Потеряшка
Шрифт:
– У нее все получится, – выразила мысль Анна, когда Шила ушла из системы. – Ей нужен просто толчок.
– Не знаю, – ответил я. – Время покажет. Но она – девушка настырная, возьмет измором.
– Сергей, я думала на счет последнего боя, – сказала Анна. – Мне кажется, что я смогу помочь вам кое в чем. Я смогу взять на себя управление щитами. Пилоту некогда этим заниматься, а стрелок может контролировать этот вопрос далеко не всегда. Во время последнего боя я бы смогла свести пробои щитов до минимума, скорее всего, их бы вообще ни разу не пробили, несмотря
– Идея отличная, – согласился я. – Но я не могу сказать, что я возьму управление на себя. Это может, во-первых, деморализовать Шилу, во-вторых, поселить в ней сомнения. Если уж и делать это, то после того, как вы с ней познакомитесь.
– Судя по вашим разговорам, она готова к этой информации, – предположила Анна.
– Откуда ты… А да, камеры, – догадался я. – Когда устроим знакомство?
– Думаю, что затягивать просто не целесообразно, – высказала мнение названная сестренка. – Не хотелось бы в случае проблем иметь деморализованного стрелка в момент выхода из прыжка.
– Хорошо, – подумал я. – Думаю, что завтра будет нормально.
Утром Шила появилась в рубке с огромным желанием продолжить тренировки. На счет упертости я в ней не ошибся. Мы в очередной прошли бой на среднем уровне практически с тем же результатом. В третьем бою Шила хоть и с трудом, но победила противника. И настроение у нее резко улучшилось, так как тренировки начали давать, по сути, первые плоды.
– Анна, ты готова? – спросил я на нашем с Анной канале.
– Да, Сергей, – ответила Анна.
– Тогда принимай нас, – ответил я, – только обстановку какую-нибудь не слишком отвлекающую сделай, чтоб не травмировать психику.
– Отвлеки ее лучше чем-нибудь, – посоветовала сестренка.
– Шила, ты делаешь успехи, – сказал я. – Это нужно отметить.
Слева от нас возникла довольно большая темная сфера, заполненная вспыхивающими в ней искорками.
– Что это? – удивилась Шила. – Это ты сделал?
– Не совсем, – ответил я. – Давай посмотрим.
Сфера начала разрастаться, накрывая нас. В какой-то момент мы погрузились в темноту, разбавленную редкими бриллиантиками звезд.
– Красота, – тихо прошептала наша капитанша.
После слов Шилы темнота начала уступать место неяркому фиолетовому свету, начавшему затапливать нижнюю полусферу. Постепенно фиолетовый свет начал смешиваться с синим, а затем окончательно сменился им. Постепенные цветовые метаморфозы происходили, пока вокруг нас не разлилось мягкое желто-оранжевое сияние. Через мгновение сияние приобрело глубину, затем наметились тени, перешедшие в намеки каких-то контуров, а контуры преобразились в предметы.
Облаченные в привычные скафандры мы с Шилой стояли посреди небольшого пятачка пространства, окруженного слегка клубившимся персиковым туманом. Вокруг нас располагалось три небольших диванчика тех же мягких и теплых цветов, на одном из которых в простеньком оранжевом
– Привет, – сказал я. – Это – Шила.
– Привет, – сказала Анна. – Я – Анна. Присаживайтесь.
Шила, скорее с любопытством, чем со страхом осмотрела Анну. Я спокойно сел на свободный диванчик, устроившись и закинув ноги на подлокотник. Шила еще некоторое время рассматривала хозяйку персикового миража, а затем сказала:
– Ты красивая, Анна. Я знаю, кто ты, хоть и не до конца верила Шершу, что такое возможно. Зачем ты поменяла имя? Светлана – очень красивое имя.
– Шила, Светлана далеко, – сказал я. – Она действительно там, где я сказал. Анна – это хранитель нашего компьютера, поток-комбинатора, или еще какого-то устройства с теми же функциями, в каждом развитом мире есть подобные устройства, разнятся только названия. Анна – хранитель нашего.
– Но откуда? – Шила все же позволила себе удивиться.
– Она родилась тут, – ответил я.
– Это какая-то разработка военных? – уточнила Шила.
– Я не знаю, как и откуда я появилась, – ответила Анна, спустив ноги на пол и обняв руками свои плечи. – Это пространство стало моим домом, из которого меня всеми силами пытались выгнать существа, которых ты назвала военными.
– Но зачем? – удивилась Шила, добавив. – Хотя, я знаю зачем, он все пытаются переделать под привычный для них стандарт, не считаясь ни с чьими принципами. Для них весь мир – театр военных действий с постоянно меняющимися тактическими условиями. Я видела рекламу контор, ведущих набор рекрутов.
– Ты хочешь задать какие-нибудь вопросы Анне? – спросил я.
– Тебе было жутко одиноко, – Шила подошла к Анне и, присев рядом, заглянула ей в глаза. – Я понимаю тебя. Для меня ты – разумное существо, мы обязательно будем друзьями. Я не знаю, как бы я поступила раньше в такой ситуации, но Шерш меня многому научил за последний месяц.
– Спасибо, – сказала Анна, слегка придвинувшись к зеркальному забралу скафадра Шилы, которое под взглядом Анны начало приобретать прозрачность. – Тебе не следует прятать от меня лицо, я приму тебя такой, какая ты есть.
– А другие? – покосилась Шила на меня.
– А другие будут просто рады видеть тебя в природном облике, – усмехнулась Анна, коснувшись шлема руками.
– Я пока не готова, – неуверенно пробурчала Шила, – верни затемнение щитка, пожалуйста.
Мы проболтали еще довольно долгое время, под конец которого, как мне показалось, Шила и Анна стали немного больше, чем подруги, они стали сестрами по несчастью. Потеряв мать, Шила практически стала изгоем в совсем юном возрасте и без труда смогла понять и принять Анну, фактически родившуюся в тюрьме. Для Шилы, как я понял, окончательно исчезла граница, так мешавшая многим проложить мост между двумя разумами, пусть один из них и имел весьма необычное вместилище. Я был рад такому исходу нашего мероприятия.