Чтение онлайн

Нильсон терпеливо впитал информацию. По телу привычно уже разлился легкий зуд, всегда сопутствовавший для мужчины предвкушению активного действия.

Сам же Брайер поймал себя на очередном мимолетном взгляде на Линду и её реакцию. В последнее время таких взглядов он замечал за собой всё больше.

Сейчас лицо девушки почти не выражало эмоций. Она следила за указаниями генерального директора, изучая взглядом карту.

— Вам, — это Титов произнес уже глядя прямо в глаза Нильсону, — понадобится возглавить штурмовую группу и перекрыть транспортное сообщение.

Конкретизирую: не только взорвать состав с контейнерами, но и физически разрушить сами рельсы. Также — у нас нет достоверной информации по силам врага, удерживающим узел. К вашей помощи решил прибегнуть именно по этой причине.

— Что по нашим силам? — Брайер шагнул вперед, нависая над картой. Краем глаза уловил движение Линды: девушка тоже подошла чуть ближе.

— Докладывайте, — Константин бросил взгляд на одного из присутствующих. Тот, глубоко вдохнул и поставленным голосом ответил:

— Под вашим командованием будут две гвардейские роты. Здесь и здесь, — лазерная указка подсветила нужные участки, — будут развернуты основной и запасной пункты эвакуации. Тяжелое вооружение также будет, но… — голос неожиданно дрогнул, — но в качестве резервного варианта. В качестве основного средства воздействия на противника утверждены особые способности Линды Тиль.

Взгляды офицеров постепенно скрестились на девушке. Та вновь ничем не выдала своих эмоций.

— Да, — подвел итог Титов, — этот ход должен деморализовать противника. Особенно при учете, что удар будет нанесен на территории Армии Освобождения.

Нильсон согласно кивнул. Понятно стремление директора: для противника Линда Тиль до сих пор считается пропавшей без вести. Скорее всего, там понимают, что советник пропала безвозвратно, но, стоит думать, многие надеются, что она однажды вернется и продолжит решать проблемы. А вместе о этого — шок для всех: Линда — рядах врага. Вот такое точно может сломить их волю.

И тут же, кроме предвкушения нового боя, он почувствовал и еще одну возможность.

Возможность оказаться с Линдой вдали от пристального взора Константина.

Обсуждение длилось еще несколько часов: согласовывали все детали операции, старались учесть возможные расхождения с планом и разработать действия в этих случаях, хоть и было заранее ясно, что всего предусмотреть не получится.

Линда включилась в обсуждение, когда речь зашла о ее особых способностях. Без страха и сомнения она информировала командующих о своих слабых и сильных сторонах, чтобы они внесли корректировки согласно этим сведениям, раз опираются на нее как на основную ударную силу.

В этот раз она действительно чем- то зажглась, и уже говорила не как пленница, не как ничего не понимающая пациентка больницы, а как человек, который четко видит перед собой цель и идет к ней. Интересно, задумался Нильсон, она и будучи в Армии Освобождения вела себя так же?

Константин также активно участвовал в корректировке планов: для него это был важный шаг в войне с противником, и директор всегда считал, что на поле боя нет ничего важнее, чем сломить волю врага. Это даже не половина успеха. Это

успех. А потому демонстрация возросшей силы ОПЗМ заставляла его прикладывать большие усилия.

И все же было в нем что- то новое, что ускользало от взора Брайера, какая- то небольшая перемена, которая будто бы перевернула внутренний мир Титова. И дело вовсе не в распавшихся отношениях. Зная генерального директора, Нильсон мог легко заключить, что он без тени сомнения перешагнул через этот мелкий эпизод в своей жизни и сосредоточился на том, что для него действительно важно: победа Организации. Во всем. И везде.

И все же некоторым такая модель не подходила. Нильсон был уверен, что ключ к его душевному спокойствию кроется в ней. А как только восстановится равновесие, тогда он и сможет принести победу ОПЗМ.

Брайер усмехнулся этим мыслям.

Только вечером брифинг, наконец, завершился. Все стали расходиться. В полном молчании зал опустел, и только одно слово разрезало тишину.

— Задержитесь, — произнес генеральный директор. Сразу стало понятно, к кому относится эта просьба.

Нильсон и Линда замерли на месте и повернулись на голос. Титов сел в кресло во главе стола, отключил голографическую схему, вернув привычное освещение. Жестом он пригласил обоих сесть.

Нильсон почувствовал что- то неладное. Но нельзя позволять мыслям об этом роиться в его голове. Он заметит.

— До предстоящей совместной операции мне хотелось бы с вами поговорить. Не скрою, последнее время мне приходилось оказывать определенное давление на вас обоих из- за мер предосторожности, связанных с Тиль. Надеюсь, ты понимаешь, — он посмотрел в сторону девушки.

— Да, — просто ответила та.

— Однако я стал замечать, что несмотря на это между вами снова стали завязываться отношения…

«Он знает! — закричал в голове Нильсона его собственный голос, — Он знает, и все сейчас разрушит!»

— Нет, — после короткой паузы заметил Титов, — я не собираюсь вам как- либо препятствовать.

— Что? — уже вслух проговорил Нильсон.

— Ты слышал, — после этих слов тон генерального директора стал мягче, — в конце концов в этом и был смысл всего.

«…куда как важнее то, что я достигла своей цели. Ты со мной» — пронеслись в голове Брайера слова Линды.

— Во всем мире известно, чего способен достичь человек, которого ведут глубокие чувства к другому. В данном случае я говорю о совершенно двух конкретных людях, — он окинул взглядом обоих присутствующих.

— Я не думаю, что это уместно, господин, — заговорила Линда, ее голос слегка дрогнул.

— Ты говоришь о событиях, которые даже не произошли! — резко ответил Нильсон и быстро посмотрел на девушку. Он побоялся, что этот тон заденет ее.

Титов только лишь улыбнулся.

— Ну конечно же, — ответил он, — я только хотел сказать, что не буду создавать вам никаких препятствий на пути к сплочению.

— Это все? — Брайер поднялся со стула, явно демонстрируя свои намерения.

— Да. Можете идти, — улыбка быстро исчезла с лица Титова. Он проводил их взглядом.