Посол с Коморры
Шрифт:
— Вы думаете, наш посол жив?
— И невредим, уверяю вас. Они вообще очень гуманные созданья, хоть таковыми себя и не считают.
— А про Коморру вы что знаете?
— Немного, но место это мрачное.
— То есть?
— Очень древняя, очень замкнутая, очень напыщенная цивилизация. У них там разные люди, как и везде, но общий фон крайне неприятный. Такая, знаете ли, манера задирать нос, куда там — высшая раса, и вдруг замолк, как бы спохватившись.
— Но все же как-нибудь можно с Крунсом связаться?
— Есть самый верный и единственный способ — заинтересовать их.
— Каким образом?
— Любым. Сделать так, чтобы
— А что вы для этого посоветуешь? — от волнения Фил даже запутался в грамматике.
Гость еще раз ему подмигнул. Выглядело это забавно, глаза у него были круглые, как у сыча.
— Суди по их поведению, вы им и так небезразличны, но прямой контакт почему-то их не устраивает. В данной ситуации самое лучшее — начать экспансию поблизости от Крунса. Например, на планете Хито Бут — по-вашему XXVI сектора Лебедя. Прилететь туда и на орбите развернуть что-нибудь этакое, — он повертел ручкой над головой. — Понятно!
— Примерно.
— Только, — пришелец раздул щеки и вытаращил глаза, — ни в коем случае не садитесь на поверхность. А над планетой делайте, что хотите.
Консорт уловил еле заметную вибрацию, означавшую, что к кораблю причалил гравилет:
— А вот и ваши приобретения прибыли. Толстяк запрыгал, отчего его космы разлетелись по всей кают-кампаний, цепляясь за разное барахло.
— Отлично, отлично, заберите, — он пихнул телепату увесистый тюк, потом схватил с полки овальный предмет с матовой поверхностью, похожий на приплюснутое яйцо. — А это вам, лично. Бесплатно.
— Что это?!
— Потом разберетесь, — затараторил пришелец, сбегая вниз, к входному люку.
Фил подхватил тюк, сунул «яйцо» в карман и двинулся следом.
Рооф хорош тем, что прост. Чем занята его голова, можно определить безо всякого усилия. Я застал его в видеозале, за этакой развлекалочкой с мордобитием. Ясное дело, хотя физически он и оправился от наших земных похождений, но весь в унынии, заранее подсчитывает, во что ему выльется его оплошность. Я выключил запись и сел в кресло. Исчезли желтые дали немыслимого пейзажа, стены посерели и сдвинулись. Рооф уставился на меня с недовольной миной. Я улыбнулся.
— Давай поговорим о делах. Тебе за твою промашку подагается не больше трети гонорара, плюс дополнительный курс в Школе.
Он кивнул и помрачнел еще больше, отчего весь покрылся темно-синими разводами.
— Предлагаю обмен. Я отдаю тебе половину и стараюсь, чтобы тебя не упекли в Школу надолго, а ты уступаешь мне свою часть прав на Лоулла, и… — добавил я с нажимом в голосе, — всячески способствуешь, чтобы я мог оставить его себе.
Рооф был так поражен, что только мигал некоторое время, потом выдохнул дрожащим голосом:
— Ты его хочешь себе оставить?!
— Ну да, — заявил я как можно беззаботней. — Ведь согласно Уставу я обязан вернуть в Центр только голограмму его памяти, а он сам есть моя… то есть наша добыча,
— Но зачем?! Ведь этот пункт не пересмотрен, по-моему, только потому, что уже триста лет всех инопланетников мы спокойно отдаем дипломатам, а те их сплавляют по домам. Кой черт тебе сдалось с ним возиться?
Я изобразил задумчивое лицо:
— Боюсь, мне трудно будет это объяснить. Вот у тебя бывают моменты, когда тебя несет помимо твоей воли?
— Еще как, — фыркнул Рооф и невольно потянулся рукой к свежезажившей ране на голове. — Но ведь ты умный человек, 120-й,
— Всяк из нас по-своему дурак, — воспроизвел я любимую присказку нашего шефа. — Можешь считать, что это моя прихоть, каприз, так сказать.
Если я его и не убедил, то он согласился со мной, просто хотя бы потому, что ему было выгодно. Но все-таки предупредил, что это моя идея, и в случае чего расхлебывать придется мне.
Первое, что пришло в голову Ар кету, когда он выслушал телепата, что коллекционера подослали сами крунсяне. Якобы нейтральное лицо, ни к чему не обязывающая дипломатия, да плюс, в виде совета, попытка заставить землян выполнить некоторые нужные им действия. И все же трудно представить, что представители такой могущественной во всех отношениях цивилизации станут прибегать к столь примитивным средствам, если они действительно заинтересованы в результате. Ситуация вроде бы прояснилась, но на самом деле стала еще более сложной. Как, например, завязать контакт с Крунсом, не утратив его с Коморрой?
Бел вздохнул…
Это раньше с инопланетянами все было просто. Если кому-то земляне были интересны, те прилетали и потихоньку знакомили человечество со своими экзотическими товарами, обычаями, образом жизни. Кого только не заносило в Солнечную систему! То зеленые, то волосатые, то бесполые, всякие-разные. Только прилетели — сенсация. А теперь вроде и отношения устоялись, и цивилизация с цивилизацией, как шерочка с машерочкой, но порой отсутствие практического опыта в межпланетной дипломатии, и огромная ответственность доводят Совет до умопомрачения. Не знаешь иногда, кому и верить. И как себя держать, чтобы и в проигрыше не остаться, и лица не уронить. Земной опыт тут шаткая опора, а из их Всегалактического кодекса ничего толком не определишь, кроме дипломатических ритуалов, опять-таки не всеми и не буквально принятыми. С одной-то цивилизацией возникают проблемы, но когда их столько… Еще всякие мелкие независимые планеты и спутники, тут уже хоть стреляйся сразу. Ну, разбился Совет по секторам, ну, копается каждая группка со своей сферой, а проку никакого — в огороде бузина, а в Киеве дядька, вот и весь диалог.
Бел воздел очи горе.
За что ему такая напасть, чем он прогневал Великий Космос и родную планету? Тихо-мирно гонялся себе за пиратами и контрабандистами, заработал уйму травм и солидный оклад, нашел подругу жизни, терпеливую, как Создатель, потомство вывел две штуки, опять паршивцы катер угнали и шатаются невесть где, наверняка в запретной зоне.
Размышляя, Бел вскочил с кресла и забегал по комнате.
Внезапно остановившись, посмотрел на свое отражение в темном пластике стены. Оно ему не понравилось: лицо, хмурое и озабоченное, искривленное синим бликом, выглядело даже зловещим. Он повернулся к молчаливо наблюдающему за его метаниями Консорту.
— Вот что, Фил. Завтра доложи на Совете про этого любителя редкостей. Видно, придется послать один из «Викингов». Помнится, Лоулл ими все восхищался. Может, и на крунсян он произведет впечатление… Ты о чем думаешь? — вдруг спросил Аркет, видя, что телепат вдруг нахмурился.
Тот вздохнул:
— О нашем коморрянине.
— Да, неприятная история, — согласился Бел, — но мы разберемся… Я пойду?
Фил кивнул, вяло пожимая протянутую руку.
Он проследил взглядом, как легко и стремительно косморазведчик пересекает двор и втискивается в гравилет, сразу же взмывший и растаявший между облаками.