Потерянная родина
Шрифт:
— Это удачная мысль, — согласился Портер.
— Это я знаю и без вас, — сухо заявил Спенсер. — К тому же ваше мнение меня нисколько не интересует, и вы можете держать его при себе.
— Насколько мне известно, представителем гражданской власти на острове являюсь я, мистер Спенсер… — возразил Портер.
— Плевать я хочу на вашу гражданскую власть. Если вы на что-нибудь способны, — покажите это. Прикажите островитянам собраться на взморье. Скажите им, чтобы они устроили угощение для моих людей. Почему вы медлите, мистер Портер?
— Ваши шутки неуместны, мистер Спенсер. Пока я не вижу, чтобы ваши военные манипуляции принесли ощутимые результаты.
— Вы не видите? Так посмотрите.
И Спенсер велел матросам
— Теперь мы превратили этих обезьян в сухопутных крыс и можем делать с ними все что угодно. Ребята, сыпаните-ка свинцовым градом туда, по тем ку* стам! — приказал он пулеметчикам.
Матросы живо установили два легких пулемета и начали стрелять длинными очередями. Пули секли стволы деревьев и ветки, .на землю падали кусочки коры и сбитые листья. Но кусты молчали.
— Вперед, ребята! — заорал Спенсер. — Присту» пом взять вон ту рощу справа от бунгало! Мистер Пор* тер, это ваша резиденция, поэтому, будьте любезны, руководите ее освобождением.
Портер взял ружье на изготовку и с кислой миной стал во главе десятка матросов. Растянувшись цепью, маленький отряд начал продвижение к роще. Взобравшись на обломки искромсанной пироги, капитан второго ранга Спенсер принял величественную позу главнокомандующего и, ухмыляясь, смотрел на эту комедию, которую он затеял единственно для того, чтобы позлить Портера. Так бы эта затея и кончилась комедией, если бы в ее исполнение неожиданно не вмешалась посторонняя сила.
Один за другим раздались два одиночных винтовочных выстрела. Пуля просвистела мимо левого уха Спенсера. Главнокомандующий проворно соскочил на землю со своего наблюдательного пункта, во весь рост растянулся на нрибрежном песке и дурным голосом, в котором слышались неподдельное волнение и неподдельная тревога, завопил:
— Назад! Ложись!
Потом раздался второй выстрел, так же как и первый откуда-то из полумрака кустов, — и мистер Портер, как подкошенный, рухнул на землю, выронив из рук винтовку. Раза два он глухо простонал, тело вздрогнуло в предсмертных конвульсиях, потом осталось неподвижно лежать на полдороге между берегом лагуны и рощей. Струйка крови стекала из виска по правой щеке, окрашивая прибрежный песок.
Видя это, капитан второго ранга Спенсер, все так же лежа на земле, закричал своим людям:
— К шлюпкам, бегом марш! — и, подавая пример, первым вскочил на ноги и с быстротой, которой позавидовал бы настоящий спринтер, впереди своего войска кинулся к берегу.
В одну минуту все расселись в шлюпки, оттолкнулись от берега и что было сил стали грести в море. Два одиночных выстрела из кустарника подогрели энергию гребцов, поэтому они довольно быстро достигли канонерки. На берегу, медленно остывая в луже собственной крови, валялся труп Портера. Никому не пришло в голову, что агент, может быть, только ранен и что его надо бы взять с собою на корабль. Так он там и остался лежать до самого вечера, до наступления темноты, и потоки дождя весь день поливали его.
Проливной дождь был причиной тому, что судно заметили с острова только тогда, когда оно обошло северный мыс и стало приближаться к старой бухте островитян. Ако издали распознал в нем военный корабль и понял, что не ради удовольствия или торговых операций проделал он далекий путь на Ригонду. Ако стало ясно, что борьба уже неотвратима и надо действовать с величайшей решительностью в соответствии с ранее выработанными планами.
Все обитатели острова в этот момент еще находились в лагере, поэтому Ако не пришлось терять много времени на то, чтобы привести в движение и согласовать деятельность своего племени. Программа эвакуации уже давно
Прежде всего надо бы перевести всех, не способных к борьбе, в потайной лагерь, расположенный в ложбине между гор. Под водительством старого Таомо туда отправилось около двухсот человек — старики, женщины и дети. Каждый взял с собой кое-что из своего незамысловатого домашнего скарба, так что в хижинах лагеря после этого ничего ценного не осталось.
Следом за ними к новому лагерю на другом берегу острова — у потайной гавани возле Тростникового залива — отправились все остальные, кто не, вошел в войсковые группы. Их было не более ста человек. Предводителем этой группы назначили Ловаи. Его задачей было держать наготове всю спрятанную в Тростниковом заливе лодочную флотилию, чтобы, в случае надобности, большие плоты-лодки могли выйти в море и чтобы на каждой из них имелось достаточное количество продовольствия и питьевой воды на заранее рассчитанное количество едущих.
Когда и эта группа исчезла в чаще, в прибрежных кустах у опустевшего поселка осталось только ригондское войско в полторы сотни человек. В распоряжении Ако теперь имелись четыре винтовки, одно охотничье ружье и три револьвера. Оставив себе одну винтовку и револьвер, он раздал остальное оружие самым лучшим стрелкам из островитян..Одного стрелка с винтовкой он прикомандировал, на всякий случай, к группе слабосильных в потайном лагере, а охотничье ружье отдал в распоряжение Ловаи, чтобы было чем отпугнуть англичан от потайной гавани, если бы они нечаянно забрели туда. Таким образом, в распоряжении самой боевой группы осталось три винтовки и три револьвера, кроме того, еще луки, полсотни копий и при* мерно столько же увесистых палиц, которыми при известной сноровке можно было размозжить череп любому захватчику. Разделенное на три подгруппы маленькое войско спряталось в кустах за первыми холмами невдалеке от берега: одна подгруппа в роще за бунгало Ако, откуда были эвакуированы все запасы со склада и домашняя утварь; другая — в центре против обычной стоянки лодок островитян, а третья — шагах в тридцати правее от нее — в зарослях за по* кинутыми хижинами старого лагеря. Таким образом, позиция войска Ако образовала дугу длиною в полкилометра, фланги которой упирались в берег лагуны, а с суши полностью обнимали весь небольшой плацдарм, где можно было ожидать высадки десанта и развертывания к бою сил противника.
Только теперь можно было по-настоящему оценить результаты обучения военному делу в предшествующие месяцы. Эти результаты вполне удовлетворяли Ако. Маленькое войско действовало согласованно и быстро, без суеты, сутолоки и шума. Каждый воин знал свое место. Без ведома Ако не должно было раздаться ни одного выстрела — это он строго наказал своим стрелкам.
За рифом загремел якорь, падая в море. Через небольшой промежуток времени прогрохотал первый пушечный выстрел, и одна хижина в лагере островитян разлетелась вдребезги. Через минуту второй снаряд попал в самую середину поседка и там начался небольшой пожар. Остолбенев, стояли на своих местах ригондские мужчины и юноши и наблюдали происходящее. Все было так, как рассказывал Ако.
Как ужасно ни гремел чужой гром, какими страшными ни казались наивным детям природы первые разрушения, причиненные артиллерийскими снарядами, никто не поддался малодушию и не поднял панику, понимая, что правильнее всего в такой обстановке — все делать так, как приказывает старейшина острова. Когда в поселке уже разорвались четыре-пять снарядов, но ни с одним воином из островитян ничего дурного не произошло, первое волнение улеглось, и в сердцах людей окрепла уверенность, что захватчики ничего не могут им сделать, — очевидно, их спасала от беды великая.мудрость старейшины.острова.