Поставщик проблем. Книга 2
Шрифт:
Эффект не такой, как от дротиков, но все равно, пуля, зачарованная на паралич, летит медленнее, и при попадании вызывает у цели кратковременное онемение. Пальнешь в ногу, и она откажет минут на пять. На себе проверил, так что знаю о чем говорю.
Разрывные на себе проверять не стал, да и на Жаке не рискнул, хотя Смерд меня подговаривал. Он вообще любит когда я страдаю, все время на какие-то авантюры подбивает. В последнем лагере, где мы были, он ни с того ни с сего хлестанул цепью по заднице одну из жен главы, но меня спасло то, что я ей приглянулся, а местный король этого не заметил. Но впредь цепочку придется
Всего на данный момент в моем распоряжении есть почти миллион пешек. С одной стороны можно сразу браться за мутацию и последующую прокачку двух новых конечностей, а с другой, Интуиция подсказывает мне, что такая резкая трата Очков выведет меня из строя на относительно долгое время. Час, два, день, не знаю, но точно не пять минут. А значит такими вещами прямо на дороге заниматься не стоит. Жак, конечно, сможет меня защитить, но на него одного надеяться не стоит. Также и в поселениях я не могу расслабиться. Там даже опаснее чем в чистом поле, сколько ни опрашивай людей, можно ли им доверять, всегда найдется залетный говнарь, который избежит допроса, а потом в самый неподходящий момент воткнет заточку в глаз. Вот еще интересно, а Смерд вообще спит?
"Нет, я же не ничтожество" — Без замедлений ответил он.
Вот интересно, этой скотине обязательно каждый раз строить из себя не пойми что, и называть меня ничтожеством? Я ведь все это время мог использовать его как будильник, а он молчал как партизан.
Смерд не стал ничего отвечать на мое предложение стать будильником, притворившись энергетической ветошью и забившись в "угол". Мне его услуги на сегодня, надеюсь, не нужны, так как уже скоро вечер, и нам пора искать место для ночлега. Спросить, откуда пришли бандиты, уже не у кого, так что придется искать что-то подходящее самостоятельно. А если не удастся найти, просто выкопаю себе и Жаку уютную землянку.
До заката удалось пройти еще километров десять. По дороге больше никто не встретился, и мы, наконец, уперлись в очередной заброшенный населенный пункт. Точнее в поворот в его сторону, но до него было всего два километра, так что мы не поленились пройти и их.
Это была небольшая деревенька домов на двадцать. Все они выгорели, нетронутой осталась только церквушка. Обойдя вокруг всё село несколько раз, мы так и не обнаружили ни единой живой души, да чего уж там, даже останков не нашли. Видимо эвакуировались куда подальше. В любом случае Жилище подходящее тут есть, и грех жаловаться.
Церквушка была небольшая, куда меньше чем в нашем поселении, но стены от этого ничуть не тоньше. Строили ее, видимо, несколько веков назад, и делали это на совесть. Из минусов было то, что ворота разбиты в труху. Дверьми это не назовешь, так как туда и два Жака пролезет спокойно.
Почему они разбиты, кто и с какой целью это сделал, мы теперь не узнаем, так что мы просто завалили проем хламом и остатками ворот и отправились на боковую. На всякий случай положил автомат рядом с собой, лег поближе к Жаку, освободил цепь, и предупредил своих товарищей, что на некоторое время отключусь, так как пора наконец обзавестись крыльями.
Еще раз, на всякий случай, осмотрел через окна округу, и улегся в углу на живот, подстелив под себя
Пробуждение получилось не самым приятным. Пол и стены тряслись, уши закладывало от бычьего рева, а цепь как пропеллер летала вокруг меня, поражая где-то в темноте непонятно какие цели. Вокруг темень, нихрена не видно, голова наотрез отказывается соображать. Секунду я сидел как потерянный, не понимая что вообще происходит, но потом в темноте увидел два тусклых огонька.
"Вставай, придурок пернатый, на нас напали!" — Жак привел меня в чувства, и я подскочил.
А почему пернатый? Завел руку за спину и нащупал два небольших отростка, располагающихся в районе лопаток. На этом, конечно, не полетаешь, но уже хоть что-то.
Пока я занимался ощупыванием своей спины, и думал как новые крылья буду мыть, и нужен ли за ними какой-либо уход, два зеленых огонька начали стремительно приближаться.
С реакцией проблем нет, так что я выхватил автомат и выпустил длинную очередь по источнику тусклого света, но он так стремительно начал смещаться из стороны в сторону, что не думаю, что хоть одна пуля угодила в цель.
За последнюю неделю я приделал к автомату еще одну приятную плюшку. Собственно потому и не сразу про нее вспомнил. Под стволом теперь помимо гранатомета располагался фонарик, что выдает довольно яркий и узкий луч света, благодаря которому мне и удалось бегло осмотреть поле боя.
Волки. Познакомился с одним из них в первый же день, и хорошо что так. Эти твари хорошенько развились, и теперь представляют опасность даже нам с Жаком, и это при учете наших артефактов и вложенных пешек. Два светящихся огонька — это глаза, судя по всему, их предводителя. Здоровенная махина, размером ничуть не меньше быка, в холке чуть выше меня, а в длину метра четыре, не меньше. Паззл в моей голове наконец сложился, и я понял, почему тут не было дверей, их тупо снесла эта махина, а всех кто здесь прятался просто сожрали.
И теперь они решили повторить, вот только ужином можно и подавиться. Луч света сконцентрировался на вожаке, отчего тому пришлось зажмуриться, и в этот момент ему в голову полетел град бронебойных пуль. Боеприпасы в такой ситуации экономить глупо, в случае чего наделаю новых, но для этого надо перебить эту стаю.
Моя атака лишь разозлила волчару, и он, не обращая внимания на кровь, стекающую литрами у него прямо по морде, зарычал, и рванул на меня. В последний момент, когда нас уже разделяли метра два, я разрядил по озлобленной и скалящейся морде гранатомет, и от взрыва отлетел назад, сильно ударившись о стену спиной.
— Словил, петушара? — Контроль эмоций постепенно сдавал свои позиции, уступая место хаосу и смерти, что начала выплескиваться из моего тела, освещая округу чуть ли не эффективнее подствольного фонарика. Волг отступил на пару шагов, и теперь уже лишь один глаз злобно прожигал меня взглядом.
Эх, неудачное ты выбрал место для нападения. Я окинул взглядом поле боя. Смерд позволял мне не отвлекаться на всякую мелочь, крайне эффективно вырубая прихвостней одного за другим, а мне оставалось лишь ехидно улыбаться, чувствуя, сколько здесь сосредоточено энергии.