуироваться. Оставив Шилу изучать помещения, я направился разведать путь к следующему жилому сегменту, выходившему уже на соседнюю площадку лифтовых шахт. Кто-то облегчил мне задачу, любезно оставив дверь открытой. Этот сегмент тоже не стал ареной боев. А вот дверь, ведущая к шахтам, оказалась добросовестно зарытой. Пока я ее выламывал, истратив почти все
Выбравшись на лифтовую площадку, мы с облегчением обнаружили, что проходы вниз разрушены не далеко все. Состояние помещения и переходов ясно говорило о прошедших в них боях, хотя останков бойцов противоборствующих сторон мы не обнаружили. Проход в нужном нам направлении оказался заваленным, но завал не выглядел совсем уж непроходимым. Две большие плиты сомкнулись недалеко от пола, оставив заваленный мелким крошевом лаз. На первый взгляд небольшая дырка казалась непролазной, но поднятая мной при осмотре пыль потянулась с током воздуха внутрь завала. Взгляд моей подруги молил о продолжении «банкета». И, «закатав рукава», мы принялись за работу. К нашему везению, глыбы прочно стояли именно на полу, позволяя без труда вытаскивать мелкое крошево из-под них. Наконец, миновав чудом проделанный лаз, мы вышли к сегментам жилищ высшего руководства слуг народа.
От самого поворота тоннеля в глаза стала бросаться необоснованная роскошь. Панели черного полированного дерева соседствовали с мрамором пола и позолотой потолочных панелей, даже стены прохода кое-где были украшены выполненными из светлого металла панно и барельефами. Судя по увиденному, эти слуги народа не стеснялись себя баловать. Ни следов боя, ни следов спешной эвакуации в этих покоях не наблюдалось. Судя по всему, «толстопузы» эвакуировались неспешно и, как положено, в первую очередь. В хоромах сохранилась мебель, одежда, предметы обихода и даже безжалостно брошенные разного рода культурные изыски.
Я без какой-либо корыстной цели осматривал пристанище правителей, не часто мне случалось пробраться хоть и во временное, но все же логово столь крупной рыбы. Шила пришла сюда, явно, с более прозаическими намерениями, которые в полном объеме и начала осуществлять. Прошедшее время не слишком строго спросило с окружающей обстановки. Пострадали в основном вещи, сделанные из натуральных материалов, которые ранее были живыми. Камень, металл и всякие композиты остались практически нетронутыми. В центре одной из комнат пустовал довольно большой бассейн, а может какая-нибудь ванная или купель, изготовленная из камня. Полюбовавшись игрой отраженного камнем света, я сел на её край и предался воспоминаниям о друзьях, оставленных, казалось, многие годы назад практически в другой жизни. Искать сокровища совершенно не хотелось, да и сомневался я, что тут могло остаться что-то особо ценное, уж верхушка-то слуг народа вполне могла позаботиться о своем нажитом непосильным трудом имуществе. Шила придерживалась иного мнения в данном вопросе, прилагая максимум усилий к тщательному осмотру служебной «малины».
Спустя час она потревожила созерцание внутреннего мира шлифованного камня, чтобы забрать мой рюкзак. Свой же хабарик, под завязки набитый изделиями мародерского промысла, она оставила у моих ног. Из чистого интереса я взвесил рюкзачок хрупкой девушки. При своих довольно скромных размерах он весил килограмм под двадцать. Открытый мной верхний клапан, обнажил тёмное нутро мешка, набитое какими-то предметами, похожими на домашнюю утварь. Практически все из них имели знакомый желтый цвет или же довольно внушительные вставки из желтого металла. Среди блюд разных размеров и форм встречались какие-то статуэтки, шкатулки и коробочки. Копаться в трофеях мне было откровенно лень, почему-то постоянно вспоминались обобранные мной капсулы, да и осмотреть все это на «Бурундуке» будет значительно проще.
Спустившись вниз, я удобно устроился на одной из террасок пустого бассейна. Прожектора моего костюма погасли, и я погрузился в сумрачную голубизну аварийного освещения. Пришла мысль, что при желании мы могли бы запитать основное освещение комплекса от энергоустановки корабля слуг народа, облегчив себе поиски. Но тогда безвозвратно бы исчез некий элемент тайны, превратив романтичное изыскательское мероприятие в банальный сбор урожая. Приблизительно через час моего ленивого самосозерцания вернулась наша капитанша.