Чтение онлайн

Движение было совсем лёгким - словно девочка кидала снежок. Но от этого лёгкого взмаха шар понёсся вперёд, словно пушечное ядро. Разломав на своём пути арбалет и расцарапав руки, которые его держали, снаряд вонзил отравленные шипы прямо в живот Шляпнику.

– Аааарргх!
– от крика боли зазвенела обшивка фургона, Ю изо всех сил забился в самый тёмный угол, а Люси на кресле усмехнулась сквозь боль - очкастому гадёнышу пришлось изведать то, что он готовил другим. Впервые в жизни королева смутно осознала понятие справедливости. В её жизни раньше не было места такому - она прекрасно знала пряный вкус мести и ледяную горечь немотивированного

насилия, смутно ощущала вишнёвый аромат милосердия - но вот правосудие, наказание злодеев и защита невиновных - всегда казалось ей какой-то совершенно нелепой химерой. Возможно, потому, что в справедливом мире не оставалось места для самой Люси. Но эта девочка, непостижимым образом вынырнувшая из мёртвых, очень убедительно доносила свои концепции до окружающих.

– Ну... что ты там хотела, чтобы я увидела?
– злобно поинтересовалась Канаэ, выдирая второй шар из ягодицы диклониуса и выбрасывая его прочь. Шипы с нейротоксином вонзились в руку, но девочка-волшебница лишь раздражённо поморщилась - словно схватилась за обычного колючего ёжика, а не за одно из самых изощрённых орудий пытки, созданных человечеством.

– Вот... Это...
– Люси дрожащей рукой указала на "детектор".

Даже после удаления шара боль оставалась чудовищно сильной - человека она бы терзала ещё пару суток, потому что яд был уже впрыснут, да и раны никуда не делись. Конечно, организм диклониуса покрепче будет - он уже начал потихоньку латать повреждения и очищаться от токсинов. Но чтобы вернулась возможность пользоваться векторами, требовалось ещё не меньше десяти минут.

Но боль, которую испытывала королева, была просто пустяковой царапиной в сравнении с океаном огня, затопившим сознание Номера Двадцать Восемь.

– Что... что это?!
– девочка ошеломлённо уставилась на полупрозрачный цилиндр, в котором плавал живой обрубок с наполненными болью глазами. Обрубок, так похожий на неё, в ту жуткую ночь семь лет назад, в поезде.

– Это ты сделала, гадина?!
– она схватила Люси за шкирку и встряхнула. Диклониус оставалась абсолютно спокойной.

– Нет. Это сделал он, - Каэде указала на корчащегося в углу Шляпника, который от боли уже не мог даже стонать.

– Вы, диклониусы, все одинаковы... Даже друг друга не жалеете! Что же вы за проклятая порода!

– Они не диклониусы, - устало сказала розоволосая.
– Впрочем... неважно... ты увидела то, что я хотела. Теперь можешь меня убить...

Канаэ отпустила её, и девушка рухнула на пол, как тряпичная кукла.

– Сама сдохнешь, - зло проворчала Канаэ.
– Эй, дядя... как там тебя... Гюот? Обещай, что проследишь, чтобы она не смылась снова, и не начала рубить людей направо-налево. И я вам её отдам. Может даже поговорю с тобой немного.

Конечно, девочка-волшебница хотела отомстить, за себя, братика и отца... но не так. Кроме того, ей ещё что-то не давало покоя... возможно, умоляющий взгляд девушки-диклониуса в цилиндре...

– Что это за штука?
– она ткнула пальчиком в цилиндр.
– Зачем вы запихнули туда эту бедняжку? Да ещё так изуродовали...

Прежде, чем Ю успел выдохнуть "Не надо!", Гюот коротко и ясно разъяснил, что за устройство - детектор диклониусов - и как он работает.

– То есть... вы хотите сказать... что она всё время... даже сейчас...

– Да. Каждую секунду она испытывает невыносимые страдания. Если хочешь ей помочь - убей её.

– Да я вас

всех убью, гадёныши! Это... это уже слишком... нельзя же так... нельзя...

Грозная воительница расплакалась, как ребёнок, от осознания собственной беспомощности. Она могла без труда прикончить всех рогатых, даже гиперзоаноид не представлял для неё никакой опасности. Начинающая девочка-волшебница сражалась бы с ним примерно на равных, но Канаэ, с её семилетним опытом битв, могла бы уничтожить средний филиал Кроноса, не получив ни царапины. К сожалению, тот же опыт, который делал её почти непобедимой, связывал ей руки. Слишком долго она училась рассчитывать и соизмерять силы. Убийство зоаноидов и диклониусов, каким бы морально приятным оно не было, не принесёт ей ни одного куба тёмной энергии - а значит, приблизит к окончательному исчезновению, необратимо загрязнив Самоцвет души. Она и так подошла вплотную к своей границе. Семь лет - невероятно долгий срок для волшебниц, большинство не протягивает и трёх. И Гюот, похоже, это понял - конечно, он не мог знать, как работает система Пуэлла Маги, но почувствовал, что в серьёзный бой ей сейчас вступать никак нельзя. Потому и издевался так уверенно и безнаказанно.

"Но я же не могу её просто так оставить..."

– Кьюбей! Предложи ей контракт!

Она изо всех сил старалась не встречаться глазами с Двадцать Восьмой. Жизнь девочки-волшебницы, конечно, далеко не сахар. Но по сравнению с жизнью этой несчастной, даже такое существование станет настоящим спасением.

– Я бы с удовольствием, - откликнулся привычный нежный голосок.
– Но к сожалению, это невозможно. Система преобразования девочек-волшебниц, которой я располагаю, рассчитана только на несовершеннолетних представительниц вида хомо сапиенс. А она - не человек.

– Шиматта!
– детский кулачок в ярости пробил стенку фургона.
– Я... Я же...

Так паршиво она себя чувствовала только один раз в жизни - семь лет назад, в том кошмарном поезде. Сказали бы ей ещё полчаса назад, что она будет испытывать подобные чувства из-за какого-то диклониуса - Канаэ бы рассмеялась глупцу в лицо.

– Кьюбей, а боль хотя бы отключить можно?

– Да. На пульте такая функция не предусмотрена, но ты можешь вручную разомкнуть соответствующую цепь.

Перед глазами Канаэ возникла управляющая схема цилиндра. Девочка не очень хорошо разбиралась в электронике, но пояснения были весьма наглядными. Вот она, проклятая тактовая микросхема, генерирующая болевые импульсы. Один тычок указательным пальцем - и адское устройство превращается в металлическую крошку. Глаза девочки за стеклом изумлённо расширились - она явно не представляла уже, что пытка может прекратиться. Волшебница слегка приободрилась.

– Погоди немного, - пообещала она рогатой.
– Мы тебя ещё вытащим!

Конечно, силпелит не могла её слышать, но Канаэ постаралась ей ободряюще улыбнуться. В конце концов, волшебство существует, чтобы приносить людям счастье! Хотя сама девочка уже давно в этом разуверилась. Нет никакого волшебства, есть только хитроумные машины и не менее хитроумные инопланетяне, которые занимаются животноводством... разводят махо-сёдзе в прямом и переносном смысле. Но сделать так, чтобы в жизни других стало чуточку меньше отчаяния - это она ещё могла.

Нежно взяв цилиндр на руки, словно ребёнка, девочка вышла из машины, и встав поближе к Коте, хищно взглянула на всю приехавшую компанию.