Чтение онлайн

– Знаешь, иногда ты меня так бесишь, - кривит Лис отполированные блеском губы, - Сколько человек должны тебе сказать, что ты талантлива? И дело здесь не в Нейте, и не в жалости к тебе, и не в движении планет... Просто, наконец, поверь в себя, и прими тот факт, что люди тебя ценят.

Протягиваю смуглой девочке-продавцу три доллара и забираю свой кислотно-зеленый рожок.

– Просто мне кажется это неправильным после всего, что произошло. Я знаю, что ни в чем не виновата, а Нейт нет. Он видел, как я добровольно целовалась со своим шефом на столе в его кабинете в наполовину расстегнутой

рубашке. Для него это повод ненавидеть меня и отменить все договоренности.

– Ради бога, сколько раз ты звонила Нейту, чтобы все объяснить? Раз десять?

– Двенадцать, -поправляю ее, пробуя мороженое на вкус. Какого черта это вкус называется фисташки? Здесь нет отдаленно ничего напоминающего орех по вкусу. – Его номер недоступен.

– Тем более,- изрекает она, с завистью поглядывая на то, как языком я ковыряю замороженную массу из вафли. Похоже, Фелисити снова на диете.
– Арррх, так бы и придушила твоего босса голыми руками. Сжала бы его поганую шею и выжала бы из него каждую каплю крови.

Вздыхая, она раздраженно бормочет:

– Но тогда меня посадят в тюрьму, и какая-нибудь огромная зэчка с наколками сделает меня своей сучкой.

Я давлюсь мороженым и тихонько смеюсь, представляя побритую налысо Фелисити в оранжевой робе.

– Ты меня удивляешь, - с подозрением щурится подруга, - когда четыре дня назад я нашла тебя в кровати, ты настолько опухла от слез, что тебя можно было спутать с Микки Рурком, а сейчас ты ешь мороженое и хихикаешь.

– Что могу сказать, антидепрессанты – великая вещь,- пожимаю я плечами.

– Антидепрессанты?- вопросительно поднимает она брови.- Не говори, что ограбила аптечную лавку.

Машу в воздухе пластиковой ложечкой и успокаиваю ее.

– Никакого криминала. София дала мне пару таблеток, когда они с Рико заезжали проведать меня в начале недели.

Наши отношения с невесткой потеплели после того ужина у моих родителей. Увидев мою зареванную физиономию, она без лишних разговоров полезла в сумку и отсыпала мне горстку прозака.

– Бегемотиха еще не родила?- интересуется Фелисити, переводя взгляд на парня, фотографирующего вывеску Музея Грэмми, мимо которого мы проходим

– Родит в конце месяца. Я стану тетей, представляешь? Мама, как ненормальная , каждый день носится по магазинам, скупая детские отделы под чистую. Папа сбрил усы, потому что решил, что они могут напугать малыша. Ей-богу, мне даже не хватает этого коврика у него под носом. Он очень смешной без них.

Фелисити отрывает взгляд от задницы парня и пристально смотрит на меня:

– И все-таки ты изменилась, Тэйлор. Стала более спокойной, что-ли. Я думала, после того, что случилось, ты проваляешься в кровати минимум месяц, оплакивая несчастную судьбу. Не зря говорят, что родная кровь дает силу.

Она права. Несмотря на то, что я раздавлена произошедшим с Дареном и Нейтом, я не чувствую, что моя жизнь кончена. Осязаемая поддержка семьи помогает мне не пойти ко дну. Я ничего не рассказывала им о произошедшем, боясь, что отец захочет вмешаться и доведет дело до суда, но мне и не нужно было. Я чувствую, что в любой момент могу рассчитывать на них. Дереву вернули корни, и даже в самую суровую засуху они

будут питать меня. Семья это много, очень много.

– Так ты будешь звонить Нейту?
– не угомонится Фелисити.
– Может, стоит поехать у нему домой?

Хмурюсь и отрицательно кручу головой.

– Знаешь, я догадываюсь, что ему сейчас непросто, но ведь и я тоже пострадала. Кто знает, что могло произойти, не приди он вовремя. Я сделала все, что в моих силах, чтобы связаться с ним, но он продолжает меня избегать. Это его право, но бегать за ним я тоже больше не хочу. Если я ему небезразлична, он найдет в себе силы встретиться и поговорить.

Лицо Лис удивленно вытягивается, и она начинает осматривать меня, словно видит впервые.

– Воу, девочка! Скажи Софии, что я тоже хочу немного этих волшебных таблеток. Что бы они не сделали с тобой, мне это нравится. И, ради бога, пусть они дадут тебе мозгов не отказываться от предложения этого Уинстона.

– Винсента.

– Какая к черту разница. Это твой шанс заниматься тем, что тебе по-настоящему нравится. Может быть, это последний подарок твоего парня,- произносит она, и осекается, глядя на мое побледневшее лицо.

Даже одурманенный прозаком мозг отвергает это утверждение, не веря, что наши отношения могут закончится так глупо. Я все еще надеюсь, что Нейту нужно время, чтобы дать себе усомниться в увиденном и самому решиться со мной поговорить. Несмотря на бешеную популярность среди женского пола и успешную карьеру, в душе он очень раним и все еще не уверен в себе из-за неудач в прошлых отношениях. Мое сердце разрывалось все эти дни, когда я представляла , как он сидит за столом в своем кабинете с бутылкой виски и рисует себе самые неприглядные картины того, как еще женщина в его жизни подвела его.

Но как бы мне не было тяжело, я собрала всю волю в кулак и напомнила себе о самоуважении. Вчера я решила перестать напрасно терзать его мобильный и позволить Нейту самому сделать шаг. Он хотя бы должен меня выслушать. В наших отношениях он всегда был тем, кто бежит, а я той, кто догоняет. Пора выдать ему кредит доверия. Возможно, если я остановлюсь, это даст ему стимул обернуться.

– Ну так ты пойдешь? К Винсенту?

Догрызаю хрустящую остроконечную вафлю, не успевшую пропитаться сладкой жидкостью, и утвердительно киваю:

– Думаю, да.

В офисе у Винсента Ллойда царит атмосфера художественного хаоса. Если в элитном небоскребе Калифорния Плаза я привыкла встречать прилизанных холеных мужчин в строгих костюмах и женщин, одетых в лучших традициях сериала «Безумцы», то здесь в глазах пестрит от людей, разодетых во все цвета радуги: парень в желтом балахоне и зеленым ирокезом, девушка эмо с огромной цветной татуировкой, расплывшейся по бедру, толстушка –негритянка в короткой джинсовой юбке и дредами, нескладный высокий парень, по комплекции напоминающего удочку, в белом пиджаке и такого же цвета брюках, словно сошедший со страниц свадебного каталога семидесятых годов. С первого взгляда мне становится ясно: генеральный менеджер рекламного агентства Bliss вряд ли отправит меня домой переодеваться, даже если я буду принимать по утрам душ из кофе.