Чтение онлайн

Гнома толстокожая, да и латы с показателем защиты ого-го каким, а вот шкала здоровья кинжальщика побагровела зловеще, монах же... отлетел безжизненной куклой к стене. В шею берсерка (Хэйт с запозданием опознала анимацию специфичной классовой стойки) вонзилась стрела, выбивая последние крохи хп, отправляя и его на перерождение. "Разрывная", - грустной шуткой мелькнула в голове адептки мысль, недалекая от истины, Кен уже применял подобную абилку, она так и называлась: разрывной выстрел.

– Красиво бился, - озвучил Рэй единственную фразу за весь бой.

Кен кивнул.

Хэйт некогда было сожалеть о потере Монка - на ее плечи легло лечение

Барби. Впрочем, надолго действо не затянулось, сначала пал гном, затем латник - в соответствии с порядком меток.

Таймер оповещал о том, что до конца сражения осталось двадцать четыре минуты.

Хэйт подошла к провалу с вражеской стороны, перегнулась через край, показала оттопыренный большой палец (персонально орку, но она бы не обиделась, прими этот жест на свой счет и вся группа противников).

– Вот теперь - наверх.

Третьего боя не было. Пятеро из шести соперников остались толпиться внизу, у подножия башни, только орк-берсерк поднялся на этаж, уселся там в позе лотоса, разнося в пух и прах все шаблоны: расслабленная поза медитирующего и улыбка людоеда...

– Народ, а нам седьмой в группу не нужен?
– невзначай спросила Барби, предварительно отойдя на шаг от Кена.
– Очаровательный же... хм-м... самец пропадает! А какие у него татушки...

Эльф не разговаривал с нею до верхнего, пятого этажа башни, на который поднимались уже просто из любопытства. Хэйт не верилось, что Кен поддался на провокацию "прекрасной половины" и взревновал, аки мавр, скорее, просто выдерживал характер - чтобы неповадно было Барби. Глядя же с края обзорной площадки, коей оказалась верхняя точка башни, вниз, лучник признал:

– Боец и правда превосходный. С этим соглашусь. Но нам и вшестером неплохо.

Остаток времени потратили на то, чтобы собрать все собирающееся: нет, не ради очков, победа и так была у них в кармане, а чтобы иметь представление на будущее о функциях разных "штукенций".

Наконец таймер отмигал отсчетом последних секунд и сменился оповещением:

Битва окончена! Победитель: Команда 2. Счет сражения 1320:110.

Участники обеих команд будут немедленно перемещены с арены!

Получено знаков доблести: 1.

Двойственное ощущение было у Хэйт после этой арены: с одной стороны, победа не принесла сильных эмоций, а с другой - она видела в проигравшей группе ребят, которые, скорее всего, больше в этом составе никуда не соберутся, кроме, разве что, мобо-убиения. Они опустили руки, вместо того, чтобы пробовать разные подходы, как-то менять стратегию, думать, в конце концов. Хэйт вспоминала первую их арену, когда их команду распылили на молекулы, одного за другим выбивая в кружок за каемкой лиловых цветиков, но они тогда сжимали зубы и рвались в бой по новой! Да, тупили по страшной силе, она в первую очередь, но не сдавались же! И даже ухитрились не "всухую" проиграть.

Поднять лапки кверху - может быть, это и проще, но разве не останется после такого осадок в душе, поганенький и несмываемый? И не убьет ли этот осадок дальнейшее желание сражаться? Ответов у Хэйт не было...

– Ушастая, о чем задумалась?
– дернула адептку за рукав Мася.

– Да так. Очки считала, - покривила душой Хэйт.

С очками как раз все понятно было: по десять очков за фраг, по пятьдесят - за каждое устройство, пятьсот за достижение "последней высоты" - конечной точки.

– Девочки и мальчики, все молодцы,

но я вынужден покинуть вас раньше, чем планировал, - сообщил Рэй со слегка виноватым видом.
– Ведите себя хорошо!

И испарился. Кен с Барби тоже засобирались (по предположению хихикающей Маськи, мириться). Хэйт вспомнила, что неплохо было бы посетить жреца Балеона, чтобы провести новый "урок", о чем, не вдаваясь в подробности, и сообщила напарникам. Те милостиво отпустили ее на все четыре стороны.

Хэйт прямой дорогой направилась к портальным вратам, памятуя о том, что уроки жреческие имеют свойство быть сильно растянутыми по времени, а ей еще хотелось порисовать до выхода из игры. Не столько с целью обогащения (хотя поистратилась она за последнее время изрядно), сколько для души. Но этим правильным задумкам исполниться было не суждено; пятая точка адептки, традиционно отвечающая за интуицию, так ей и сообщила, когда под ноги девушке (уже в Велегарде, но до храма не доходя) выкатился чумазый донельзя ребятенок. Мальчонка схватился за подол ее мантии и с отчаянным, душераздирающим стоном, взмолился:

– Укройте меня, тетенька, заклинаю вас! Они убьют меня! Убьют!!!

Адептка встала, как вкопанная, лихорадочно соображая: доля детей среди неписей Восхождения сравнительно мала - из соображений наименьшей жестокости. Ведь (чисто теоретически, разумеется) любой "населенный пункт" Тионэи могла постичь судьба той крепи в орочьих степях. НПЦ в игре вполне себе смертны, только ключевые персонажи, на коих завязаны сложные либо мастерские задания, обладали реликвией "последний шанс", переносящей непися в критическом (менее пяти процентов хп) состоянии в главное святилище анклава. Другой вопрос, что уровни большей части НПЦ позволяли справиться с основными угрозами игрового мира, не особенно утруждаясь. Однако это не относилось к детям-НПЦ: их уровни по умолчанию были малы, а способности - слабы даже в сравнении с новичками из числа игроков. Это означало, что шансы на выживание в катаклизме вроде прорыва Инферно у "малышни" ничтожны.

Ребенок-НПЦ, сталкиваясь с игроком, мог выдать социальное задание, вроде: достать котенка с дерева, купить леденец, проводить до дома потеряшку... Но квест, в котором он подвергался бы смертельной опасности? Число таковых исчезающе мало (опять таки, из соображений наименьшей жестокости: дети в игре не должны погибать), а штрафы за отказ невероятны.

"Малец напутал", - пришла к выводу Хэйт.

– Где я тебя спрячу? Под подолом?
– строго спросила она мальчугана.
– И что стряслось с тобой, поясни... вменяемо.

– Да хоть бы и под ним!
– перемазанную рожицу исказила гримаса страха.
– Где угодно, лишь бы... Поздно.

Он осекся, задрожав, как осиновый лист на ветру, выпустил материю из пальцев, осел на мостовую безвольным кулем.

Задание! Вопрос жизни и смерти.

Жители Велегарда испытывают доверие к вам: так, ребенок, преследуемый бандитами, попросил спрятать его от преследователей.

Вариативное исполнение: защитить ребенка от посягновений бандитов.

Награда: нет.

Требования: более 1000 очков репутации с городом, наличие способности Красноречие.

Штраф за отказ: -500 очков репутации с Велегардом; понижение репутации во всех анклавах, подчиняющихся расе людей, на 500 очков.

Штраф за провал: -250 очков репутации с Велегардом.

Уровень сложности: базовый.