Чтение онлайн

Утенок дозвонился по скайпу до профессора, когда почти потерял надежду установить связь:

— Добрый день, Сергей Сергеич, — сказал он, глядя на экран. — У вас там все в порядке?

— Пока держимся, — ответил профессор. Он не выглядел даже обеспокоенным. — Вижу, вы в лаборатории. Помощь нужна?

— Да, Ведьмочка убита. Но, надеюсь, не фатально. Сейчас она в реанимационном растворе.

— Сколько минут она была в клинической смерти?

— Не больше девяти. У нее

три пулевых ранения грудной клетки, слепые. Возможно, задеты легкие и сердце. Что нам делать?

— Мальчик мой, вы находитесь в биологической лаборатории по конструированию био-роботов. Заметьте, в лаборатории, оборудованной по последнему слову техники. У вас там есть любые органы и инструменты. Не думаю, что девять минут — это критично, но расслабляться, конечно, не стоит. Где сейчас Офелия?

— Ее похитили федералы. Они же стреляли в Ведьмочку.

— Значит, они все-таки заглотили наживку. Идиоты!

— Что вы хотите сказать? Это все было запланировано?

— Нет, но это был наиболее вероятный вариант развития событий. И я вас предупреждал быть осторожнее.

Фидель подошел к монитору:

— Это моя вина, профессор, — он выглядел убитым и подавленным.

— Перестаньте, Фидель! — Сергей Сергеевич раздосадовано махнул рукой. — Тут нет ничьей вины. А ля герр комм а ля герр. Сейчас не время оплакивать павших бойцов, нужно спасать тех, кого еще можно спасти. Например, вашу подругу.

— Что нам делать конкретно, профессор?

— Дайте я лучше поговорю с Утенком. Он биолог и легко справится с лабораторной работой по оживлению и лечению девочки.

— Но я не хирург, профессор! Даже не врач, — Утенок был обескуражен. — У меня нет даже диплома…

— Сейчас это уже не так важно, мой мальчик. Все, что вам нужно, — найти операционную, взять оттуда переносной хирургический комплекс и закачать в него свежее программное обеспечение, которое я вам сброшу, если, конечно, наши провайдеры тут не подохнут окончательно. Вы справитесь, ничего не бойтесь. Если потребуются органы для пересадки, вы найдете их в банке органов в лаборатории. Поверьте, там есть все, что нужно. Главное, не паникуйте и не выходите из сети. Фидель, — позвал он.

— Да, профессор, я тут.

— Вы знаете, где сейчас ваш штаб?

— Да. Наш штаб теперь тут.

— Правильно.

— Вы мне хотите что-то сказать? Чего я пока не понимаю?

— Можно и так сказать. Операция «Рокировка» закончилась полным успехом. Теперь Офелия в центре, враги заглотили наживку, а вы на ее месте в лаборатории. И будем надеяться, все останутся живы и здоровы.

Фидель кивнул, за его спиной в стеклянном кубе плавала молодая девушка в синей жидкости, и он надеялся, как на последнюю милость, что она не мертва.

Две боевые машины пиндосов выехали на площадь и развернули башни в сторону позиций гражданской самообороны.

Из громкоговорителя донесся голос с сильным акцентом:

— Гражданскому населению немедленно сдать оружие! Кто не сдаст, будет наказан. Миротворческие силы имеют право открывать огонь без предупреждения. Повторяю, немедленно сдайте оружие!

Брэд чертыхнулся:

— Млядь, аж уши заложило! Заебали.

Потом не торопясь взял огнемет объемного действия, тщательно прицелился и выстрелил в окрашенный в цвета смакдональдса броневик. Тот вспыхнул мгновенно. Второй резво газанул и скрылся в прилегающем к площади переулке, паля в небо, как в копеечку.

— Ну, все, поехали, — сказал Иван и запустил турбину бронемашины. Брэд кивнул, как бы соглашаясь с необходимостью покинуть позицию, которую они отстаивали такой высокой ценой, но внутренне не желая отступать, залез в машину через заднюю дверь для десантирования пехоты на ходу и закрыл за собой люк. Все остальные уже были внутри: Иван сидел на месте механика-водителя, на месте командира была Даша, в десантном отделении расположились Эдвард с Брэдом и единственный оставшийся с ними самокатчик, их главарь, которого все называли почему-то Кузей.

Не успели они пересечь площадь, как их бывшие позиции были залиты пылающим напалмом. Глядя в монитор заднего вида на клубящийся жирный дым с языками адского пламени, Брэд пробормотал:

— Кое-кто нам еще ответит за этот прощальный салют. Федералы охренели.

— Федералы тут мы, — неожиданно заявляет Эдвард-Руки-Ножницы. — Мы — за русских, а они — за смакдональдс.

Ивану приходит СМСка, он просит Дашу прочитать ее вслух. Даша берет телефон Ивана, несколько секунд смотрит на экран, потом говорит громко:

— Тут только одно слово: «УДАЧИ!»

Бронированная боевая машина пехоты летит по пустынным улицам под вой турбины. Борьба продолжается.

Гаст-старик выглядел старым и усталым, он и был по меркам гастов старым — срок их жизни обычно не превышал пяти лет, из которых он уже прожил почти шесть. Шаркающей походкой он сворачивает во двор жилого дома, чтобы отдохнуть где-нибудь, на какой-нибудь скамейке.

Двор как будто вымер. Большинство окон выбиты. Землю покрывает слой мусора.

Он находит деревянную лавочку возле одного из подъездов и садится. Руки он сложил на коленях, голова опустилась на грудь, как будто он дремлет.

Чужой город, чужая страна. Как он оказался здесь? Где осталась его родина?

Вдруг раздаются гортанные крики, и несколько молодых гастов вытаскивают из подъезда маленькую девочку, лет одиннадцати-двенадцати. Девочка плачет, гасты смеются. Маленькая белокурая девочка с огромными глазами.

— Ай, Наташа-Наташа, — заливается один из шайки, кто чуть постарше остальных. — Ти буишь наша!