Потерянная ночь
Шрифт:
— И ты был единственным, кто обладал таким экстрасенсорным талантом, необходимым для настройки, — сказала Рэйчел.
— Мне очень жаль, — сказал Келвин. — Я знаю, что этого недостаточно, но мне искренне жаль. Я чуть не убил тебя.
— Знаешь, — сказала Рэйчел, — эта печальная история о сделке с дьяволом — или в данном случае с дьяволами — в обмен на знания звучит знакомо.
Гарри и Келвин посмотрели на нее.
— Что? — она сказала. — Разве никто из вас никогда не слышал историю доктора Фауста?
— Нет, — сказал Гарри.
Бровь
Рэйчел улыбнулась. — Это легенда Старого Света о парне, который продает свою душу Люциферу в обмен на все секреты науки, которые он, конечно, никогда не получит, потому что дьяволу нельзя доверять. Это была одна из моих любимых сказок на ночь.
— Ха, — сказал Гарри. — А я читал комиксы «Существо из Обсидиановой лагуны» под одеялом по ночам.
— У меня была подписка на Журнал паранормальной биологии, — сказал Келвин. — Обычно каждый вечер я брал с собой в постель последний выпуск. Если подумать, я все еще так делаю.
— Проехали, — решительно сказала Рэйчел. — Поразмыслив, моя аналогия с легендой о Фаусте здесь не применима, потому что, в отличие от доктора в этой истории, ты искупил вину, Келвин. Ты рисковал своей жизнью, чтобы спасти мою в ту ночь, когда меня похитили, и ты сделал все возможное, чтобы обезопасить меня, стёр мне память.
Кэлвин поморщился. — Я сомневаюсь, что это будет иметь большое значение для властей Фонда или ФБПР. Учитывая, что я являюсь своего рода соучастником в похищении людей и торговли незаконными артефактами, я ожидаю, что следующие несколько лет я проведу в тюрьме. Интересно, позволят ли мне взять с собой скрипку?
— Так уж получилось, — сказал Гарри, — что именно я решаю, какие юридические действия будут предприняты. Я принял исполнительное решение. Чтобы продолжить расследование, нам нужны как твои биологические знания, так и твои уникальные музыкальные способности на Рейншедоу.
Кэлвин уставился на него. — Расследовать больше нечего. Аквариумный комплекс и артефакты в хранилище были уничтожены взрывом.
— Стоит предположить, что многие из этих морских особей проникли в систему затопленных пещер и, вероятно, выживут, — сказал Гарри. — У меня такое ощущение, что монстров будет много, которых нужно поймать и изучить. Я назначаю тебя ответственным за этот аспект расследования.
— Меня? — Келвин был ошеломлен.
— Очевидно, у тебя больше опыта работы в Заповеднике по морской части, чем у кого-либо еще в округе. У тебя будет доступ ко всем ресурсам лабораторий Фонда.
— Я не знаю, что сказать, — прошептал Кэлвин. — Я… ошеломлен.
— Быстро переживай это, — сказал Гарри. — У нас нет времени, на то, чтобы ты сидел в ошарашенном состоянии.
Рэйчел подняла брови. — Не поймите меня неправильно, я думаю, что поручить Келвину найти и изучить сбежавших аквариумных существ — отличная идея, но к чему спешка?
— Теперь я убежден, что моя первоначальная теория верна. Проблемы в Заповеднике возникли из-за кражи трех камней, которые Гарри Первый спрятал на острове.
— Это также делает вора неизвестным, — сказала Рэйчел.
— Да, — ответил Гарри.
— Думаю, я знаю, к чему вы клоните, — сказал Келвин. Он указал на серый кристалл на столе. — Вы же не верите, что этот камень оказался в аквариуме случайно?
— Нет, — сказал Гарри. — Я думаю, тот, кто украл камни, кое-что понимал в их силе. Вор зачем-то положил один из этих чертовых камней в аквариумный комплекс.
— Тебе интересно знать, что он сделал с двумя другими, — сказала Рэйчел.
— Нам нужно их найти, — сказал Гарри. — Я думаю, что территория, которую мы называем Заповедником, на самом деле была версией био-лаборатории Пришельцев, местом, где они проводили опасные пара-эксперименты в отчаянной попытке спасти себя. В конце концов это не сработало. Они были вынуждены уйти под землю.
Рэйчел резко вздохнула. Выражение лица Келвина было мрачным.
— Другими словами, ты думаешь, что аквариумный комплекс был не единственной лабораторией на острове, — сказала Рэйчел.
— У меня такое ощущение, что глубоко внутри Заповедника есть и другие экспериментальные лаборатории, — сказал Гарри.
— Это имеет смысл, — сказал Келвин. Он медленно кивнул. — Что может быть лучше для лабораторий, занимающихся опасными парабиологическими исследованиями, чем отдаленный остров в Янтарном море?
— Это во многом объясняет легенды и мифы, сложившиеся о Рейншедоу, — сказала Рэйчел. — Но это не объясняет, почему в последнее время уровень паранормальной радиации внутри Заповедника начал повышаться.
— Нет. — Гарри посмотрел на камень, лежащий на столе. — Но недостающие кварцы могли бы объяснить это.
— Может быть, они тоже были внутри аквариума, — сказал Келвин. — Либо где-то еще. В той сети лабораторий много кристаллов.
— Если это так, взрыв, возможно, решил проблему, — сказал Гарри. — Но я не думаю, что будет все так просто. Гораздо более вероятно, что вор пытался использовать три кристалла для усиления естественной геотермальной энергосистемы. Это означает, что камни расположены далеко друг от друга с тщательно продуманным положением.
— Но зачем кому-то делать такое в таком опасном узле, как Заповедник? — спросила Рэйчел.
Келвин фыркнул. — Тебе обязательно спрашивать об этом после того, как ты узнала, что я сделал? Я являюсь примером того, как далеко могут зайти некоторые люди, чтобы раскрыть тайны парабиологического мира. Ответы обещают излечение болезней, усиление пси-способностей и увеличение продолжительности жизни. Поверь мне, перспективы сделать подобные открытия более чем достаточно, чтобы заставить человека пойти на сделку с дьяволом.