Чтение онлайн

После освящения участка и завершения всех церемоний начиналась следующая стадия строительства.. Необходимо было соорудить подземные части здания.

Во второй главе я уже говорил о недостроенной пирамиде в Завиет-эль-Эриане с ее глубоким колодцем, к которому ведет наклонная лестница и траншея. Необходимо отличать такого рода открытые траншеи, как в Завиет-эль-Эриане, от туннельного типа подземных ходов, прорытых под пирамидой Джосера и, как мы увидим позднее, под вновь найденной пирамидой. Но и в том и в другом случае усыпальница для саркофага с мумией фараона строилась на дне открытого колодца, который приходилось впоследствии засыпать щебнем и замуровывать. Такую усыпальницу обычно располагали в подземной части сооружения. Ее облицовывали гранитом из Асуана в Верхнем Египте. Блоки

для кровли усыпальницы заранее обтесывались и нумеровались перед укладкой. В усыпальнице Джосера до сих пор можно различить подобные знаки нумерации.

Затем строилась вспомогательная насыпь, по ней к усыпальнице подтаскивали саркофаг, где должна была покоиться мумия, и устанавливали его на место. Однако это относится только к пирамидам, сооруженным после Джосера, ибо в усыпальнице Джосера скорее всего вообще не было никакого гроба. Она представляет собой маленькую комнату размерами 295х97,5х162,5 сантиметра и проникнуть в нее можно лишь через дыру в гранитном потолке, которая закрывается огромной гранитной глыбой, как бутылка пробкой – если только возможно представить себе пробку весом в три с половиной тонны!

В упомянутой выше книге Фёрса и Квибелла «Ступенчатая пирамида» Фёрс пишет следующее:

«Сравнительно небольшие размеры усыпальницы... говорят о том, что там, вероятно, никогда не было даже внутреннего деревянного гроба, ибо деревянные части его вряд ли прошли бы через узкое отверстие для гранитного блока. Оно так мало, что через него можно было просунуть только мумию, завернутую в пелены, да и то с немалым трудом».

Прочие подземные ходы прорывались под местом сооружения пирамиды и обычно примыкали к входной галерее (впрочем, под пирамидой Джосера находятся галереи с отдельными входами). Эти галереи вели к усыпальницам других членов семьи фараона [24] , а также к складам или кладовым с погребальной утварью и бесчисленными каменными сосудами, где хранилось все необходимое для фараона в его загробной жизни. В некоторых сосудах, вазах или чашах была пища, другие имели чисто ритуальный характер и, очевидно, оставались пустыми.

Для того чтобы понять логику древних египтян, необходимо учитывать, какую огромную роль играла в их жизни магия. Совершенно не обязательно было оставлять умершему какую-то настоящую вещь – порой достаточно было одного символического изображения этой вещи. Так, вместо настоящей пищи в жертву покойному можно было приносить только сосуды из-под этой пищи.

Количество подобных сосудов, обнаруженных под пирамидой Джосера, трудно даже определить. Описывая одну из галерей или кладовых, Квибелл говорит:

«Эта галерея оказалась не усыпальницей, а складом или, вернее, двумя складами, каждый длиной около тридцати метров. Они расположены частично один над другим и разделены всего полуметровым слоем камня. Оба склада доверху набиты грудами алебастровых сосудов и чаш. Кровля обрушилась на них и раздавила большую часть на мельчайшие кусочки. Должно быть, они весили около девяноста тонн» (выделено мною).

Такой разгром не всегда был случайным: иногда его производили те, кто переносил все эти сосуды в кладовые. Фёрс, описывая в дневнике раскопок ходы, найденные им под тремя длинными галереями юго-западного угла пирамиды, пишет следующее:

«Из южных оконечностей галерей было извлечено огромное количество осколков каменных сосудов, однако здесь их меньше, чем под самой ступенчатой пирамидой, все свидетельствует о том, что они были разбросаны и разбиты намеренно».

Я упоминаю об этих фантастических обычаях только для того, чтобы обратить внимание читателя на ту духовную пропасть, которая отделяет нас от древних египтян. Но чтобы разгадать сейчас смысл и назначение воздвигнутых ими памятников, необходимо через эту пропасть перекинуть мост.

Совершенно случайно красивые каменные сосуды, о которых шла речь, в свою очередь помогли нам понять, какими способами строители времен Третьей династии возводили

каменные здания. Подобные тонкие сосуды изготовлялись уже за несколько столетий до правления Джосера, и когда, наконец, египтяне под руководством Имхотепа приступили к постройке пирамиды из каменных блоков, в их работе ясно сказалось древнее, унаследованное от предков искусство обработки камня. Фёрс пишет:

«Во всем ощущается большое строительное мастерство, однако за ним не стоит вековой опыт каменной кладки и в нем нет умения использовать присущие камню природные свойства материала. Все строится предельно прочным, а затем отделывается и формируется, как скульптура. Например, вертикальные желоба и панели на стенах высекают уже после их постройки кремневыми буравами и медными долотами. На обтачивание и укладку маленьких каменных блоков расходуется непомерно много труда и материала. Здесь проявляется лишь древнее традиционное искусство камнерезов, привыкших вытачивать каменные сосуды (это ремесло в эпоху Третьей династии уже начало клониться к упадку) и смотревших на камень как на почти пластический материал. Изготовляя свои каменные сосуды, камнерезы не искали для них особых, свойственных камню форм. Они просто повторяли формы глиняных сосудов, стараясь их сделать более прочными и красивыми. Точно так же и первые каменщики-строители старались при помощи камня сделать вечными старые формы строений из кирпича и тростника – не больше».

Когда рытье подземных переходов подходило к концу, начинались работы по подготовке площадки для самой пирамиды. Иногда, как, например, при постройке пирамиды Джосера и вновь открытой пирамиды, фундамент выкладывался непосредственно на скальном грунте, предварительно выровненном. Позднее в случае необходимости насыпали плоскую платформу из щебня. Выравнивание производили, по-видимому, тем же способом, который описан в четвертой главе: квадратную площадку огораживали валом, заливали водой, а затем уровень поверхности воды отмечали на валу. При постройке вновь открытой пирамиды, как мне удалось установить при помощи теодолита, пришлось проделать весьма значительную работу по выравниванию площадки.

Тем временем архитектор должен был уже подготовить чертеж с указанием размеров в локтях и углов наклона. Энгельбах пишет:

«Пирамиды Снофру в Медуме и Хуфу в Гизе имеют такие пропорции, что если взять воображаемую окружность, равную периметру их основания, то высота пирамид будет точно соответствовать радиусу такой окружности. Это дает нам угол наклона граней, равный 51°51' или тангенс 1,14/11» [25] .

Математические задачи, связанные с пирамидами, сохранились в двух папирусах: в так называемом «Математическом папирусе Ринда» и в «Московском математическом папирусе» [26] . Вот одна такая задача из папируса Ринда:

«Задача. Пирамида с длиной стороны в 140 локтей имеет наклон в 5 ладоней и 1 палец. Какова ее высота?

Решение. Раздели один локоть на удвоенное число наклона, равное 10 ладоням 2 пальцам (10 1/2 ладоней). Две трети от 10 1/2 равняются 1 локтю. Дели 7 на 10 1/2, ибо в 1 локте 7 ладоней. Получишь 2/3. Две трети от lOVa равняются 1 локтю. Помножь 2/3 на 140, ибо это длина стороны пирамиды. 2/3 от 140 дает 93, 1/3 от локтя. Это и будет высотой».

Чтобы выразить угол наклона, у египтян был один способ: отсчет определенного количества ладоней и пальцев по горизонтали от основания вертикали высотой в один локоть, через вершину которой угол наклона падает на горизонталь. Выражать величину угла иными способами они не умели.