Шрифт:
Глава I
К стойке регистрации билетов Алексей шел очень медленно, пропуская вперед всех, кого только мог. Татьяна Павловна суетилась, нервничала, не видя рядом сына. Михаил Иванович уже положил перед регистратором билеты с паспортами на себя и на жену, затем водрузил на ленту два огромных чемодана. Обернулся, чтобы взять документы у Алексея.
– Таня, где он? Черт, и где его носит?! – отрывисто бросил жене. – Найди его, срочно! Подождите, еще сын должен подойти, – он стащил обратно чемоданы с ленты.
Из очереди загалдели:
–
Алексей оказался в самом конце очереди. Он махнул рукой матери, перебивая возмущающихся:
– Мам, ма-ам, я здесь! Вы регистрируйтесь, я вас догоню.
Михаил Иванович «обласкал» сына любимым выражением, подойдя к нему после завершения регистрации своих документов:
– Нельзя было шевелиться быстрее, балбес? Мы вон там постоим, подождем, пока ты пройдешь регистрацию, – показал он на табло, где горело зеленым огоньком название рейса: «Москва – Стамбул». – Времени в обрез, давай двигайся! Чего ты опять всех вперед себя пропускаешь?! – Михаил Иванович чуть подтолкнул сына. – Двигайся, обалдуй, шевелись…
Татьяна Павловна тревожно посмотрела сначала на мужа, потом на сына, не находя слов от возмущения. Ресницы увлажнились – еще немного, и закапают слезы. Ей было обидно за сына, взрослого человека, которого отец ни во что не ставит.
– Миш, ну оставь его. Как только зарегистрируется, он тут же к нам присоединится. Правда, Лёш? Пойдем, пойдем пока, вон там есть свободные места, присядем.
– Конечно, мам, я сразу подойду. Куда же я денусь?
Алексей подал документы на регистрацию самым последним. Пока направлялся к родителям, заметил, как они нервно топчутся у входа в зал регистрации посадки. Отец яростно выговаривал матери:
– Все твое мамкино воспитание, полюбуйся! Скоро, думаю, скоро твой дебил меня на тот свет отправит! Вот оно, вот где ноет! – и ударил себя кулаком в грудь. – Останетесь без меня и при моих бабках, вот будет счастье-то, вот порадуетесь!
Алексей не слышал, о чем они говорили. Когда он подошел, мать с улыбкой потеребила его рукав:
– Лёша, ты в порядке? Что ты скис? Идем! Уже объявили посадку, слышал? – Как всегда, она не ждала ответов – ей было важно, что он рядом. Она резко дернула его за руку, потом отпустила и через весь зал рванула к стойке регистрации посадки, отец поспешил за ней. Слившись с потоком, они последними шагнули на телетрап.
Глядя, как идет Алексей – медленно, размеренно, – контролер, что стоял у входа, не выдержал:
– Молодой человек, поторопитесь! Где ваш посадочный талон?
Алексей не отдал талон. Молча постоял у стойки, глядя вслед родителям.
Татьяна Павловна обернулась на середине телетрапа и, не увидев позади себя Алексея, начала движение в обратную сторону. Догнав жену, Михаил Иванович остановил ее, прижал к груди:
– Не надо, Тань, ну пожалуйста, не надо! – А сам сжал челюсти так, что скулы свело. Произнес сквозь зубы: – Сукин сын, ты еще узнаешь, кто твой отец!
Сердце Алексея разрывалось на части, он видел, как мучается мать, но не мог поступить иначе. Ведь на кону
Он махнул им рукой на прощание и отошел от стойки, услышав, как отец крикнул ему вслед, словно бешеный зверь:
– Тридцать пять лет кровь мою пьешь, оболтус! А ну верни-ись! Кому говорят! – и, будто переведя дыхание, с новой силой продолжил: – Знай, я лишу тебя наследства!
Усаживаясь в такси, Алексей не видел, как от окна в зале ожидания отошла молодая женщина в черном наряде. Видя отъезжающего Алексея, она побежала на стоянку такси надеясь его догнать.
Глава II
Нина, нервничая, торопила водителя. Ни он, ни она не знали номера такси, на котором уехал Алексей, – ориентиром мог послужить только цвет авто. Но оказалось, что на дороге полно желтых такси. Нина показывала водителю:
– Вот, во-он, давайте быстрее, это он! – подъезжая ближе, Нина понимала, что ошиблась. Потом опять так же торопила водителя и, догоняя второй, третий автомобиль, заглядывала в окна в поисках Алексея, но, убеждаясь, что там опять не он, разочарованно просила ехать дальше.
Наконец водитель-кавказец не выдержал:
– Дэвушка, ви мне лучше назовите адрес, куда ехать. А то мы так ищем сами не знаем кого. Ну я, конечно, могу кататься весь день, если вам так нравится.
– Пока едем прямо, потом я вам скажу!
Нина не знала, куда мог поехать Алексей. Она снова и снова набирала его номер, но автоответчик вещал о том, что «абонент находится вне зоны доступа». Поглаживая живот, она улыбалась: «Где бы он ни был, сейчас он в Москве. Мой малыш, это очень-очень хорошо, что твой папа не улетел. Значит, мы с тобой его обязательно найдем!»
Нина стала перебирать в памяти адреса, где мог бы остановиться Алексей: «В своей квартире – исключено! Со вчерашнего дня туда заселились новые жильцы. Друзья его уже все улетели кто куда. Если ко мне на работу? Сегодня суббота, у меня выходной, он об этом знает. Или он мог направиться ко мне домой?»
Подъезжая к своему дому, Нина издалека увидела высокую фигуру Алексея. Он топтался у калитки, а его небольшой чемодан стоял на обочине. У Нины от счастья закружилась голова, она не верила своим глазам. Когда Алексей открыл дверцу такси, чтобы встретить Нину, девушка потеряла сознание. Алексей растерялся, поднял ее на руки, не понимая – что с ней и что делать дальше?
Растерянный водитель, подбежав к калитке, распахнул ее перед Алексеем, чтобы тот мог занести Нину в дом. Увидев, как внучку несут на руках, бабушка Вера выбежала и открыла дверь веранды.
– Нина, Ниночка, моя родная, что с тобой? – заговорила Вера Анатольевна чуть осипшим голосом, держась за сердце.
Алексей положил Нину на диван и увидел, что она открыла глаза.
– Нина, что с тобой? Ты нас напугала! – взволнованно заговорил он, помогая ей присесть.
– Ты меня так напугала, доченька! Что случилось? Почему опять обморок? – Вера Анатольевна присела на корточки у дивана, взяла руки Нины в свои. – Доченька, у тебя же это не впервые. Ты очень бледная – давай я скорую вызову?