Чтение онлайн

В ответ послышался рокот, а затем дверь закрылась. Мгновение спустя Гарри услышал, как в раковине течет вода. Дверь шкафа открылась.

Он встал с дивана и запустил пальцы в волосы, заправляя их за уши. Он шлепал босиком по холодному полу. Он снял пуловер, но на нем все еще была черная футболка и брюки, так что он решил, что одет достаточно презентабельно / прилично. Он остановился в дверях кухни. Рэйчел стояла, прислонившись к раковине, и потягивала воду из стакана. В ее глазах были тени.

— Плохой сон? — поинтересовался он.

—

Да. — Она поморщилась. — Дарвина почувствовала мое волнение. Она разбудила меня. Но как только она поняла, что я проснулась, решила прошвырнуться с Амбереллой по клубам, в неурочное время.

— После закрытия?

— Ну или куда там ходят пушки по ночам. — Рэйчел посмотрела в окно. — Похоже, буря закончилась.

Он проследил за ее взглядом и увидел туман, наполненный холодным лунным светом, опускающийся на поляну вокруг коттеджа.

— Пока, — сказал он. — Но на подходе еще одна, и похуже этой.

— Ты думаешь, что это еще один признак раздрая в Заповеднике, верно?

— Сейчас за забором так много энергии, что она оказывает серьезное влияние на местный микроклимат.

— Ты не единственный, кто так говорит. В Заповеднике действительно что-то происходит, не так ли?

— Да. — Он скрестил руки на груди и смотрел, как она допивает воду. — В ту ночь, когда ты потерялась, была гроза?

— Не думаю. Когда я вышла из книжного магазина, стоял сильный туман, но я видела достаточно хорошо, чтобы доехать на велосипеде до коттеджа. Моя обувь и одежда были влажными, когда на следующее утро я вышла из Заповедника, но это было похоже на обычную сырость, которую можно ощутить, прогуливаясь по лесу и по пересеченной местности ночью.

Он долго ее изучал. — Что ты помнишь?

На мгновение он подумал, что она не ответит на вопрос. Но через некоторое время она продолжила.

— Очень мало, — сказала она. — Большую часть дня я провела в книжном магазине, проводя инвентаризацию, вытирала пыль и просто была занята. Я все еще пыталась решить, хочу ли я переехать на Рейншедоу и заняться бизнесом, как советовали тети, или выставить магазин и коттедж на продажу. Я закрылась около пяти и поехал домой на велосипеде. Дорога, а потом пустота. Ну «в основном пустота».

— Что это значит?

— В последнее время всплывают небольшие, даже я бы сказала, крохотные фрагменты воспоминаний. По крайней мере, я думаю, что это настоящие воспоминания. Но это все равно, что заметить краем глаза что-то. Когда поворачиваешься и смотришь, оно исчезает. Я пробовала вернуться на то место, где позже нашли мой велосипед, чтобы посмотреть, не вызовет ли это место какие-либо ясные воспоминания.

— И? — подтолкнул он.

— Иногда мне кажется, что там бала машина. У меня такое чувство, будто я должна знать водителя, что если бы я присмотрелась повнимательнее, я бы его узнала.

— Его?

Она колебалась. — Я так думаю, но не уверенна. — Она очень осторожно поставила пустой стакан. — Это могут быть настоящие воспоминания,

ложные воспоминания или просто галлюцинации. Но сны определенно стали хуже.

— Что тебе сниться?

Она посмотрела на него, ее глаза в темноте кухни горели. — Монстры.

Содрогание энергии в атмосфере рассказало ему все, что ему нужно было знать. Она старалась удержать себя и свое здравомыслие, но в глубине души была напугана до смерти.

Он подошел к тому месту, где она стояла, и обнял ее. Она не сопротивлялась, но и не ответила на объятия. Ее напряжение было ощутимо.

— Я не знаю, надеяться ли на то, что ко мне вернутся воспоминания, или лечь в парапсихологическую больницу, — прошептала она.

— Расскажи мне о монстрах, — тихо сказал он.

— Я не вижу четкой картины. Щупальца. Глаза, которые светятся. Слишком много глаз. Как у существ из доисторического моря. Кем бы они ни были, они видят во мне добычу. Во сне я бегу по океану, но там не темно. Вода наполнена светом.

— Ты бежишь сквозь воду /под водой?

— Да. Но я дышу нормально. Я не тону. — Она вздрогнула. — Твари плавают вокруг меня, сверху, снизу, по сторонам.

— Но они не нападают?

— Нет. Как будто они не могут до меня добраться.

— Откуда свет в воде? Солнечный луч?

— Нет. — Она колебалась. — Энергия, я думаю. Вода наполнена ультра излучением. — Она немного отстранилась и посмотрела на него. — Да, сверхсияние. Я впервые поняла, что вода горячая от пси.

— Какое твое первое осознанное воспоминание на следующее утро?

— Я вышла из Заповедника незадолго до рассвета. Опять был туман — я это хорошо помню. И была музыка.

— Какая музыка?

— Чистая, красивая, похожая на колокольчики. — Она улыбнулась. — Я последовала за ней и вышла из Заповедника, пересекла забор и оказалась возле дома Келвина Дилларда. У него хижина на Миллс-роуд. Она находится недалеко от границы пси-забора.

— Расскажи мне о Келвине Дилларде.

— Келвин — очень талантливый музыкант и композитор. Он может играть практически на любом инструменте. Он сказал мне, что я его сильно напугала, потому что к нему никогда не приходят посетители, и уж точно не в такое время и не с этой стороны. Когда он понял, что я ошеломлена и дезориентирована и не могу вспомнить, что со мной произошло, он решил, что я попала в аварию, и ударилась головой. Это не хуже любой другой версии.

— Он профессиональный музыкант?

— «Нет, я так не думаю, по крайней мере, сейчас. Его музыка — это страсть. Он прожил на Рейншедоу, почти десять лет. После того, как ушел на пенсию. Он один из одиночек на острове, но не совсем затворник. Он приезжает в город, чтобы забрать почту и купить продукты. Он купил несколько книг в моем магазине. Он мне всегда нравился.

Гарри мысленно отметил, что стоит присмотреться к Келвину Дилларду. Первый свидетель на месте происшествия зачастую был наиболее тесно связан с ситуацией.