Посылка
Шрифт:
– Здравствуйте, вы только на одну ночь? – с рабочей улыбкой спросила девушка.
Судя по нотке хрипотцы в голосе, она довольно много курила.
– Доброго утра, – я достал бумажник из заднего кармана брюк. – Да, к полудню освобожу номер.
Расплатившись за ночлег, я почувствовал, как мой желудок, сжавшись, вопрошает еду. Чая и бутербродов ему явно было недостаточно.
– Не подскажете, где у вас здесь можно перекусить?
– Если вас устроит глазунья с беконом и тостами, то можете воспользоваться нашей кухней. Она по коридору налево. Если не
– Спасибо, глазунья с тостами меня вполне устроит, – сказал я и отправился искать кухню.
Найти её не составило проблем – дверь была отмечена табличкой. Я вошёл на кухню и осмотрелся. За порядком в помещении явно следили – на столешнице ни пятнышка, мойка вычищена до блеска, посуда и столовые приборы аккуратно разложены, нет никаких посторонних запахов. Если бы я не знал, где нахожусь, то подумал бы о квартире, принадлежащей какой-нибудь девушке или бездетной паре, но никак не о гостиничной кухне общего пользования.
На одной из конфорок электрической плиты у окна стояла небольшая эмалированная кастрюля, от которой поднимались клубы пара, тут же поглощаемые бесшумной вытяжкой. Поверхность кипящей воды была покрыта пеной грязного цвета.
За окном ветер, завывая, гонял редкие снежинки. За ночь они успели покрыть тонким колючим слоем мой старый чёрный Рено Логан – он стоял один на парковочной площадке и выглядел давно забытым.
Позади меня скрипнула дверь. Я обернулся и снова увидел рыжую девушку с ресепшена. Она подошла к плите и, выдвинув ящик кухонного шкафа, достала оттуда столовую ложку, а затем принялась вычерпывать пену из кастрюли и стряхивать её в мойку.
– Первый раз в жизни отвариваю нут, веришь? – деловито сказала Рыжая, на секунду повернувшись в мою сторону. – Буду делать котлеты.
Она внезапно перешла на «ты», будто мы с ней уже тысячу лет знакомы, а при встрече у стойки просто не узнали друг друга. Мне в голову не пришло ничего лучше, чем подыграть ей.
– Котлеты из нута? Постишься что ли?
– Вот ещё, – ответила Рыжая. – Но моя подручная с сентября перешла на зелень. Она мне очень помогает здесь, хотя и не обязана. Так что вот, радую её чем могу.
– Ты одна здесь всем управляешь?
– Ага, – отозвалась девушка, вылавливая последние сгустки пены из кастрюли. – Ну-ка, что тут у нас?
Она подцепила ложкой несколько нутовых бобов, немного подула на них и осторожно отправила в рот. Затем чуть приподняла брови.
– Честно говоря, даже не думала, что они могут быть вкусными, – сказала Рыжая, достав из кастрюли ещё несколько бобов. – Круто!
– Может, мне чем помочь? – предложил я. – В своё время котлеты из нута у меня получались неплохо.
И действительно, ещё несколько месяцев назад, когда позволяла работа, я в основном готовил себе сам. Котлеты из нута в том числе. Сейчас это казалось странным – то, что раньше в моей жизни было место для таких вот простых вещей.
– Правда?
– Я подумаю над этим.
– Подумай, а заодно нарежь-ка лук, раз уж предложил.
Взяв с подставки нож, я поставил перед собой на столешницу почти новую деревянную доску для разделки. Рыжая достала из ящика под столом крупную луковицу и передала мне. Сама же принялась разламывать головку чеснока на зубчики. Нарезая лук, а затем и чеснок, я думал о том, откуда у девушки берутся средства на содержание этой гостиницы. С таким потоком постояльцев это, должно быть, крайне непросто. Чистые простыни в номерах, свет, отопление – всё это требовало вложений. Хотя, возможно, я действительно снял номер в неудачное время.
– Дай угадаю, ты послал всё к чёрту и поехал куда подальше, верно?
– С чего ты взяла?
– Да у тебя на лице написано: случилось что-то такое, от чего если не сбежать, то крыша поедет, – ответила Рыжая и, вернувшись к плите, снова выудила из кастрюли пару нутовых бобов. – И про котлеты ещё так сказал, будто не ты их готовил, а кто-то другой.
– Кто-то другой?
– Ну да, – она прожевала бобы и направила на меня пустую ложку. – Будто сам себе удивился.
Я немного опешил. Проницательности ей, конечно, не занимать.
– Если что, сковорода вон там, – Рыжая указала ложкой на верхний шкафчик чуть левее плиты.
– Принято.
Пока я доставал сковороду, девушка взяла прихватку и вылила содержимое кастрюли в дуршлаг над мойкой. На освободившейся конфорке я по-быстрому обжарил лук и чеснок.
– Дальше я сама, а ты можешь сварить себе кофе, – предложила Рыжая.
– Да, кофе был бы очень кстати. А ты будешь?
– О нет, мне уже хватит, – девушка передала мне турку с узким горлышком и жестянку с кофе. – Недавно сдавала кровь, и мой врач сказал что-то в духе: «Ммм, хороший эспрессо».
Я положил в турку пару ложек кофе, наполнил её водой и поставил на плиту. После сел за кухонный стол и стал наблюдать, как Рыжая сперва с помощью блендера измельчает нутовые бобы с прочими ингредиентами в фарш, а затем придаёт ему форму. В её движениях ощущалась некоторая неловкость – сразу видно, что готовить ей приходилось не особо часто, но, тем не менее, котлеты выглядели симпатично.
– Сделаю-ка я к ним салат, – сказала Рыжая.
– Звучит неплохо.
Ветер за окном усиливался, и я поймал себя на мысли, что неплохо было бы всё-таки задержаться здесь хотя бы до обеда. Забившая горлышко турки кофейная гуща начала подрагивать и понемногу ползти вверх. Пока я созерцал начинающееся извержение вулкана в миниатюре, Рыжая шинковала сладкий перец на разделочной доске. Краем глаза заметив неладное, она мигом убрала турку с плиты и поставила передо мной, положив под неё прихватку. Я даже не успел встать со стула.